БЕЗ ЦАРЯ В ГОЛОВЕ (17)
Павел Рыженко «Вторая Присяга». 2013 г. Фрагмент.
Следует учесть, что вопрос об «аполитичности» и о непредрешенчестве, затронутый в публикуемых нами далее статьях из «Царского вестника», связан был также и с прокирилловской ориентацией редактора-издателя газеты Н. Рклицкого. Именно в связи с этим последним обстоятельством обращает на себя внимание резкая отповедь генерал-лейтенанта М.К. Дитерихса («Редактору газеты “Царский вестник” Н.П. Рклицкому» // «Царский вестник» № 248. 21.9/4.10.1931. С. 2-3: https://sergey-v-fomin.livejournal.com/251081.html).
АРМИЯ И «АПОЛИТИЧНОСТЬ»
(Из речи Н. Е. Маркова в Комитете призыва к объединению
русской эмиграции вокруг Главы Императорского Дома)
Мы уже приводили 10 пункт постановлений Рейхенгальского съезда. Смысл его ясен: надо всемерно поддерживать остатки воинских частей, как «основные кадры будущей Императорской Русской Армии».
Если это кадры Императорской Армии, то могут ли они быть безразличны, тем более враждебны, монархизму?
– Очевидно, нет Это было бы безсмысленно.
Вообще, может ли быть армия без государства, которое она призвана защищать?
– Очевидно, нет. Ибо это была бы не армия, а сборище вооруженных людей, имеющих неведомую, быть может, вредную цель.
Если армия мыслится не иначе, как в составе государства, то может ли она действовать помимо государственной власти или даже не знать, какой государственной власти она подчиняется?
– Очевидно, нет. Иначе такая «армия» по незнанию будет брошена против своей государственной власти и тем разрушит свое государство.
Армия есть необходимый орган государственной власти и без такой власти, дающей армии законное право насилия и боя, армия перестает быть армией.
Провал белого движения произошел потому, что военные вожди хотели обойтись без законной государственной власти и в революционном порядке присваивали государственную власть себе.
Генерал Л.А. Артифексов у плаката с портретом Врангеля. Остров Лемнос.
Народ не поверил им и не поддержал их политические усилия. Отвратившись от революции, т.е. беззакония, народ мог верить только закону.
А закон был только у законной монархии.
За беззаконие, за безверие, – за революцию шла и идет красная армия.
Если Белая армия хотела и хочет победить красную – она должна идти против беззакония, против безбожия, против интернационала – значит за Веру, за Царя, за Отечество!
Кто из «белых» этого боится или этого не хочет – пусть не говорит о победе над красными.
Много толкуют о воинской дисциплине. Но что есть воинская дисциплина?
– Воинское правило, воинское начало.
Какое же правило, какое начало может быть у войска, послушного ему самому неведомой власти? Или не знающего над собой никакой власти?
Кто даст это правило и это начало воинским командирам, не признающими над собой никакого начала, никакой зримой власти?
– Будем служить, биться и умирать за Родину – говорят нам «непредрешенцы».
Но что такое Родина? Есть ли это та земля, на которой я родился? Тот дом, где я вырос? По-видимому, нет. Иначе зачем мы добровольно оставили и эту землю, и эти дома?
Есть ли это – люди моей крови, мои соплеменники? Но ведь и большевики, и коммунисты, и безбожники – разве они не мои соплеменники? – Однако я ушел от них, однако я не считаю это общество своей Родиной, однако я хочу идти биться с ними – за свою Родину.
Очевидно: Родина – это не земля, не лес, не дом, не чуждое и враждебное мне общество людей, хотя бы и соплеменных.
Конечно, и земля, и дом, и соплеменники входят в состав Родины – как кровь, мускулы и кости составляют наше тело. Но человека делает душа, а не кровь, мускулы и кости.
Так и Родину делает дух, идея одухотворяющая. Для того, чтобы земля, дом и соплеменники были моей Родиной, надо чтобы их одухотворял, как и меня, родной, близкий нам дух, чтобы у нас были общие понятия, сколько-нибудь одинаковое отношение к жизни и обществу.
Поэтому нельзя требовать от сознательных людей, чтобы они шли в бой и жертвовали жизнью ради неизвестной им России, ради России, которая неведомо чем для них будет:
– Может быть, снова родной Родиной, а, может быть, вторым изданием СССР.
– Может быть, разрешат стать человеком, а, может быть, отведут на бойню, а труп продадут на мыловарню.
Жертвовать жизнь можно только за идею. Монархист знает, что спасение России в христианской национальной Монархии, и ради такой России он готов умереть. Но, чтобы монархист умирал ради того, чтобы Россия гибла от Республики – этого пусть не ждут.
Этого не будет.
***
«Вы должны верить военным начальникам. Победив большевиков, они сдадут власть народу»…
– Какому народу? И где этот «народ»?
Вот в 1913 году был 300-летний юбилей Царствания Дома Романовых. В Петербурге стотысячная толпа шла под знаменами Союза Русского Народа в Казанский собор, а хвост выходил из Лавры. Пели «Боже, Царя храни!» На Волге лезли в воду – смотреть проезд Царя.
А в 1917 году эти же люди плевали на портреты «Николая Кровавого»…
Вот летом на выборах в Учредилку три четверти голосов получили эсэры, а к зиме пьяный матрос навсегда разогнал народное собрание.
Народ и не шелохнулся.
«Именем народа» февральские революционеры валили Монархию, именем народа октябрьские революционеры валили февральских, именем народа коммунисты заключили «похабный мир» и распустили армию, именем народа они же превратили Россию в вооруженный лагерь и мобилизуют женщин и детей.
Все обманы и насилия делаются «именем народа», и народ узнает лишь потом.
Довольно нам обманов! Нам нужна правда. Правда в том, что не народ, а военная сила решает перевороты. Измена военных начальников и мятеж петербургского гарнизона решили судьбы Монархии в 1917 году.
Измена военных начальников и гвардии, а не голосование городских дум свергла короля Альфонса XIII. Три четверти испанского народа в провинции голосовали не против, а за монархию, но это не спасло Короля, которому генерал Санхурхо заявил, что не ручается за гвардию. Теперь под террором военной силы республиканцев испанские выборы дадут три четверти республиканцев. (И дали. – Прим. ред. «Ц.В.»)
Овладение военной силой всегда и везде давало перевес в решительную минуту.
***
Не только говорят нам об аполитичности. Если послушать иных, то все они «монархисты в душе»…
Но ведь монархистами «в душе», т.е. в теории, были почти все февральские революционеры. Разве Родзянко, Гучков, Шульгин, Энгельгардт, Алексеев, Рузский были республиканцы?
Однако именно эти «монархисты в душе» и погубили Империю Российскую. Не пустая их похвальба абстрактным монархизмом, а реальная антимонархическая политика должна привлекать наше внимание.
Нечего закрывать глаза: против монархистов все эти десять лет велось и ведется систематическое гонение в Обще-Воинском Союзе. Именно против монархистов фактически применяется пресловутый «приказ № 82».
На многие сотни исключенных из Обще-Воинского Союза монархистов придется едва ли десяток «вычищенных» за принадлежность к партиям левым или непредрешенческим.
– Это потому, что 90 проц. военных – монархисты», – отвечают защитники гонения.
– Но если 90 проц. военных – монархисты, то какое страшное насилие над совестью людей делают те, кто собственный произвол ставят выше убеждения почти всей массы военных!
– И по какому праву пытаются руководители О.В.С. исказить монархическую природу нашей военной среды.
– Если 90 проц. военных – монархисты, почему их руководители вечно окружены политиками левых и полулевых уклонов? Почему именно деятели февральской революции, а не настоящие монархисты изображают – по выбору начальства – якобы излюбленную военной средой «общественность»?
Приезд генерала Л.Г. Корнилова на Государственное совещание. Москва. Август 1917 г.
– Почему для чтения лекций, докладов и т.п. руководители О.В.С. неизменно зовут все тех же политиков и профессоров из антимонархической ИМКи?
– Почему, одновременно, в О.В.С. накладывается своеобразное «табу» на всякую проповедь монархизма со стороны членов монархических организаций?
Вот тому характерный пример:
Когда в 1928 году приехавший в первый раз в жизни в Болгарию б. член Государственной думы Марков 2-й хотел прочесть в Софии публичный доклад, то оказалось, что «по распоряжению военного начальства» было отказано в предоставлении под лекцию зала Военного собрания и было рекомендовано воинским чинам на лекцию не ходить. (Начальник болгарского отдела РОВС в то же время не мог не знать, что Н.Е. Марков является ближайшим сотрудником Вел. Князя Николая Николаевича, которому был подчинен РОВС. – Прим. ред. «Ц.В.»)
Лекция состоялась в зале болгарского университета и собрала столько военных слушателей, что даже половина не могла вместиться, и пришлось лекцию через неделю повторить.
Когда же софийские монархисты задумали устроить г. Маркову и приехавшему в [то же] время г. Тальбергу обед, то по команде был разослан даже «приказ», воспрещавший членам О.В.С. принимать в нем участие. Однако, несмотря на «приказ», обед собрал более 200 человек, среди которых было немало членов О.В.С. «высокого ранга».
Надо отметить, что лекции Маркова совершенно не касались О.В.С. и были весьма патриотического содержания и лично с ген Абрамовым г. Марков никогда в жизни не встречался. Было бы смешно, если бы не было так грустно!
Командир Донского корпуса генерал Ф.Ф. Абрамов (слева) и командир 2-й Кубанской казачьей дивизии генерал М.А. Фостиков (1886–1966) на Лемносе.
Генерал-лейтенант Федор Федорович Абрамов (1870–1963) – командовал донскими казачьими частями. Участник русско-японской, Великой и гражданской войн. Начальник всех частей и управлений Русской армии в Болгарии (1924). Председатель 3-го отдела РОВС в Болгарии. Предупредил болгарскую полицию о планах русских эмигрантов убить большевицкого полпреда Ф. Ф. Раскольникова. После похищения ген. Кутепова (1930) – заместитель председателя РОВСа. После похищения ген. Миллера (1937) – председатель РОВСа. Оставался на этом посту до марта 1938 г., когда, после разоблачения его сына, как большевицкого агента, вынужден был оставить эту должность. Во время второй мiровой войны формировал казачьи части для немцев. Будучи членом власовского Комитета освобождения народов России, подписал т.н. Пражский манифест (1944). Переехал в США, где погиб в автокатастрофе.
Когда около того же времени приезжал левый профессор Кизеветтер – автор пресловутого «кадетского катехизиса», то тот же ген. Абрамов лично сидел в первом ряду слушателей и участвовал во всех чествованиях Кизеветтера левой общественностью.
Чувство личной обиды во мне не говорит совершенно. За всю мою долгую жизнь меня столько чествовали и столько ругали, что этот маленький эпизод не мог ничего прибавить или убавить.
Таких примеров множество, когда воинскую дисциплину пытались употребить во вред монархическому делу.
– Прекрасен был лозунг 1917 года: «все для победы»! Однако, злоупотребляя именно этим лозунгом, обманули и погубили Монархию, а с нею и Россию.
– Прекрасен лозунг: «берегите армию»! Но пусть за этим лозунгом не скрывают нового обмана и новой гибели!
Россию спасти может только законная православная национальная Монархия, притом Монархия сильная не одним только духом. Монархии нужна монархическая армия.
Кадры этой армии должны готовиться здесь за рубежом и как можно скорее. Кто не хочет этого – тот не хочет Монархии. […]
«Царский вестник». № 202. 25.6/8.7.1931. С. 1-2.
ЗА РОССИЮ
Если бы во время боя оказалось, что в патронах порох подмочен, а снаряды снабжены песком, то как бы не был высок героизм воинов, армия, не по своей вине, потерпит поражение.
Наполеон учил, что для армии, для победы техническая организация означает только ¼ часть, ¾ – дух армии. Дух же армии создается ее идеологией. Если армия будет пропитана ложной идеологией, она никогда не одержит конечной победы, весь личный героизм ее воинов будет напрасным, все жертвы безцельны; эту армию ожидает безславный конец. Однако с подмоченным порохом победить иногда возможно. «Дайте мужикам топоры и скажите им, что ими командует Скобелев – у вас готовое противу врагов войско». Так говорили военные авторитеты у гроба белого ген. Скобелева. Недостаток техники иногда может возместить героический дух, ложность же идеологии никогда и ничто возместить не может. Самые грандиозные средства, самые блестящие технические усовершенствования, данные войску, пропитанному ложной идеологией, не сделают ничего, все безцельно, все погибнет. Вот почему к идеологии должно отнестись с крайней осторожностью и вдумчивостью и ошибки в ней не могут быть ничем оправданы, не могут быть допущены.
Русским воинам в настоящее время, когда многое из нашего прошлого выяснилось и столь много пережито, предлагается такая формула, к сожалению, подписанная и покойным Великим Князем Николаем Николаевичем:
Мы не должны здесь, на чужбине, предрешать за Русский Народ коренных вопросов по государственному устройству. Они могут получить разрешение только на Русской Земле, в согласии с чаяниями Русского Народа.
К сожалению, мы не знаем, кто является истинным автором этих замечательных строк, но, несомненно, они были подсунуты Великому Князю одним из революционеров умеренного типа. Вдумайтесь в эти слова. Что это за коренные вопросы по государственному устройству?
Это, очевидно, те вопросы, которые выдвинула революция 1917 года. Признав полную законность, естественность и неизбежность разрушения Царского Самодержавия, – революция поставила вопрос, что же делать дальше: ввести ли конституционную монархию, республику (буржуазную, демократическую, социалистическую) или диктатуру?
Каждая из революционных групп предрешила этот вопрос, и лишь дело было в том, кто победит; причем каждая из этих групп, конечно, считала, что ее решение «в согласии с чаяниями Русского народа». Вопрос этот решил матрос Железняк, который пьяным окриком разогнал революционную банду; они же – политические лидеры – тогда привязались к Добровольческой армии, выехали вместе с ней заграницу и до сего времени навязывают свои идеологические рецепты военачальникам, очевидно, неискушенным в весьма сложных и ответственнейших идеологических вопросах. А гг. революционеры говорят: «Мы не должны здесь на чужбине предрешать…»
Почему и что именно предрешать? Чаяния Русского народа решены его тысячелетней историей. Да, потому что, если они откроют свои карты, то им помешают тогда захватить аппарат государственной власти. «А вот, когда у нас будет настоящая власть “мы” предрешим» и, конечно, к тому предрешению, какое бы оно ни было, будут подогнаны народные чаяния, так как не было еще ни одной партии, которая бы свои предрешения не считала бы народными.
Что же, однако, есть общего у всех этих революционных партий, начиная от конституционных монархистов и кончая большевиками?
Это общее – враждебность Самодержавию, отступничество от Православия и измена истинным воззрениям Русского народа на свою жизнь и на призвание к России.
Революционеры, начиная от самых умеренных, жадно стремились не к народному благу, а к верховной власти, они страстно стремились разделить суверенную власть с Царем, или вырвать ее у Царя совсем.
Свержение Государя с Престола и жгучая ненависть к Государыне со стороны разложившегося петербургского общества объясняются только тем, что Государь и Государыня считали Себя нравственно обязанными беречь Самодержавие, а ничто толпа так не ненавидит, как стоящий на ее пути нравственный принцип.
Революция – поставила своей целью разрушить Самодержавие, ибо иначе она не могла добиться верховной власти. Это было вполне согласно с революционными партиями, но глубоко противоречило чаяниям Русского народа, ярко выразившимся в его тысячелетней истории.
В подкрепление непредрешенческой тенденции теперь ссылаются на слова покойного Государя, именно на Его прощальный приказ войскам, в свое время скрытый от войск и официально войскам не опубликованный до сего времени. Из этого потрясающего душу приказа приводятся только слова, относящиеся к Временному правительству: «Да поможет ему (т.е. Временному правительству) Бог вести Россию по пути славы и благоденствия».
Если принять эти слова в основу государственного строительства, то тогда нужно немедленно подчиниться «законному» представителю временного правительства – Верховному Главнокомандующему, Председателю Совета министров, Военному министру и министру юстиции А.Ф. Керенскому.
Генерал М.В. Алексеев и А.Ф. Керенский.
Если признавать революцию, то нужно признать, что этого краснобая никто не уволил от этих должностей, и он сам себя считает единственным законным носителем Российской верховной власти.
Мы же, отвергая всю революцию, считаем его лишь за ничтожного краснобая и паяца, которому место не на политической арене, а на цирковой, и имя которого стало синонимом политической пошлости. Те же, кто революцию не отвергают, должны, прежде всего, признать г. Керенского.
Вообще напрасно ссылаться на эти слова Государя. Слова эти Государь написал из безпредельной любви к России, это был не столько политический, сколько чисто христианский акт уступчивости врагам. (Кроме того, Государь отрекался, передавая Престол Брату, Великому Князю Михаилу Александровичу, а не в пользу республики. – С.Ф.) Будучи свергнут с Престола не по Своей воле, так как самый акт отречения был только констатированием фактически создавшегося положения, Государь ни единым шагом и не единым действием не осложнил положения Своих преемников.
Забыв о Себе, о предательстве, об измене, Сам все перестрадав, Государь принес последнюю жертву для России. Он хотел Своим словом поддержать тех, кто оказался таким ничтожеством.
В свое время этот приказ был скрыт. Ссылаться же теперь на него для закрепления революционных позиций поздно, тем более, что Бог не помог Временному правительству вести Россию по пути славы и благоденствия.
Ссылаются на то, что непредрешенческому девизу следовали доблестные генералы – Алексеев, Корнилов, Деникин, Врангель, Кутепов, адмирал Колчак. Однако генералы Алексеев и Корнилов сами были причастны к революции. Генерал Врангель, как наиболее яркий вождь, неоднократно заявлял «о необходимости смены вех» в сторону монархизма и сделал первый шаг, объявив «о Хозяине»; ген. Врангель боролся лишь против партийности; адм. Колчак сам пал жертвой предательства со стороны революционеров. Генерала Кутепова в армии считали монархистом. Но если бы даже все шесть вождей Добровольческой армии отстаивали [ценности] революции, то ход русской истории изменить невозможно. За Самодержавие стояли – тысячу лет – Князья, Великие Князья, Цари и Императоры, создавшие Россию. 1000 лет и 10 лет – понятия несравнимые по своему отношению к России. Вычеркнуть же 1000 лет никто не в силах.
Революция была направлена против коренных основ России, против Русского народа, который это понял своим чутьем и склонился к ее крайнему выражению в виде большевизма.
Теперь же, кто хочет идти с народом и за Россию, тот должен отвергнуть не какую-либо часть революции, а всю ее и идти за Веру, Царя и Отечество.
Ник. РКЛИЦКИЙ
«Царский вестник». № 225. 20.7/4.8.1931. С. 1.
Продолжение следует.