БЕЗ ЦАРЯ В ГОЛОВЕ (11)
Павел Рыженко «Вторая Присяга». 2013 г. Фрагмент.
Буквально в следующем после завершения помещенной в прошлом по́сте публикации номере редактор-издатель «Царского вестника» Н.П. Рклицкий выступил с разъяснением собственной позиции:
РАДИ ПОБЕДЫ И НАРОДНОГО БЛАГА
Кто, подняв руку на Помазанника Господня, окажется ненаказанным?
1 Цар. 26, 9.
В предшествующих номерах мы печатали ряд исторических документов – телеграммы наших высших военачальников Государю накануне Его отречения.
Эти документы явились основанием для отречения Самодержца от Престола и, следовательно, являются основной причиной нашей революции.
Мы привлекаем внимание наших читателей к этим документам первейшей важности не в целях полемики, как это несомненно будет перетолковано нашей оппозицией, а привлекаем всеобщее внимание лишь в целях объективного исследования и уразумения причин наших несчастий.
Было бы явным безумием, было бы нарушением элементарного патриотического долга, противоречило бы здравому разуму, если бы мы отказались от необходимости уяснить причины крушения России.
Делать что-либо новое можно, только всесторонне выяснив и глубоко поняв существующую обстановку. Те же, кто закрывают глаза на действительность, боятся взглянуть на язвы, не могут быть полезны для возрождения Родины: они стоят на ложном пути.
Итак, наши высшие военачальники убедили своего Верховного Повелителя и Самодержца, в верности Которому они клялись, убедили в том, что отречение Его от Престола необходимо ради победы над внешним врагом и ради народного блага.
Они дерзновенно взялись судить о том, что отнюдь не составляло их компетенции, и результат от этого получился совершенно противоположный. Отречение Государя от Престола лишило Россию победы и принесло неисчислимые бедствия для народа.
Почему же это случилось?
Конечно, наши военачальники, фактически действовавшие так на руку врагу, отнюдь не были сознательными агентами этого врага, они, безусловно искренне, стремились к продолжению войны и к победе над врагом.
Вряд ли они также непосредственно стремились к захвату в свои руки верховной власти в стране; судя по всему, их предположения не простирались так далеко, они сами были послушным орудием в руках других сил, выполняя все их предначертания, они не руководили сами событиями, как то обычно делают заговорщики.
Наши генералы находились во власти ложных, губительных идей. К ним можно применить образные слова Аксакова: «Они были холопами и лакеями чужой мысли и послужили только тому, чтобы произвести варварство новейшего рода».
Министр-председатель Временного правительства князь Г.Е. Львов, военный министр А.И. Гучков и верховный главнокомандующий генерал от инфантерии М.В. Алексеев Март 1917 г.
Они были распропагандированы лже-либеральными идеями. Они наивно, по-детски поверили тому, что Самодержец является будто бы препоной для развития и благоденствия России, что Он стоит на пути народного блага, что Престол Самодержца как бы враждебен Русскому народу. Поэтому они и требуют от Государя отречения «во имя победы и народного блага».
Они, очевидно, долго вынашивали эти губительные идеи в своем сердце и, вероятно, задолго до революции уже не чувствовали трепета перед священною Особой Божьего Помазанника и думали, что тот ореол, которым был всегда окружен Царь в сознании народа, является пережитком давно прошедших времен и не отвечает реальным интересам России.
Они считали себя искренними патриотами, но стояли на совершенно ложном, губительном пути. Ведь и тот медведь, который булыжником убивал муху на голове пустынника, искренне хотел ему услужить.
Конечно, если бы лица, разрушившие Царский Трон, были прямыми, сознательными изменниками, т.е. убежденно действовали во вред России и в интересах врага, то их дело, с внешней стороны, носило бы более преступный характер. Однако результаты получились бы совершенно одинаковые, и как это ни странно, менее вредные для Русского народа.
Враг, очевидно, в это время потирал руки от удовольствия и с наслаждением наблюдал полезную для него работу, а то, что она велась не его наемными агентами, а генералами – героями и патриотами, для него было гораздо приятнее и удобнее.
Несомненно, что для России было бы гораздо лучше, чтобы эту изменническую работу проделали не доблестные герои военачальники, а проделали бы эту работу – явные преступники; тогда бы для всего русского народа была бы очевидной преступность мятежа. Тогда мятеж не приобрел бы ни в чьих глазах нравственного оправдания.
Если теперь еще пресловутое непредрешенчество имеет своих кое-каких искренних сторонников, если окончательное изжитие революции все еще задерживается, то это объясняется только тем, что к революции приложили свои руки такие люди, о которых, по их предшествующей деятельности, нельзя сказать, что они являются врагами Родины.
Таким образом, участие их в этом ужасном государственном преступлении не только облегчило передачу Русского народа в руки злейших его врагов, но и задерживает восстановление Русского народа.
Почему же наши военачальники совершили такую ужасную роковую ошибку?
Они, очевидно, утратили ясное понимание значения для Русского народа Царского Престола. Были они, прежде всего, мало сведущи и мало образованы в этом вопросе, голос же предков был заглушен терниями 20-го века.
Вообще в последний век во всем нашем обществе: в профессуре, в литературе, в публицистике и во всех кругах русского общества великая идея – создавшая Россию, оказалась поколебленной, поблекшей. Только те светлые гении, из-за которых счастливо чувствовать себя Русскими, – Пушкин, Гоголь, Достоевский, Суворов и плеяда Святителей и святых нашей Земли, дают нам надежду на то, что это временное помрачение русских умов пройдет и наши соотечественники озарятся светом Русского Царства, в лучах которого воздвигнется Престол Православного Царя Самодержца.
Ник. РКЛИЦКИЙ
«Царский вестник». № 184. 4/17.6.1931. С. 1.
Итак, слово «изменники» по отношению к высшему генералитету Русской Императорской Армии было произнесено. Имена были названы. Наиболее значимым из них для военной эмиграции, безусловно, было имя генерал-адъютанта М.В. Алексеева, как одного из двух создателей Добровольческой Армии. Что касается другого Белого вождя (генерала Л.Г. Корнилова), то и он, учитывая его деяния в марте 1917 г., также не мог долго оставаться в стороне при обсуждении темы генеральской измены присяге Государю Императору.
ДОЛЖНО ИСПРАВИТЬ ПРЕЖНИЕ ОШИБКИ
Камень, который отвергли строители, тот самый сделался главою угла.
[Лк. 20, 17.]
К делу возрождения России нужно относиться не как к чему-то отдаленному и несбыточному, а как к делу вполне реальному, а на нашу работу в эмиграции должно смотреть, как на подготовку к этому великому, ответственному и, мы бы сказали, священному делу.
Эта подготовка должна заключаться, прежде всего, в определении тех исходных позиций, того идеологического фундамента, на котором должно базироваться прочное и долговечное возрождение Русского народа.
В частности, нужно теперь же решить вопрос, правильно ли строили идеологический фундамент Русского возрождения основатели Добровольческой армии генералы Алексеев и Корнилов.
Они призывали к борьбе с большевизмом во имя единой неделимой России и во имя верности союзникам. Это было в 1917 году. Термин единая и неделимая [лозунг «великой» французской революции 1789 г. – С.Ф.] Россия не заключал в себе определенного содержания русской жизни. Под этим термином можно было понимать Россию абсолютистской, такой, какой она была в царствования Императора Петра I или Николая I; можно было понимать под этим термином и демократическую республику современного типа. Однако, вернее всего, под единой неделимой Россией понималось нечто среднее – полу-монархическое, полу-демократическое. Если монарх, то конституционный – для представительства лишь, если республика, то с уклоном в сторону диктатуры. Во всяком случае эта неопределенность давала возможность одним упрекать основателей Добровольческой армии в реакционности, другим – в левизне. Источником же этой идеологии явились политические воззрения так называемой политической общественности предреволюционного и революционного периода, преимущественно кадетской партии. Народ как-то сразу и окрестил Добровольческую армию – кадетами, то ли потому, что в ее рядах было много воспитанников кадетских корпусов, то ли по ее политическому знамени. Во всяком случае при слове «кадет» народ представлял себе какую-то барскую выдумку. Та обстановка, при которой сложились политические воззрения основателей Добровольческой армии, теперь коренным образом изменилась. Кадетская партия перестала давно существовать, прогрессивная общественность доказала свое полное банкротство, самый термин «единая неделимая» утратил свое содержание хотя бы потому, что Россия окружена окраинными государствами, к которым должно отнестись с полным вниманием.
Также отпал и второй девиз знамени – верность союзникам. Тогда у основателей армии была надежда, что, провозгласив этот девиз, они обезпечат себе дружественную помощь могущественных союзников и демократическое лицо приходилось сохранять из-за стремления обезпечить себе помощь европейской демократии. Однако всё это не удалось, союзники бросили Добровольческую армию, а за истекшие годы произошла столь значительная перегруппировка международных сил, что прежних союзников уже не существует.
Таким образом два основных камня «единая неделимая» и «союзники» – выпали по ходу самой жизни. Остался только один – «борьба с большевизмом». Теперь так и говорят – все должны объединиться на идее борьбы с большевизмом.
Поэтому, господа, если вы говорите, что вы следуете заветам ген. Алексеева и Корнилова, то вы говорите неправду. Генералы Алексеев и Корнилов шли за единую и неделимую Россию, во имя верности союзникам и за это боролись с большевиками. Вы же, считая себя их последователями, лозунгов этих не имеете и сами не знаете, во имя чего именно хотите бороться с большевиками.
Генерал Л.Г. Корнилов и эсер-террорист Б.В. Савинков у подъезда Зимнего дворца. Петроград, 1917 г.
Если бы это дело касалось какой-либо частной группы лиц, которые устроили какое-либо частное предприятие, то тогда не пришлось бы спорить: каждый занимается чем он хочет. Но ведь здесь дело идет о создании общественного движения, о будущей вооруженной борьбе, о путях возрождения Русского народа, о нашем будущем. Здесь ошибки не могут быть допущены ни в коем случае. Борьба ведь должна вестись во имя Русского народа и при условии его сочувствия и участия. Нужно создать народное движение, чтобы сам народ поднялся за свое возрождение. Восстановление России мыслимо при полном слиянии руководящей интеллигенции с народом. Она должна быть выразительницей его воззрений и армия должна явиться не какой-то чуждой организацией, а любезной его сердцу носительницей народного знамени, выразительницей его вожделенных чаяний. И вдруг мы туда сунемся с выцветшим знаменем 1917 года, на котором мы сами не знаем хорошенько, что там написано; да нас не только засмеют, но прямо заплюют. Без народа мы решительно ничего сделать не можем.
Нечего скрывать, что если ужасы революции не наставили некоторых на путь истинны, то им совершить в себе перелом в высокой степени трудно – нужно перевернуть свое мiровоззрение и стать в душе настоящим Русским человеком и тогда только откроется красота русского священного девиза, начертанного на наших старых знаменах.
Однако другого пути Русского возрождения не существует, и кто не пожелает его воспринять, те вновь потерпят горькое поражение и безвозвратно погубят свое дело.
Ник. РКЛИЦКИЙ
«Царский вестник». № 194. 15/28.6.1931. С. 1.
Продолжение следует.