Георгий Гаврилович Безвиконный. Бухарест. 1950 г. Все же нельзя сказать, чтобы произведения Пушкина не пользовались бы в Дунайских княжествах заслуженной популярностью. В библиотеки румынской Академии сохранились первые петербургские издания произведений Пушкина: «Руслан и Людмила» 1820 г., «Кавказский пленник» 1822 г., «Цыганы» и «Братья разбойники» 1827 г., «Полтава» 1829 г. и т.д. Бухарестская газета «Куриерул Ромынеск» 1839 г. (с. 61) писала о посмертном издании произведений поэта. Однако в Бессарабии ни один из современников, лично знавших Пушкина, не подписался на это издание. В своей работе о Кишиневе времен Пушкина И.Н. Халиппа опубликовал дело о подписке бессарабцев на первое посмертное издание произведений Пушкина в пользу его семейства ("Труды Бессарабской губернской ученой архивной комиссии». Т. I. Кишинев. 1900. С. 163-168). Среди 18 подписчиков незначительно число природных бессарабцев; интересно упомянуть только Валерию Гиждеу, мать местного писателя А.Ф. Гиждеу, о котором речь будет впереди. Укажем также, что на памятник Пушкину, в 1861 г., в Бессарабии собрали всего 34 рубля 56 ½ копеек (Там же. С. 169-170). Еще одна причина первоначально побуждала замалчивать пребывание Пушкина в Бессарабии. Поэт был «командирован», т.е. сослан на юг России и о последнем долгое время не принято было говорить в его биографиях. А годы шли, старожилы вымирали, также как умирало в памяти все то, что выходило из рамок малоприглядных анекдотов. Пребывание поэта в Бессарабии, кажется, впервые упоминается еще в 1821 г., в «Revue Encyclopédique», т.е. во французском журнале, в котором говорится об авторе поэмы «Руслан и Людмила», «в данное время» находящемся при наместнике Бессарабии. Пушкин являлся первым своим биографом, однако его автобиография, написанная в том же 1821 г., была им уничтожена пятью годами позже, во время следствия по делу декабристов. И только в плане заметок поэта 1833 г. мы находим упоминание о Кишиневе, Орлове, Ипсиланти, греческом восстании и Липранди. На смерть Пушкина, о которой в 1837 г. также писали газеты Дунайских княжеств «Куриерул Ромынеск» (с. 6) и «Албина Ромыняскэ» (с. 77), Бессарабия отозвалась. В связи с трагическим концом поэта в парижской газете «Temps» появилась статья, подписанная «Г. Лам.», – гворили кишиневского приятеля Пушкина. Ни на чем не основываясь, М. Веневитинов уточнил, что статья принадлежала Фурнье, одесскому знакомому поэта. Однако престарелая Н.П. Вишнякова (1856-1946), внучка молдавского каминаря Д.И. Чолакогло (1797–1867) из Шофрынкан Белецкого уезда, лет двадцать пять тому назад (т.е. около 1933 г. – С.Ф. ) заявила нам, что ее дядя, Георгий Дмитриевич Лампо (1791–1866), культурный бессарабский грек, уроженец южнобалканского селения Рендина, затем помещик в тех же Шофрынканах-Ламбу, был в дружбе с Пушкиным и писал нем. Тогда мы не придали значения «дамским рассказам», тем более что богатая библиотека Лампо сгорела у его племянников Стремиади, и проверить сообщение оказалось невозможным. Только обнаружение статьи в газете «Temps» объяснило слова Н.П. Вишняковой. Очевидно, как мы писали еще в 1947 г., автором статьи был Г.Д. Лампо. Из бессарбцев не только Лампо отозвался на смерть Пушкина. Упомянутый Александр Фадеевич Гиждеу (1811–1872), бессарабец немало публиковавший в столичных журналах, написал элегию по случаю кончины поэта. Мы не имели возможности проверить, но местные библиографы указывают на то, что элегия Гиждеу была отпечатана в московском журнале «Телескоп» и воспроизведена 26 мая 1898 г. в кишиневской газете «Бессарабец» (Драганов П.Д. «Bessarabiana». Кишинев. 1912. С. 233. См. также статью: П. К[рушеван]. «Бессарабец Пушкинской эпохи» // «Бессарабец». 1899. № 99. 14 апреля. С. 2). Тот же А.Ф. Гиждеу, в одном из своих стихотворений, не называя имени, говорит о Пушкине (Юлия Хасдеу «Chevalerie. Paris. 1890. Р. 274-275): У нас гостил поэт великий, Здесь все ему счастливо шло. Хоть край наш, говорят, и дикий, Мы лавр нашли; его чело Украсили дев наши руки. О сколько ж их пред ним цвело! Кажись, любил он наших дев; Но пел калмычек и цыганок, И неоставлен им напев, Хотя б один, в честь молдаванок… Портрет Александра Хыждэу работы румынского художника Савы Хенция. 1879 г. Упрек А.Ф. Гиждеу, противоположный автору 1824 года, писавшему в «Вестнике Европы», интересен тем, что недоброжелатели русской культуры в Румынии, в ущерб славе Пушкина, продолжали до наших дней высказывать подобные мнения… В одинаковой мере можно сожалеть о том, что Гомер и Шекспир не воспели молдаванок, так как странно указывать гению, венцу русской литературы – давшей мiру Достоевского и Толстого, о чем он должен писать! В связи с упоминанием А.Ф. Гиждеу приходит на память следующий курьез: его сын, известный румынский ученый Богдан Хасдеу, отпечатал в 1892 г., в своем сочинении «Sic cogito» (с. 75) автограф, полученный от «духа знаменитого Пушкина». Продолжение следует.