sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Categories:

ВОЗВРАЩЕНИЕ В БЕССАРАБИЮ (3)




Предуведомление к неизданной книге


Итак, помянутая в прошлом по́сте небольшая статья пушкиниста Г.Ф. Богача в одной из кишиневских газет (вырезки из которой, к сожалению, я так и не смог найти в своем архиве) сильно повлияла на меня, заставив, образно говоря, посмотреть себе под ноги, оглядеться…
Помню как поразила меня неожиданно возникшая мысль: и здесь – на окраине Российской Империи, в только что присоединенной области – побывал Пушкин; по этой дороге проезжал, видел окружающую природу, Днестр. Да и только ли он один. Сколько других известных людей проехали тем же путем…
С небольшой этой заметки собственно и начался путь к моей книге. Но сначала, понятно, были разрозненные выписки, складывавшиеся в статьи и очерки, от случая к случаю публиковавшиеся уже не только в Молдавии, но и в Москве. Именно они, расширенные и дополненные, составили в конце концов книгу, которую еще в середине 1980-х я предложил одному из кишиневских издательств. (Теперь, выставляя ее в моем ЖЖ, в начале каждой из глав буду давать ссылки на первую публикацию каждой из них.)
Кстати говоря, по счастливому стечению обстоятельств, тот же Г.Ф. Богач дал моей книге путевку в жизнь.



Георгий Феодосьевич Богач родился 20 апреля 1915 г. в селе Василиуцы Хотинского уезда (ныне село Васыливка Сокирянского района Черновицкой области Украины) в семье священника. Со сменой мест служения отца менялись и лицеи, в которых обучался будущий ученый: Хотин, Четатя Албэ (Белгород Днестровский), Болград. В 1938 г. Г.Ф. Богач окончил литературно-философский факультет Ясского университета, на котором был оставлен в качестве ассистента на кафедре славистики. Преподавал в Ясском лицее. Оказавшись в 1940 г. в Бессарабии, учительствовал в селе Богатое Измаильского района. В 1941 г. его призван в армию, на фронте он оставался до самого конца войны. С 1946 г. Богач научный сотрудник Института языка и литературы АН МССР; впоследствии (вплоть до 1969 г.) заведовал там сектором фольклора.

Это был удивительный человек: живой, яркий, запоминающийся, не вписывавшийся в академическую среду, буквально выламывавшийся из нее. И что еще гораздо важнее: это был именно бессарабский (не «советский» или даже «молдавский») пушкинист. Он продолжал прерванную второй мiровой войной традицию. Причина была не только в том, что первые его публикации появились еще в довоенной Румынии (одна из статей вышла еще в 1936 г.); довольно многие его сверстники «перековались».
Георгий Феодосьевич был лично знаком со многими своими коллегами того, казалось, навсегда канувшего в Лету, переписывался с некоторыми из тех, кто потихоньку доживал свой век в Румынии и в СССР. Но самое главное – продолжал в своих работах ту изначальную линию, следуя ее духу и стилю, сохраняя прежний подход к отбору и интерпретации источников.



Конверт первого дня с почтовой маркой и спецгашением, выпущенные Почтой Молдавии к столетию со дня рождения Г.Ф. Богача в 2015 г.
На конверте помещены обложки трех главных пушкиноведческих книг исследователя: «Пушкин и молдавский фольклор» (Кишинев. 1963 и 2-е изд.: 1967); «Далече северной столицы» (Иркутск. 1979) и «Алте паӂинь де историографие литерарэ» (Кишинэу. 1984). Помимо них было еще множество журнальных и газетных статей, опубликованных в Кишиневе и Иркутске, никем, к сожалению, до сих пор не собранных, а жаль. В последние годы Георгий Феодосьевич занимался – и весьма успешно – идентификацией пушкинских рисунков южной поры.


Именно поэтому я очень счастлив, что именно он напутствовал ту мою первую, пусть и невышедшую, пушкинскую книгу, теперь много лет спустя выставляемую наконец в моем ЖЖ – в формате непредставимом в том далеком 1985 году, когда Г.Ф. Богачем была написана рецензия для издательства:









В личных разговорах Георгий Феодосьевич был сдержан; к тому же во время встреч, не столь частых, нам и без того хватало тем для разговоров. Я всегда воспринимал его как живого хранителя традиций бессарабской пушкинистики, которую, узнав, всегда высоко ценил, и потому всякий раз пользовался возможностью напитаться ее духом. Тем отраднее было совершенно неожиданно, окольным путем узнать его оценку первого моего опыта.
Одно из свидетельств содержится в письме ко мне от 24 ноября 1985 г. известного молдавского литературоведа, специалиста в области русско-молдавских литературных связей XIX в., доктора наук, профессора Кишиневского университета Иона Ефимовича Осадченко (1927–1994):





В Иркутске (моем родном городе) Г.Ф. Богач волею судеб оказался еще в 1969 г.: сначала он преподавал там в Институте иностранных языков, а в 1971-1989 гг. в пединституте. В июне 1987 г., по его настоянию, я ездил туда на Всесоюзную научную конференцию «Пушкин – Сибирь – декабристы» и выступал там с докладом, вошедшим затем в мою книгу.
Это был последний мой приезд на родину и одна из последних наших встреч с Г.Ф. Богачем (были еще две короткие в Москве и одна в Кишиневе, но не столь плодотворные и длительные, как летом 1987-го в Иркутске). Георгий Феодосьевич и скончался в Москве (во время своих безконечных путешествий) 28 ноября 1991 г.; похоронили его в Кишиневе…
Незадолго до этого вроде бы что-то сдвинулось и с изданием моей книжки в Кишиневе, как я потом узнал, не без определенных усилий со стороны Георгия Феодосьевича, замолвившего за меня словечко. (Сам я тогда занимался в Москве уже совершенно иными делами…)
Вместо издательства «Литература артистикэ» договор пришел от издательства «Hyperion»:




Но и у этого нового издательства политика вскоре изменилась, да и просуществовало оно недолго. Впрочем, как и другое (вполне солидное и казалось надежное) в Москве: памятное многим издательство «Книга», в котором было запланировано издание моего с супругой перевода книги Георгия Гавриловича Безвиконного «Пушкин в изгнании», вышедшей в 1947 г. в Бухаресте.
Она сопровождалась подробным биографическим очерком о ее малоизвестном у нас авторе, обширными комментариями и приложением, включающим никогда не печатавшиеся работы этого бессарабского пушкиниста и другие сопутствующие материалы (в том числе мою работу о знаменитой библиотеке И.П. Липранди, основанную на документах кишиневских архивов).
В московской «Книге» дело дошло даже до гранок. Но перестройка разрушила все планы и не только наши…






И вот теперь, много лет спустя, я наконец-то решился собрать осколки того моего пушкинского сборника и, пополнив его новыми, обнаруженными мною за последнее время данными, выложить его, наконец, в своем журнале.
Не нужно, конечно, возлагать на текст и чрезмерных упований: это не биография А.С. Пушкина или даже сколько-нибудь связанная ее часть. Однако ведь и разыскания пушкиноведов-краеведов, сами по себе часто незначительные, помогают (бывает, что и весьма существенно) биографам поэта, литературоведам, текстологам, искусствоведам. Подобно маленьким еле заметным ручейкам и родникам они питают полноводную реку большого пушкиноведения.
Обращу в связи с этим внимание и на первоначальное (рабочее) присутствующее в договоре название моей книжки: «Алмазные искры», почерпнутое из слов друга поэта, писателя Владимiра Ивановича Даля, давшего потомкам своего рода напутствие-задание: «Много алмазных искр Пушкина рассыпались тут и там в потемках; иные уже угасли, и едва ли не навсегда; много подробностей жизни его известно на разных концах России: их надо бы снести в одно место…»



Продолжение следует.
Tags: А.С. Пушкин, Безвиконный Г.Г., Богач Г.Ф., История Бессарабии, Мемуар, Пушкин: «Возвращение в Бессарабию»
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments