sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Categories:

ВЕРХОВНЫЙ ПРАВИТЕЛЬ И ЦАРСТВЕННЫЕ МУЧЕНИКИ (32, окончание)




К СТОЛЕТИЮ УБИЙСТВА АДМИРАЛА А.В.КОЛЧАКА


Присутствовавшая 13 и 14 июня 2018 г. на слушаниях дела по иску 26 иркутян к правительству области и мэрии в Кировском районном суде журналистка Юлия Переломова оставила свидетельство о том, как это было.
Итак, иск был предъявлен правительству Иркутской области и городской администрации; в суде были представлены Дума Иркутска, министерство имущественных отношений, Восточно-Сибирская железная дорога; в качестве заинтересованного лица – общественный фонд «Патриот».
«Мы полагаем, что решение Думы в 2004 году было принято без учёта всех обстоятельств, характеризующих личность Александра Васильевича Колчака, и поэтому является незаконным, – сказал адвокат Фёдоров. – При обсуждении вопроса городской Думой и комиссией по городской топонимике не было учтено постановление Военного суда Забайкальского округа от 26 января 1999 года о рассмотрении уголовного дела Колчака. Судом тогда было установлено, что Колчак не подлежит реабилитации, а постановление Иркутского военного революционного комитета в отношении него от 6 февраля 1920 года обоснованно. Колчак был инициатором массовых репрессий в отношении мирного населения и является нереабилитированным военным преступником».



Адвокат О.А. Федоров.

«“Серый дом” [Иркутская администрация] признал требования истца незаконными и необоснованными, поскольку правительство, как оказалось, не принимало никаких актов об установке мемориальной доски и надписи. Представитель Думы Иркутска заявил, что с их стороны вся процедура была соблюдена полностью. После обращения фонда “Патриот” в 2004 году в мэрию вопрос был вынесен на обсуждение комиссии по переименованию улиц и увековечению памяти известных в городе людей. В неё входили общественники, депутаты, чиновники, почётные граждане, руководители организаций и преподаватели вузов. По словам представителя Думы, в комиссии были и доктора исторических наук, и поэты, и редакторы журналов. Вопрос обсуждали по крайней мере на четырёх площадках: на комиссии, в ходе деятельности рабочей группы при мэре, на общественном совете и в Думе. Представитель Думы Иркутска принесла в суд протокол заседания, чтобы все могли убедиться: “Вопрос личности Колчака рассматривался с различных точек зрения”. […]
…Представители фонда “Патриот” в прениях попытались сбить апломб Фёдорова. “Ссылаясь на документы военного суда Забайкальского военного округа, необходимо всё договаривать до конца, – заметил один из членов фонда. – С учётом современного законодательства Колчак не является судимым лицом. В соответствии со статьёй 86 УК РФ судимость погашается по истечении определённого срока. Текст решения суда Забайкальского военного округа по Колчаку никто не видел, он является засекреченным по решению ФСБ. Доказательство, соответственно, нельзя признать раскрытым и положить его в основу доводов, на которые ссылаются истцы. Нет каких-либо актов, судебных решений о том, что Колчак был лишён наград и научных званий. Эти юридические факты имеют равное значение с теми судебными актами, к которым апеллирует истец”. По мнению “Патриота”, никакие права истцов не нарушены, наличие памятника никак не препятствует им высказывать своё мнение о Колчаке. И пример тому – свобода выражения своих мыслей в суде.
Представители мэрии Иркутска тоже заявили, что они в этом споре ни при чём. Требование демонтировать памятник правомерно только в том случае, если будет признано, что решение Думы противозаконно. Но даже если и будет так, то полномочий по сносу памятника у мэрии нет. Правительство […] не вешало табличку в здании вокзала “Иркутск-Пассажирский” и не делало надпись на фронтоне музея, а мэрия, как оказалось, памятник не устанавливала. В реестре городских объектов его нет. И даже земля под ним – не муниципальная.
Ответчики настаивали, что истцами пропущен срок исковой давности. Действительно, 14 лет прошло с того момента, как Колчак появился в Иркутске. […]
Истцы ссылались на петербургский прецедент 2017 года, когда по решению суда была демонтирована мемориальная доска Колчаку, установленная на доме № 3 по улице Большой Зеленина. Однако представители фонда “Патриот” напомнили собравшимся, что судебное решение в Питере было вынесено не по вопросу личности Колчака, а в связи с нарушением имущественных прав граждан. В Иркутске же ни памятник, ни надпись, ни табличка не нарушают никаких имущественных прав. […]
…Откуда и когда появилась табличка в здании вокзала, а также кто сделал надпись на фронтоне музея – это представители “Серого дома” и мэрии не смогли пояснить. Наверное, об этом должна была знать региональная Служба по охране объектов культурного наследия. Но её представители в суд не явились, предоставив лишь заключение, согласно которому здание вокзала “Иркутск-Пассажирский” является объектом культурного наследия регионального значения, оно находится в собственности РЖД. Внутри действительно есть мемориальная доска Колчаку, но она не искажает предмет охраны, сообщили в службе. Охраняется и музейный “фриз из поребрика… с фамилиями знаменитых географов”. Однако служба оставила за скобками вопрос о том, когда и на основании решения какого органа вокзал был украшен мемориальной доской Колчаку, а музей – фамилией адмирала. Адвокат Фёдоров задал вопрос представителям “Серого дома”: “Кто принимал решение о нанесении надписи на фриз музея?” – “Это вы должны были узнать сами, когда обращались в суд с исковым заявлением”, – услышал он в ответ. […]
Представитель минимущества также осведомился, есть ли у правительства информация, когда появилась надпись “Колчак” на фронтоне здания музея. Правительство сослалось на документ из Государственного архива Иркутской области, согласно которому надпись появилась 6 февраля 2007 года. “Как этот документ называется, какой орган его принял?” – поинтересовался Олег Фёдоров. “Это Иркутская летопись, она составлена писателями города Иркутска”, – сказал ответчик. Других документов об этом событии правительство предоставить не смогло».



О.А. Федоров.

«Тут, – рисует обстановку в зале суда в перерыве перед вынесением приговора журналистка, – заговорили все сразу. “Да Колчак с Иркутском связан!” – защитники памятника обступили Олега Фёдорова плотным кольцом. “Чем он связан? Тем, что он здесь женился? Так я тоже здесь женился! Тем, что он написал одну статью научную? Так я тоже их писал”, – горячился Олег Фёдоров. “Но вы, извините меня, недостойны в любом случае Большой Константиновской медали, – взмахнула веером пожилая дама. – Это памятник примирению! Кто вы после этого? Реваншисты!” – “Это мы реваншисты? – удивился один из истцов. – А что было 8 февраля 2018 года у вашего памятника ‘примирению’? Заявлялось, что красные – это абсолютное зло, а Колчак и другие деятели белого движения вели справедливую войну с этим абсолютным злом”. – “Это вы первые начали!” – “Нет, это вы!” – “Нет, уж извините, вы!”
“Встать, суд идёт!” – прервал этот горячий диалог секретарь суда. Дама с веером перекрестилась, когда судья начала зачитывать резолютивную часть.
“Руководствуясь статьями 175, 180 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд решил требования истцов… оставить без удовлетворения”, – произнесла судья.
“Это ещё не конец!” – заявил адвокат Фёдоров, собрал портфель и удалился. Теперь у 26 борцов есть месяц с момента принятия решения в окончательной форме на обжалование. А тем временем на платформе www.change.org за две недели 1940 людей подписали петицию к президенту Путину под названием “Остановим снос памятника Колчаку в городе Иркутске!”»:

http://www.vsp.ru/2018/06/19/eh-kolchak-kolchak-shpory-yasnye/
После суда иркутское отделение движения «Суть времени» пыталось было развернуть в городе акции – пикеты со стендами, рассказывающими «о преступной деятельности Колчака, за которую он и был расстрелян». Организатором был член иркутской ячейки Александр Ермаков – один из двух братьев-близнецов, подписавших иск адвоката Федорова:
https://rossaprimavera.ru/news/3d010f35
Особого интереса эта «просветительская» деятельность красных у иркутян не вызвала, а потому и сошла на нет. Никаких новых судебных разбирательств тоже не последовало.
Вскоре в результате массовых бедствий (лесных пожаров и наводнений), едва ли случайно постигших Иркутскую область, губернатор-коммунист С.Г. Левченко вынужден был 12 декабря 2019 г. подать в отставку, недобровольность которой подтвердил в своем заявлении обком КПРФ. Инспирировавшая суды крикливая «группа товарищей», лишившись поддержки сверху, тут же затихла, уйдя в тень.



Пикет «против прославления Колчака». Фото Александра Исмаилова.

Ответ на возможность столь многими чаемого примирения дал в свое время известный поэт Русского зарубежья Арсений Несмелов (1889–1945). Сделал он это в стихотворении «Оборонцам», опубликованном в 1942 г. в харбинской газете «Прибой» (№ 71):

Ну, хорошо,
Свою беду простим –
И беженство, и нищету, и муку –
Все это мы
Сейчас
Отпустим им,
Простим по-братски
И протянем руку.

Но
Можем ли
Простить мы и за тех,
Что
Тысячами
Падали в подвалах,
Как жертвы их палаческих утех,
Их жадных рук,
От свежей крови
Алых?

Но пусть и так...
Склоняясь к сапогу,
Пусть сами мы
Сейчас
Подставим выю
Последнему заклятому врагу:
...Спасем ли этим
Мы
Свою
Россию?

Нет!
Из того, что дорого векам,
Враг не вернет ни пяди, ни крупинки.
Он это лишь пообещает вам –
Прижат к земле
На страшном поединке.

Когда ж блеснет –
Хоть временный –
Успех,
Чтоб муть тревог
Не клокотала в нервах –
Он вас же в тюрьмы
Бросит прежде всех
И в прежних пытках растерзает
Первых!

Чего ж вы ждали столько горьких лет?
Ведь эта битва вызревала где-то,
Ее вы ждали...
И ответа – нет...
Не может быть разумного ответа!

Очнитесь же от басен и химер!
Вернитесь вновь к национальной яви!
Между Россией,
Да,
И Эссесер
Знак равенства немыслимо поставить.


Своей жизнью поэт выслужил себе право сказать эти горькие слова.
Поручик Арсений Иванович Митропольский (таково было его настоящее имя) в составе Сибирской армии освобождал Екатеринбург.
«Конечно, – вспоминал он, – все мы были монархистами. Какие-то эсдеки, эсеры, кадеты – тьфу – даже произносить эти слова противно. Мы шли за Царя, хотя и не говорили об этом, как шли за Царя и все наши начальники».
Вместе с войсками генерала В.О. Каппеля потом он проделал Великий Сибирский Ледяной поход, отступая до самой Читы.



Поручик Арсений Митропольский.

В Верхнеудинске поручик прорвался на оцепленный чехами железнодорожный перрон, где стоял поезд Верховного Правителя. Увидев в окне вагона Адмирала, он отдал ему честь.
Событию этому поэт посвятил свое стихотворение «В Нижнеудинске», опубликованное в 1942 г. в харбинском сборнике «Белая флотилия»:


День расцветал и был хрустальным,
В снегу скрипел протяжно шаг.
Висел над зданием вокзальным
Безпомощно нерусский флаг.

И помню звенья эшелона,
Затихшего, как неживой.
Стоял у синего вагона
Румяный чешский часовой.

И было точно погребальным
Охраны хмурое кольцо,
Но вдруг, на миг, в стекле зеркальном
Мелькнуло строгое лицо.

Уста, уже без капли крови,
Сурово сжатые уста!..
Глаза, надломленные брови,
И между них – Его черта, –

Та складка боли, напряженья,
В которой роковое есть…
Рука сама пришла в движенье,
И, проходя, я отдал честь.

И этот жест в морозе лютом,
В той перламутровой тиши, –
Моим последним был салютом,
Салютом сердца и души!

И он ответил мне наклоном
Своей прекрасной головы…
И паровоз далёким стоном
Кого-то звал из синевы.

И было горько мне. И ковко
Перед вагоном скрипнул снег:
То с наклонённою винтовкой
Ко мне шагнул румяный чех.

И тормоза прогрохотали –
Лязг приближался, пролетел,
Умчали чехи Адмирала
В Иркутск – на пытку и расстрел!


После Ледяного похода поручик Митропольский некоторое время служил у барона Р.Ф. фон Унгерн-Штернберга, а потом оказался во Владивостоке как раз в то время, когда генерал М.К. Дитерихс собирал там Приамурский Земский Собор, объявивший о восстановлении Монархии в России.
Затем наступила эмигрантская жизнь в Харбине, завершившаяся арестом его там смершевцами в августе 1945 г., вывозом в СССР, где он скончался 6 декабря в пересыльной тюрьме в Гродеково.



Орден «Освобождение Сибири», учрежденный 17 июня 1919 г. во время правления адмирала А.В. Колчака. Он имел четыре степени. Существовало два варианта: для военных и гражданских лиц. Основу награды составлял равносторонний крест с находящейся в центре датой: «1918» – год начала освобождения Сибири от большевиков.
Дизайн ордена принадлежал Глебу Александровичу Ильину (1889–1968) – выпускнику Петербургской Императорской Академии художеств. Еще до революции он получал заказы на написание портретов Членов Императорской Семьи (Вел. Кн. Константина Константиновича). После падения Омска перебрался в Читу, а оттуда в Японию, где получал заказы от Императорской семьи и высокопоставленных членов правительства. В 1923 г. выехал в США, где в 1930 г. написал портрет супруги Президента Герберта Гувера. Скончался в Себастополе. Погребен на Сербском кладбище в Сан-Франциско.
Награждение орденом «Освобождение Сибири» не производилось. Награда осталась как бы завещанием Верховного Правителя будущим поколениям.



Каким же будет окончательный ответ иркутян (и не одних их, конечно) на вызов, брошенный никак не унимающимися идейными потомками убийц Царской Семьи и Верховного Правителя, пытающимися и сегодня – после всего случившегося и с нами и со страной – следовать заветам духовных своих отцов, распнувших когда-то Россию?
Пришло время, которое предвидел русский писатель А.И. Куприн, сформулировавший свой вопрос к соотечественникам в написанном в марте 1920 г. в Гельсингфорсе некрологе Адмиралу:
«Лучший сын России погиб страшной, насильственной смертью… Будет ли для нас священно то место, где навсегда смежились эти суровые и страдальческие глаза, с их взглядом смертельно раненного орла? Или – притерпевшиеся к запаху крови… равнодушные ко всему на свете, кроме собственного сна и пищеварения, трусливые, растерянные и неблагодарные – мы совсем утратили способность благоговеть перед подвигом… и расчетливо преклоняемся только перед успехом, сулящим нам еду и покой?..
Когда-нибудь, очнувшись, Россия воздвигнет ему памятник, достойный его святой любви к Родине».

Памятник воздвигнут. Но ведь недавно мы его едва не потеряли. И нет никакой уверенности, что опасность эта миновала…



Установка и освящение нового железного поклонного креста (вместо прежнего обветшавшего деревянного) на месте гибели адмирала А.В. Колчака у Знаменского монастыря. Иркутск. 16 ноября 2914 г.






На стальной табличке выгравирована надпись: «Александру Васильевичу Колчаку, Адмиралу флота России, учёному-полярнику, убиенному здесь 07.02.1920 г. В день 140-летия со Дня рождения 16 (04) ноября 1874 г. Год 2014. От Иркутского казачьего войска».
Tags: Адмирал А.В. Колчак, Барон Р.Ф. Унгерн фон Штернберг, Бумаги из старого сундука, М.К. Дитерихс, Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 23 comments