sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Category:

СВИДЕТЕЛЬ «РУССКОЙ АГОНИИ» РОБЕРТ ВИЛЬТОН (17)




В «комнате смерти»…


«Кончился этот проклятый год.
Но что дальше?
Может, нечто еще более ужасное.
Даже наверное так».

Иван БУНИН.
1 января 1918 г.


После завершения миссии во Владивостоке Роберт Вильтон вместе с генералом М.К. Дитерихсом отправились назад: сначала в Омск, а затем – в Екатеринбург, куда к тому времени уже перебрался Н.А. Соколов. Из документов известно, что тот приступил в городе к проведению следственных действий уже 8 марта.
Рассказывая далее об участии Вильтона в расследовании цареубийства, мы будем учитывать все издания его книги «Последние дни Романовых», но пользоваться будем главным образом русскими: берлинским 1923 г. (перевод князя А.М. Волконского) и парижским 2005 г. (осуществленным Ш. Чиковани), отдавая при этом предпочтение последнему, сделанному по русской машинописи, принадлежавшей самому автору.
Дело в том, что этот небезупречный с точки зрения литературной редактуры текст не подвергался иным – часто серьезно искажающим смысл – посторонним воздействиям. В этом изводе мы лицом к лицу встречаемся с самим Вильтоном и, невзирая на незначительные языковые огрехи, лучше понимаем, что в действительности хотел донести до нас он сам.
«В апреле месяце, – читаем в этой книге (с. 38-39), – автор прибыл в Екатеринбург, где познакомился с судебным следователем по особо важным делам Николаем Алексеевичем Соколовым, которому Верховный Правитель Колчак поручил окончательное расследование как Царского дела, так и всех дел об убийстве Великих Князей, погибших на территории Сибири.
Автора свела с Соколовым одна страсть, которая одна только одна может, кажется,, быстро и крепко свести и сблизить самых различных людей: охота. Я понял этого человека… […]
В течение многих месяцев автор находился в ближайшем соприкосновении с Н.А. Соколовым, следил за всеми подробностями следствия и принимал участие в таких действиях, к которым Соколов допускал только особо доверенных лиц. Осмотр и исследование им места в лесу, где были уничтожены трупы Царя и Его Семьи, производился при мне. Кроме генерала Дитерихса и еще троих лиц, акт, составленный Н.А. Соколовым об этом осмотре и изысканиях, имеет еще подпись только автора. По просьбе Н.А. Соколова я помогла ему фотографированием многих мест и вещей. Я же служил и переводчиком писем Императрицы на английском языке, которым Соколов придавал громадное значение».
Именно Роберту Вильтону, пишет один из исследователей дела, историк Н.Г. Росс, «адмирал Колчак поручил заведование фотолабораторией, изготовлявшей снимки для следствия» («Гибель Царской Семьи». С. 569).



Генерал М.К. Дитерихс, следователь Н.А. Соколов и товарищ прокурора Екатеринбургского окружного суда Н.Н. Магницкий во дворе Ипатьевского дома. Екатеринбург. 1919 г. Фото Роберта Вильтона, опубликованное в лондонском издании 1920 г. «Фотография, – говорится в подписи, – сделана в саду, рядом с террасой».

Князь А.М. Волконский, переводчик первого русского берлинского издания книги Роберта Вильтона 1923 г. так оценивал его деятельность этого периода (с. 5): «Оказавшись после революции в Сибири, он в течение многих месяцев находился в ближайшем соприкосновении с судебным следователем по делу об убийстве Государя, вникал во все подробности следствия и принимал участие в таких действиях, к которым следователь допускал только особо доверенных лиц; он осматривал комнату, где произошло убийство, присутствовал при осмотре и исследовании места в лесу, где были уничтожены тела Государя и Его Семьи; его подпись стоит на акте этого осмотра; он лично проследил путь грузовика, отвозившего эти тела; им сделаны снимки многих мест и вещей, касающихся преступления, он сберег с опасностью для жизни один из экземпляров следственного дела».
А вот как в том же издании (с. 89) описывал английский журналист состояние дел с расследованием убийства Царской Семьи до назначения Н.А. Соколова:
«Красные оставались в городе до 12(25) июля. 24-го были возвращены ключи от Ипатьевского дома родственнице владельца, но сам Ипатьев находился в деревне и помещение оставалось пустым. 25-го вечером передовые части чехословацких и казачьих войск, под командованием кн. Голицына заняли Екатеринбург. 27-гo его штаб занял помещение в городе и штабу были доставлены Царские вещи, найденные крестьянами деревни Коптяки у шахты, что у Ганиной Ямы.
28-гo в штаб был приглашен судебный следователь по важнейшим делам Намёткин и ему со стороны военных властей (так как гражданская власть ещё не сформировалась) было предложено заняться расследованием дела о Царской Семье. Он без бумаги от прокурора отказался. Пока прокурора Кутузова отыскали в дачной местности, 12 офицеров, охраняя Намёткина, отправились с ним в Коптяки и на шахту и произвели осмотр шахты и костров.
Шахта оказалась обшитой крепким срубом, разделенной на два колодца – один имеет 3 аршина в квадрате, другой 1½. В большом колодце, на глубине 8 аршин оказалась вода, а под водой был лёд, пробитый в одном только месте. Над водой оказалось много хворосту, осколки гранат. В малом колодце льду не оказалось.
Начиная со 2 августа, офицеры под наблюдением товарища прокурора Н.Н. Магницкого – за отказом Намёткина ехать вновь в лес – занялись откачкой шахты. Работа длилась три недели, причем приходилось приостанавливать её на несколько дней вследствие продвижения красных частей. […]
Офицеры, производившие работы, несмотря на эти доказательства, все продолжали думать, что Царскую Семью наверно вывезли немцы по чисто немецким соображениям и допускали лишь симуляцию убийства. Отсутствие трупов казалось им доказательством правильности такого объяснения. Им в голову не приходила мысль, что трупы разрушены и остатки брошены в малый колодец. Никто не подумал изъять из этого малого колодца находящийся на дне слой – хотя очевидно было, что этот слой выше дна большого колодца.



Ипатьевский дом. Фото из парижского издания книги Р. Вильтона 1921 г.

Между тем, дознание уже пополнилось совершенно точными указаниями не только о самом убийстве всей Царской Семьи, но и о месте и способе истребления остатков. А предварительное следствие стояло на мертвой точке. Следователь Намёткин отправился 2-гo августа в Ипатьевский дом. 7-гo августа оказавшийся на лицо состав Окружного суда решил передать дело члену суда Сергееву, но Намёткин ещё держал дело в своих руках до 14-го августа. Сергеев тогда занялся дальнейшим осмотром дома, но в лес тоже не поехал.
И вот, за отсутствием внимательного отношения со стороны следственной власти к действительному положению на руднике, было утрачено драгоценное время до наступления зимы.
Между тем, из имевшихся показаний Намёткину и Сергееву ясно было, что “похороны” трупов обставлялись каким-то совершенно особенными мероприятиями. Истину можно было узнать только на месте, и как впоследствии оказалось, весьма легко…»
С назначением Верховным Правителем Н.А. Соколова всё сразу же изменилось. И хотя бездарно потраченного лета и осени 1918 г. было уже не вернуть, многое было всё же навёрстано.
Начал Николай Алексеевич с Ипатьевского дома…



Ворота во двор Ипатьевского дома. Слева от ворот – ступени, ведущие в парадную. У дерева стоят: генерал М.К. Дитерихс (справа) со следователем Н.А. Соколовым и товарищем прокурора Н.Н. Магницким. Конец апреля – начало мая 1919 г. Фото Роберта Вильтона. Впервые опубликовано в парижском издании 1921 г.

Вот как описывал Роберт Вильтон свое посещение дома, по которому его водил сам следователь: «Автор посетил дом, в котором жили и были убиты Романовы. […] Конечно, весь дом подвергся значительным изменениям. Самые элементарные требования судебного дознания были нарушены. Это обстоятельство само по себе характеризует отношение некоторых лиц к Царскому делу.
Но самая главная комната, где именно было произведено убийство, охранялась и была опечатана. Соколов провел автора через весь дом и ввел его в комнату смерти, шаг за шагом объясняя все перипетии трагедии. Он вел меня именно тем путем, через все те комнаты и лестницы, по которым шла на смерть несчастная Семья.
В комнате смерти, несмотря на мытьё пола и стен, ясно сохранились следы преступления: кровь на обоях в виде множества совершенно характерных брызг, следы пулевых каналов и штыков. По этим зловещим знакам и выемкам точно устанавливается картина зверской расправы с беззащитными Узниками.
Местами в этой комнате, как и в других, сохранились грязные и гнусные надписи и рисунки, имевшие отношение к слухам о Распутине. Надписи – на русском, еврейском, немецком и мадьярском языках. Некоторые из них дали ценнейший материал для судебного следствия» (Paris. 2005. С. 41-42).



«Комната смерти». Снимок из лондонского издания 1920 г.

Особое внимание уделял Роберт Вильтон обнаруженным в доме необычным надписям.
« В комнате, – читаем в берлинском издании (с. 113-114), – где Государыня провела свои последние дни, она по приезде начертила знак счастья, свастику, приписав к ней число, 17–30 апреля.



Фрагмент нью-йоркского издания книги Вильтона 1920 г.

Чертить этот знак, приехав в новое помещение, стало обыкновением Императрицы… Увы, счастье, которое Она призывала, принесло лишь утешенье умереть вместе со Своими близкими.
Гайда и его солдаты не заметили этой надписи, более или менее скрытой оконною рамой, и она сохранилась».
Изображение Царицына гамматического креста присутствует во всех изданиях книги Вильтона, начиная с лондонского 1920 года.
Своей загадочностью привлекали и зловещие граффити, выявленные в «комнате смерти», стоявшей, как мы помним, с первых дней прихода в город белых и чехов запертой.
«На стене низкой комнаты, когда следователь в неё вошел, – пишет Вильтон, – виднелась немецкая надпись – цитата из поэмы Гейне “Belsazаr” [в русском издании 1923 г. ошибочно“Belsatzer” – С.Ф.]:



Прорись строк из гейневского стихотворения, опубликованная в парижском издании 1921 г. (р. 114).

“Валтасар был этой ночью убит своими слугами”. (Можно разобрать слово “seinen”, написанное поверх слова “selbigen”. У Гейне стоит “sienen”. [Изменение слова “Валтасар” из стихотворения Гейне на “Belsatzar” – в надписи, говорится в примечании к парижскому изданию 1921 г. (р. 114), сделано применительно к русским реалиям. – С.Ф.]).
Еврей “с черной, как смоль бородой”, прибывший, по-видимому, из Москвы с собственной охраной к моменту убийства в обстановке крайней таинственности – вот вероятный автор надписи, сделанной после убийства и после ухода “латышей”, занимавших полуподвальное помещение; последние были на это по своему низкому умственному развитию совершенно неспособны.
Во всяком случае, тот, кто сделал эту надпись, хорошо владел пером (или точнее карандашом). Он позволил себе даже каламбур с именем царя (Belsatzar вместо Belsazаr); монарх этот расположением евреев не пользовался, хотя зла пленным евреям не причинял. Понятен намек на Библию. Николай тоже зла евреям не сделал; их было много среди Его подданных, но Он их не любил: то было в глазах Израиля грех смертный. И Ему устроили самую тяжкую смерть…» (Берлин. 1923. С. 92).
Сообщение о надписи со стихами из Гейне присутствует во всех изданиях книги Р. Вильтона, однако само изображение ее впервые появляется лишь в парижском 1921 года, на 114-й странице и в самом начале книги, еще до титула:




Были в той комнате и еще более таинственные знаки…
«Изречение из Гейне в Валтасаре, написанное на обоях комнаты, где произошло убиение Царской Семьи, сделано справа у самого входа, а рядом с окном, как раз против того места, где был убит Сам Царь, оказалась каббалистическая надпись. Вот как сказано в протоколе осмотра:
“На самом краю подоконника чернилами сделаны одна над другой три надписи: «1918 года», «148467878 р», а вблизи их написано такими же чернилами и тем же почерком «87888»”.
В некотором расстоянии от этих надписей на обоях стены такими же чернилами и такими же толстыми линиями написаны какие-то знаки, имеющие следующий вид:



Фрагмент 114-й страницы берлинского издания 1923 г.

Читатель, если он посвящен в тайны, поймет» (Берлин. 1923. С. 114).
В послесловии, появившимся впервые в парижском издании 1921 г., однако в той его части, которая имелась только в русском берлинском издании 1923 г., говорится (с. 122): «Надпись, сделанная каббалистическими письменами на стене комнаты убийства в доме Ипатьева, была воспроизведена в английском издании моей книги (в 1920 г.); по этому поводу я получил несколько писем от лиц, сведущих в криптографии. Установлено, что секретные “коды” некоторых обществ, которые имеют свои главные управления в Германии и в которых заведомо участвуют евреи, заключают в себе письмена, подобные екатеринбургской надписи. Не имеем ли мы здесь дело с тайным сношением между соучастниками?»



Фрагмент с каббалистической надписью из лондонского издания 1920 г. (р. 160).

К этому месту в книге дано обширное подстраничное примечание (с. 122-123): «Вот несколько выдержек из письма, полученного мною, от лица весьма осведомленного, от г-жи Несты Уэбстер (Nesta Webster) – автора замечательной книги о французской революции, в которой она воскрешает данные того времени, доказывающие, какую деятельную роль играли евреи в подготовке и взрыве революции 1789 года: “Проследив роль немецких иллюминаторов во всех революционных движениях прошлого века, я убеждена, что нынешняя большевицкая власть получает указания от тайного общества, имеющего свое управление, вероятно, в Германии… Весьма примечательно, что из 4-х воспроизведенных Вами знаков, три похожи на знаки, которыми пользовались иллюминаты и которые напечатаны графом Ле Кутле де Кантеле (Le Coutleux de Casteleu) в его книге ‘Les Seetes et les Socletes secretes’ (1863 г.)”.
Дальнейшие расследования дали более положительные результаты. Три знака, употребляемые еврейскими тайными обществами в Германии, оказываются взятыми из староеврейского, самаритянского и греческого алфавитов и обозначают “сердце” или в переносном смысле “главу” – духовную (еврейский знак) народную (самаритянский) и политическую или государственную (греческий). Этим точно обозначается такое лицо, как Русский Царь.
Снимок стены с надписью показывает цифры на подоконнике, написанные “такими же чернилами и такими же толстыми линиями” лицом, стоящим у стены. По-видимому, в таком же положении сделана надпись на стене, следовательно, нужно читать сбоку. Тогда ясно отмечается греческая “ламбда”.
Вероятно, точное значение и надписи, и таинственных цифр на подоконнике станет со временем известно, но из сказанного достаточно ясно, что надписи сделаны с преднамеренной целью и сделаны лицом близко знакомым с каббалистикой, и также – судя по почерку – лицом, обладающим сильным, даже жестоким характером».
Неста Хелен Уэбстер (1876–1960), с которой Р. Вильтон состоял в переписке, была автором в свое время известных книг о связях оккультистов, каббалистов, масонов и иезуитов с различного рода тайными политическими обществами (в т.ч. коммунистами), замышлявшими прийти к господству над мiром. По ее мнению, именно это сообщество было причастно к развязыванию т.н. «великой французской революции», революциям 1848 г. в Европе, первой мiровой войне и, наконец, большевицкому перевороту в России 1917 года.



Три возраста Несты Уэбстер: в юности, молодости и в 53 года.

В свое время книги Несты Уэбстер высоко ценил Уинстон Черчилль.
В своей известной статье «Сионизм против большевизма. Борьба за душу еврейского народа», опубликованной 8 февраля 1920 г. в лондонской газете «Illustrated Sunday Herald», он писал:
«…Интернациональные евреи, именно они – источник разных заговоров. Члены этой организации злоумышленников в основном вышли не из самой зажиточной части населения стран, где имело место преследование евреев. Большинство из них, если не все, отошли от веры своих предков и вычеркнули из своих мыслей все надежды на улучшение этого мiра. Это движение среди евреев не ново, начиная со Спартака-Вейсгаупта, через Карла Маркса и до Троцкого, Бела Куна (Венгрия), Розы Люксембург (Германия) и Эммы Голдман (США).




Этот всемiрный заговор по разрушению всей цивилизации и построению общества, полностью застывшего в своем развитии, общества, проникнутого недоброй завистью, уравниловкой, этот заговор постоянно нарастает.
Он играл, как неопровержимо показала современная писательница – миссис Уэбстер, решающую роль во Французской революции. Он был скрытой пружиной каждого подпольного движения XIX века.
Наконец, эта банда невообразимых личностей, этот мутный осадок больших городов Европы и Америки, мёртвой хваткой схватил за горло русский народ и стал неограниченным правителем этой огромной империи».

http://www.fpp.co.uk/bookchapters/WSC/WSCwrote1920.html
https://hojja-nusreddin.livejournal.com/3690057.html

Статья эта, видимо, дорого обошлась политику: когда в начале 1950-х у него попросили разрешения перепечатать ее, он категорически отказал.


Уинстон Черчилль (справа в машине) после поражения на выборах под градом насмешек и угроз лондонских социалистов, заметную часть которых составляли отнюдь не коренные островитяне. 1924 г.
http://humus.livejournal.com/5061133.html

Возвращаясь к Роберту Вильтону, отметим, что каббалистической надписи он, судя по всему, придавал огромное значение. Ее изображение сопровождает все его книги, а в парижском 1921 г. и берлинском 1923 г. вынесено даже на обложки.
О самой каббалистической надписи и строчках из стихов Гейне см.:

http://www.nashaepoha.ru/?page=obj26977&lang=1&id=1133


Фрагменты обложек парижского и берлинского изданий книги Р. Вильтона.


Что касается «шифровки на краю подоконника» (изображенных там цифр), то первое упоминание о них мы встречаем в парижском издании 1921 г. Там же (р. 140) были приведены и вот эти группы: «24678; 1918; 87888; 148467878», а на VII вклейке (между 84 и 85 страницами) была впервые помещена фотография подоконника.
В русском берлинском издании 1923 г. (с. 114) помещен тот же снимок и те же цифры (их мы уже воспроизводили выше), за исключением первой из перечисленных.



Подоконник в «комнате смерти» с цифрами и каббалистической надписью. Впервые этот снимок был дан в парижском издании 1921 г.

Появилась во французском парижском 1921 г. (р. 140) и в русском берлинском 1923 г. (с. 114-115) также прорись и описание еще одной надписи:
«На стене дома, близ поста у пулемёта, сверху террасы, один из “латышей” нацарапал следующие слова:



Изображение из парижского издания 1921 г.

что по-венгерски означает: “Андрей Верхас 1918 VII 15-го стоял на часах”. Число – канун избиения. Я читал эту надпись; у меня есть фотография, снятая на месте. Убийцы “латыши” были, значит, венгерцы».
Об этом персонаже мне приходилось писать еще в 1997 г. в одном из комментариев к книге игумена Серафима (Кузнецова) «Православный Царь-Мученик» (с. 654-657). Сделаем из него относящиеся к делу выписки.
Речь идет о «показаниях члена Уральского областного исполнительного комитета, бывшего австрийского военнопленного И.Л. Мейера, впервые опубликованных в немецком журнале “7 TAGE”. 14.7–25.8.1956 (на рус. яз.: “Как погибла Царская Семья”. Пер. с нем. гр. П.А. Коновницына. Изд. журнала “Согласие”)».



Обложка первого издания, вышедшего в 1956 г. в Лос-Анджелесе.

«Пишет И. Мейер и о семи “латышах”: “Все были из Международной бригады, отборные люди из 1-го Камышловского полка. Они годами были в плену и тогда, когда они были освобождены большевиками, они предоставили себя в распоряжение новым властелинам. Их ненависть к Царю была настоящей, т.к. им было ясно, что Россия будет продолжать войну против их родины в случае, если контрреволюция белых армий победит. Это могло быть причиной тому, что они были назначены на эту задачу и что они ответили на опросе, что они были готовы выполнить это поручение.
Несмотря на усердное старание вступивших позднее в город белых войск, а также через девять месяцев прибывшего на место белого следователя Соколова, не удалось точно установить имена людей, которые в эту ночь погасили жизнь Семьи Романовых. Я могу теперь, через 38 лет после ужасного происшествия в доме Ипатьева, без размышления назвать их имена, т.к. большинство из них уже мертвые. [...] [Лаонс] Хорват, [Анзельм] Фишер, [Изидор] Эдельштейн, [Эмил] Фекете, [Имре] Надь, [Виктор] Гринфельд, [Андреас] Вергази”. Далее И. Мейер упоминает лишь об одном из семи – “члене экзекуционного комитета” Хорвате, “одном из особенно доверенных лиц Мебиуса”.
В свое время были опубликованы фотокопии документов, которые удалось вывезти Мейеру: Постановление о расстреле Царской Семьи 14.7.1918; Список команды особого назначения в доме Ипатьева для расстрела Царской Семьи; Экстренный выпуск с сообщением о расстреле 20.7.1918; Протокол экстренного заседания Уральского областного исполнительного комитета совместно с членами ЧК и Революционного штаба 19.7.1918 (“Письма Царской Семьи из заточения”. Джорданвилль. 1974. С. 399, 400, 408, 409)».



Список команды чекистов, назначенных в дом Ипатьева для расстрела Царской Семьи.

Не все, однако, с доверием относятся к опубликованным воспоминаниям. Исключая ангажированных историков, отрицательно к ним относились профессор П.Н. Пагануцци и О.А. Платонов.
Однако мало-помалу некоторые сведения, содержащиеся в воспоминаниях Мейера, получают неожиданные подтверждение. Одно из таких доказательств привел в предисловии к «Воспоминаниям о Царской Семье и ее жизни до и после революции» Т.Е. Мельник-Боткиной (М. 1993. С. 11-12) исследователь Царской темы А.Н. Крылов-Толстикович (1951–2017). В качестве доказательства Александр Николаевич использовал обнаруженное тогда в архиве письмо Лейб-медика Е.С. Боткина.
Продолжим выписки из комментариев 1997 г.: «…“Фантастические герои” самым неожиданным образом начинают постепенно оживать. На стенах Ипатьевского дома были обнаружены две надписи: “№ 6. Верхаш 1918 VII/15 Карау...”; “Verhaš Andraš 1918 VII/15 e örsegen” (“Гибель Царской Семьи. Материалы следствия по делу об убийстве Царской Семьи”. С. 319).
Вице-председатель Российской зарубежной экспертной комиссии по расследованию судьбы останков Членов Российского Императорского Дома, убитых большевиками в Екатеринбурге 17 июля 1918 г., князь А.П. Щербатов свидетельствует: “В убийстве приняли участие тщательно проверенные солдаты интернациональной бригады и ее Первого Камышловского полка; по словам Ансельма Фишера, солдата бригады и автора книги воспоминаний, их было десять солдат и один офицер, Истван Кольман, лейтенант австро-венгерской армии, попавший в плен под Луцком. Солдаты указаны как А. Хорват, Изадор Эдельштейн, Имре Надь, Виктор Гринфельд, Андреас Вергази и С. Фаркаш. Сам Кольман получил “за Екатеринбург” орден Красного знамени, а в 1920 г. зверствовал вместе с Бела Куном в Крыму после эвакуации” (Выступление на заседании Правительственной комиссии по изучению вопросов, связанных с исследованием и перезахоронением останков Российского Императора Николая II и членов его Семьи 20.9.1995)».
Дополнительные подтверждения нашей версии нашел впоследствии известный современный исследователь Царского дела Виктор Корн:

https://ruskline.ru/analitika/2013/02/22/a_larchik_prosto_otkryvalsya/


Продолжение следует.
Tags: Коминтерн, М.К. Дитерихс, Н.А. Соколов, Р. Вильтон, Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 9 comments