sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Category:

СВИДЕТЕЛЬ «РУССКОЙ АГОНИИ» РОБЕРТ ВИЛЬТОН (14)




В Россию через восточные двери


«Его в дверь, а он – в окно!»


По мнению английского исследователя и журналиста Филипа Найтли, «Р. Вильтон, корреспондент “Таймс” в Петербурге, совершил ошибку, съездив в Лондон за три недели до октябрьской революции; теперь он безуспешно пытался попасть обратно, а большевики, разумеется, отказывали ему в визе. Но тут подвернулась возможность вернуться, так сказать, через черный ход, и он присоединился к британскому экспедиционному корпусу во Владивостоке» (Phillip Knightley «The First Casualy» N.Y. 1975. Р. 159).
Выезду Вильтона в Россию способствовал целый ряд обстоятельств. Прежде всего – получение взволновавших многих известия об убийстве большевиками в Екатеринбурге Императора Николая II (об уничтожении всей Царской Семьи в ту пору еще достоверных известий не было).
Роберт Вильтон узнал об этом из публикации в своей газете, о чем он сообщал в своей книге «Последние дни Романовых». В публикации его авторской машинописи на русском языке (Pаris. 2005. C. 94-95), наиболее близкой к первому изданию книги (London. 1920. P. 98-99), читаем:
«Эта новость появилась в газете “Таймс” 22 июля в следующей редакции:
“Во время первого заседания Центрального Исполнительного Комитета, от Уральского Областного Совета по прямому проводу было получено сообщение о расстреле бывшего Царя Николая Романова. Недавно столице красного Урала серьезно угрожало наступление чехословацких банд. В это время был открыт контрреволюционный заговор, имевший целью вырвать вооруженной силой тирана из рук советской власти. Ввиду такого положения вещей предводители Уральского Областного Совета постановили расстрелять Царя Николая Романова. Это постановление было исполнено 16 июля. Жена и сын Романова отосланы в безопасное место. Документы о раскрытии заговора отправлены в Москву со специальным курьером. Ранее предполагалось предать Царя суду, чтобы судить его за преступления против народа, но указанная выше случайность привела к изменению этого плана. Президиум Ц.И. Комитета по рассмотрении обстоятельств, вынудивших Областной Уральский Совет расстрелять Николая Романова, пришел к следующему заключению:
Ц.И. Комитет в лице президиума считает постановление Областного Уральского Совета правильным.
В распоряжении Ц.И. Комитета находится крайне важный материал по делу Николая Романова, его дневники, которые он вел почти до последнего дня своей жизни, дневники его жены и дочерей, его корреспонденция, среди которой и письма Григория Распутина к Романову и его семье. Все эти материалы будут рассмотрены и опубликованы в скором времени”».
«Каждое слово этого официального большевицкого документа, – писал впоследствии, подробно комментируя эту заметку, Роберт Вильтон, – имеет особую важность, ибо каждая фраза его содержит ложь. И каждому эта ложь раскрывает с особой яркостью весь дьявольский план, составленный в Москве Янкелем Свердловым и приведенный в исполнение в Екатеринбурге Янкелем Юровским».
Но для того, чтобы разобраться во всем этом, английскому журналисту нужно было еще добраться до России, оказаться причастным к расследованию.
Пока же не было никакой ясности: как туда добраться, кто именно убит, открыто ли следствие, и вообще, что творится там, в России…
Об интересе к этому в Лондоне свидетельствуют предпринимаемые как раз в это время попытки Foreign Office установить точное местонахождение учителя Царских Детей англичанина Ч.С. Гиббса, находившегося в Сибири. Именно в конце 1918 г. генеральный консул в Екатеринбурге Томас Престон получил на этот счет указание от своего начальства («Наставник. Учитель Цесаревича Алексея Романова. Дневники и воспоминания». М. 2013. С. 481).
Сделать это дипломату не составляло особого труда, поскольку уже в начале сентября Гиббс, после насильственного разлучения его с Царской Семьей живший в Тюмени, объявился в Екатеринбурге, тут же установив связи с консулом. Той же осенью его навестил Британский Верховный комиссар в Сибири Чарльз Элиот, в январе 1919 г. пригласивший Гиббса (чтобы тот был всегда под рукой) служить при его штабе секретарем.
В связи с этим нетрудно вычислить также миссию и самого Роберта Вильтона, отправившегося в Россию, по словам Филиппа Найтли, «в качестве военного корреспондента с неким невнятным поручением от Форин Офиса». Ответом на вопрос, в чем же состояла эта миссия, – является вся известная нам его деятельность в 1919-1920 гг.
Непосредственно сам выезд стал возможен после установления на востоке России, в результате переворота 18 ноября 1918 г., власти Верховного правителя адмирала А.В. Колчака, еще 30 декабря 1917 г. поступившего на английскую военную службу.
Именно он в то время контролировал огромную территорию, простиравшуюся от Владивостока до Урала, включая освобожденный 25 июля 1918 г. от красных Екатеринбург.



Военный министр Временного Всероссийского правительства (Директории) вице-адмирал А.В. Колчак со своим ближайшим окружением. Рядом с ним слева английский консул Томас Престон. 1918 г.
На нижнем снимке – Верховный правитель адмирал А.В. Колчак со штабом Сибирской армии. Крайний справа во втором ряду – тот же Томас Престон. Екатеринбург. Февраль 1919 г.



Вот как об обстоятельствах своего прибытия в Россию (плыл он через США и Японию) сообщил в одной из своих публикаций сам Роберт Вильтон:
«Был очень холодный январский день 1919 года, когда пароход Добровольного флота высадил меня во Владивостоке. […] Мне предложили место в экспрессе до Омска. Мы преодолели 3000 миль за неделю. […] Я видел Колчака» (R. Wilton «The Outlook in Siberia» // «Journal of The Central Asian Society». London, 1921. Vol. VIII. Part III. Р. 128-129).

https://ru-history.livejournal.com/3843959.html
В самом конце вышедшей в марте 1918 г. в Лондоне книги Роберта Вильтона «Русская Агония» была вклеена сложенная гармошкой карта России, на которой значились все те города, в которых предстояло побывать ее автору в течение двух последующих лет: Владивосток, Иркутск, Омск, Чита и даже Харбин. Был там и Екатеринбург, сообщавший смысл всей этой поездке.



Выходившая в Томске газета заметила это событие: «23 февраля в Омск приехал из Владивостока помощник редактора газеты “Таймс” Роберт Вильтон, друг и большой знаток России, великолепно говорящий по-русски.
В минувшую войну с Германией г. Вильтон все время работал на русском фронте и был награжден орденом св. Георгия.
Г-ну Вильтону оказан теплый прием как военными, так и гражданскими властями.
Главной задачей приезда г. Вильтона в Россию является наиболее полная и правильная информация заграницы о происходящих в России событиях и о русских нуждах и желаниях. “Р.А.”» («К приезду Р.А. Вильтона» // «Сибирская Жизнь». 1919. 5 марта. С. 3).

http://sun.tsu.ru/mminfo/000349025/1919/1919_043.pdf



«Я находился в Сибири, – вспоминал английский журналист, – для выполнения одного поручения». Этим «поручением», несомненно, было Царское дело.
Однажды мы уже касались сего предмета, приводя мнение изучавших личное дело Роберта Вильтона авторов известной книги «Досье на Царя» (1976) английских журналистов Энтони Саммерса и Тома Мангольда:
«Перед самой большевицкой революцией он возвратился в Англию, но снова вернулся в Россию в конце 1918 года с группой направляющихся в Сибирь белых русских.
Первоначально его роль не была ясной, он просто работал в качестве корреспондента “Times”, но, всё было, конечно, намного сложнее. Послужной список Вильтона, всё еще хранящийся в “Times”, показывает, что он находился в Сибири по заданию британской военной разведки и с одобрения американского госсекретаря.
Бригадный генерал Кокерилл, из Военного министерства, написал редактору “Times”, что цель его поездки – “политическая”, а из документов министерства иностранных дел следует, что пока Вильтон был в Сибири, ему послали через правительственные каналы 1 100 фунтов стерлингов.
Один из самых известных британских агентов в России, бригадир Джордж Хилл, позже рассказывал, что Вильтон действительно был британским агентом. Сейчас известно, что один из корреспондентов “Times”, был связан с разведкой».

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/236299.html
Начало февраля 1919 г. время особое.
5 февраля в Омске состоялась встреча Н.А. Соколова с адмиралом А.В. Колчаком.
7 февраля Николай Алексеевич получил от министра юстиции предложение о производстве предварительного следствия и в тот же день принял от генерала М.К. Дитерихса все материалы следствия и вещественные доказательства.



Ставка Верховного Правителя адмирала А.В. Колчака в Омске.

По времени всё это «совпало» с опубликованным 31 января 2007 г. на форуме «Alexander Palace Time Machine» интереснейшим документом из британского архива (FO 371/3977A):
«От: полковника Блэра (Blair), Владивосток.
В: Военное министерство.
Отправлено: 15.45. 9 февраля 1919 г.
Получено: 16.00. 10 февраля 1919 г.
N.R. 1042 9 февраля.
Следующее [сообщение] датировано 5 февраля. Получено от генерала Нокса.
Из дополнительных свидетельств об убийстве Императорской Семьи в Екатеринбурге видно, что в местном Совете есть две партии, одна из которых хотела спасти Семью, а другая во главе с 5 евреями, двое из которых, Сафаров и Вайнен (Vainen) [Войков? – С.Ф.], решившиеся на убийство, сопровождали Ленина в его поездке через Германию.
Центральный Совет в Москве хотел послать Семью в Несвиж на западе в Белоруссии. [Намек на переговоры большевиков с немцами? – С.Ф.] Между 8-м и 12-м числами русская стража дома была удалена под предлогом кражи 79 тысяч рублей. Их заменили охраной дома из 13 человек, а именно 3 евреев, Юровского, Зайпоинта (Zaipoint) и еще одного, и 10 латышей. Наружной охраной дома командовал уголовный преступник Медведев, осужденный в 1905 г. за убийство и поджог, а в 1911-м за растление пятилетней девочки.
В два часа ночи Пленников разбудили и велели готовиться к отъезду. Часом позже Их позвали в комнату на нижнем этаже. Постановление Совета, зачитанное Юровским, заканчивалось словами “Итак ваша жизнь подошла к концу”. Император сказал: “Я готов”. По словам очевидца, который уже умер, Императрица и две Ее Старшие Дочери перекрестились. Две младшие Великие Княжны упали в обморок.
Охрана дома с Медведевым осуществила расправу при помощи револьверов. Кроме семерых Членов Императорской Семьи в этой комнате были убиты доктор Боткин, повар, камердинер и горничная. Племянника повара, мальчика 14 лет пожалели. Тела были сброшены в угольную шахту. В то же утро в Алапаевск был отправлен приказ убить содержавшихся там пленников, что и было исполнено русскими.
Около восьми тонн личных вещей Семьи отправлено во Владивосток. Некоторые из этих вещей имеют большую национальную и материальную ценность. На теле Великой Княгини Елизаветы, например, найдена икона, перед которой молился Император, когда собирался отречься от Престола. Она усыпана драгоценными камнями и оценивается в несколько сотен тысяч рублей. Адмирал К[олчак] сказал, что он желал бы для большей безопасности поместить их на борт “Кента”».

http://forum.alexanderpalace.org/index.php?PHPSESSID=8ccdd48f495e041ecbfcf977bf183f53&topic=1514.msg236813#msg236813
Сразу же уточним, что на груди Великой Княгини Елизаветы Феодоровны была обнаружена икона Спаса Нерукотворного, действительно украшенная драгоценными камнями. Это был подарок Императора Александра III в день ее Присоединения к Православию 12/25 апреля 1891 г. в Лазареву субботу.


Статуя Великой Княгини Елизаветы Феодоровны на Вестминстерском аббатстве – месте коронации и упокоения Монархов Великобритании. На церемонии освящения 9 июля 1998 г. присутствовала Королева Елизавета II и Принц Эдинбургский Филипп (внучатый племянник Преподобномученицы). Участие в этом событии принимало высшее духовенство Англиканской церкви и архиереи Русской Православной Церкви.

Несколько слов следует сказать и о тех, кто имел отношение к приведенному нами документу.
Отправитель депеши – Джеймс Моулсворт Блэр (1880–1925) – выпускник Оксфордского университета и школы Генерального штаба; с августа 1914 г. он служил помощником военного атташе в Петербурге. Награжден орденами св. Станислава 2-й степени и св. Владимiра с мечами 4-й степени. С началом гражданской войны находился в составе Британской военной миссии в Сибири, возглавляя ее в 1918-1920 гг. В 1921 г. военный атташе в Белграде.
О составителе телеграммы – разговор особый.
Генерал-майор Альфред Уильям Фортескью Нокс Россию знал хорошо: с 1911 г. он был военным атташе в Петербурге, с началом Великой войны находился в Ставке Верховного Главнокомандующего. В февральские дни 1917 г., для обезпечения безопасности Императора Николая II, вызвался сопровождать Его в Петроград, в чем ему было отказано.
Нокс был одним из организаторов прихода к власти адмирала А.В. Колчака, предложив ему помощь Англии для «воссоздания Русской армии в Сибири». В 1918 г. находился во главе Британской военной миссии в Сибири, был генерал-инспектором Объединенных союзнических сил, которыми командовал генерал Морис Жанен.
Он ведал поступающим из Великобритании снабжением для армии адмирала Колчака, создал школу для подготовки офицерского состава, которой руководили английские инструкторы.
Автор книги «With the Russian Army 1914-1917, being chiefly extracts from the diary of a military attaché», изданной в 1921 г. в Лондоне в двух томах (русский перевод; М. «Центрполиграф». 2014).



Генерал-майор Альфред Уильям Фортескью Нокс (1870–1964).

Возвращаясь к документу, подчеркнем: всё это было написано (послано донесение 9 февраля 1919 г., а составлено 5 февраля) еще до того, как Н.А. Соколов приступил к расследованию.
Что касается пожеланий Верховного правителя, высказанного им в разговоре с генералом Ноксом и приведенного в сообщении, то с ним напрямую связана миссия генерала М.К. Дитерихса, одним из участников которой стал Роберт Вильтон
«Став жертвой эпидемии гриппа, – вспоминал английский журналист, – я поспешил вернуться во Владивосток, намереваясь искать тепла в Японии. Тот же скорый поезд доставил меня на восток. […] По прибытии на побережье я обнаружил прекрасную мягкую погоду (конец марта). Мой друг генерал Дитерихс был там. Он доставил реликвии Императорской Семьи для отправки в Англию» (R. Wilton «The Outlook in Siberia». P. 129-130).



Владивостокский порт.

Странное дело, но как раз в это время (в феврале 1919 г.) во Владивосток съехались, вроде бы не сговариваясь, люди, по самым разным причинам интересовавшиеся цареубийством.
Кроме уже названных генерала М.К. Дитерихса и журналиста Роберта Вильтона, это были помянутый генерал Альфред Нокс, в поезде которого находилась, в надежде выехать за границу, фрейлина Императрицы Александры Феодоровны баронесса Софья Карловна Буксгевден; в своем поезде сюда прибыл и Британский Верховный комиссар в Сибири Чарльз Элиот со своим новым секретарем – наставником Цесаревича Алексея Николаевича Чарльзом Сиднеем Гиббсом.
Все они стали свидетелями погрузки Царских реликвий на Корабль Его Величества крейсер «Кент» во Владивостоке…



Продолжение следует.
Tags: Адмирал А.В. Колчак, Баронесса С.К. Буксгевден, М.К. Дитерихс, Р. Вильтон, Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments