sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

СЛУЧАЙНЫЕ ЗАМЕТКИ (19, окончание)


Владимiр Карпец и Александр Дугин. «Имперский Марш». Москва. 8 апреля 2007 г.


«Долгое прощание» (окончание)


В зеркале высокого и непреходящего
Прошлое значительно ближе настоящего…

Николай ГУМИЛЕВ.


«Виндзоры против Рюриковичей» – уже в самом названии этой статьи В.И. Карпеца из сборника 2015 г. «De Aenigmate / О Тайне», было заложено многое. Прежде всего, были выведены за скобки Романовы, что, заметим, до известной степени справедливо – по близкородственности Династий: Император Николай II и Императрица Александра Феодоровна находились в ближайшем кровном родстве с Виндзорами; хрестоматийным является поразительное внешнее сходство нашего Государя с Королем Георгом V.
Однако в тексте Карпеца проступают совершенно иные смыслы: двоившимся с Виндзорами Романовым противопоставлялись Рюриковичи, что было своего рода замещением, скорее всего, вполне сознательным. Оно и являлось основным нервом этой неразъемной, по мысли автора, сцепки.
Текст из публикации 2015 г., относящийся к Романовым, Рюриковичам, Гессенскому Дому и Ротшильдам, был опробован В.И. Карпецом много ранее. По существу он был целиком перенесен в сборник из его романа «Любовь и Кровь». В последнем он был представлен как «черновой вариант доклада» одного из главных героев («Роман-Газета». 2011. № 10. С. 33-40).





При этом Владимiр Игоревич применял прием, безотказно действующий в патриотической среде.
Вот как, мешая правду с домыслами, а то и с прямыми выдумками, описывал он историю Династии Романовых (орфография подлинника): «К сожалению, некоторые обстоятельства истории династии оказали здесь трагическое действие. На то были и генеалогические, и политико-исторические причины. [...] …После Петра I был “заведен” обычай (закреплённый затем Именным указом Александра I о “равнородных браках” от 1821 г.) вступать членам императорской фамилии в брак с представителями европейских владетельных родов (реально это были только германские князья, причём… в основном из Дома Гессен-Ганау), привязавший Дом Романовых исключительно к “европейскому концерту”.
В качестве политико-исторических причин необходимо назвать церковный раскол XVII в., разорвавший русский народ, по сути, на два народа (на самом деле именно здесь корни знаменитого в свое время “ленинского учения” о “двух культурах внутри каждой национальной культуры”), и последовавшую за ним “европеизацию” высших классов [...] Всё это в конечном счёте вернуло Романовых (или уже Павловичей) в объятия Британии и… проклявших их Ротшильдов.



Обложка сентябрьского номера «Роман-газеты» 2011 г. с началом публикации романа В.И. Карпеца «Любовь и Кровь». Художник Александр Дудин.

Княжеская фамилия Ганау-Гессен-Кассель роднится одновременно с Британским королевским домом, Домом Романовых и… Ротшильдами (пусть в боковых линиях). На гессенских принцессах были женаты Павел I – первым браком, до воцарения, детей от этого брака не было – и Александр II – тоже первым браком.
Первая супруга императора Александра II, [...] императрица Мария Александровна (1824–1880) была гессен-дармштадтской принцессой Максимиллианой Вильгельминой Августой-Софией-Марией. Она же стала и первой гессенской принцессой, уже имевшей в России детей – легитимных наследников императорского престола. Также принцесса датская Дагмара, по материнской линии княжна Гессен-Кассель, [...] ставшая впоследствии императрицей Марией Феодоровной – супругой российского императора Александра III» (208).
Всему этому В.И. Карпец противопоставляет любовную связь Императора Александра II с Екатериной Михайловной Долгоруковой, завершившуюся, чуть только истекли сороковины после кончины Императрицы, тайным браком, а вслед за ним и цареубийством.



Император Александр II и княжна Е.М. Долгорукова.

Значение этого стыдливо укрываемого когда-то брака Владимiр Игоревич раздувает прямо до гомерических размеров: «Освобождение от “романо-германского плена” и восстановление преемственности от Московского царства и Киевской Руси» (215); «Фактически Александр II принимает решение – через собственную судьбу – соединить – самым глубинным, брачным образом – Российскую империю и старую Русь: княжна прямо происходила от Рюрика, Святослава и Владимiра Мономаха» (212); «Только прямой потомок разбившего Хазарский каганат и изгнавшего его верхушку с Русской земли Великого князя Святослава мог бы продиктовать свою волю мiровой “финансовой аристократии” и британскому двору и обезпечить России подлинную свободу и независимость» (215).
К этому автор ловко подверстывает и другие, никак не связанные с реальностью, сказки, попутно «объясняя» ничем не подтвержденными вымыслами вполне реальные либеральные Царские реформы:
«…Попытка российского императора Александра II разорвать родственные узы Императорского Дома с Британией и “хазарами”, связанная с его женитьбой на русской княжне из Дома Рюрика Екатерине Михайловне Долгоруковой (1847–1922), завершившаяся убийством этого царя, была попыткой противопоставить наследие Святослава (а, следовательно, и Рюрика, и Меровингов) “лжемеровингам”.
Зависимость от Ротшильдов и Британской Короны вела государя к либеральным реформам 1860-х гг. и продаже Ротшильдам бакинской нефти. Именно до 1880 г. – до второго брака с Екатериной Михайловной – Ротшильдам были проданы основные концессии на Кавказе.
Второй брак императора был не просто “женитьбой на русской княжне”. Речь шла о воссоединении царских ветвей Романовых и Рюриковичей. За это приходилось “заплатить” – и реформами, и Аляской, и Кавказом – “хазарской аристократии” для того, чтобы потом привести её к повиновению потомку Святослава» (146).
И еще: «Он [Император] платит Ротшильдам династический выкуп за возможность официально соединить свою жизнь с княжной из рода Святослава. В 1880 г. Альфонс Ротшильд получает право льготного владения бакинскими нефтепромыслами и переносит всю свою активность на Кавказ, в Грозный, где создаёт крупнейшую на тот момент нефтяную компанию “Русский стандарт”. …Император надеется на то, что через какое-то время прямые потомки Святослава на русском престоле вернут всё назад» (219-220).



Император Александр II со второй семьей.

Впрочем, не все такого рода Царские деяния Карпец считает сомнительными по результатам: «В сентябре-октябре 1863 г. к берегам Североамериканских Соединенных Штатов подошли две русские эскадры. Одна, под командованием контр-адмирала Лисовского, стала на рейде у Нью-Йорка, вторая, под командованием контр-адмирала Попова, – у Сан-Франциско. Это была военная помощь императора Александра II, только что освободившего крестьян, президенту Аврааму Линкольну (1809–1865), боровшемуся против рабовладения и работорговли в Западном полушарии, где шла в это время гражданская война. Вдохновителями идеи раздела Америки был банкирский дом Ротшильдов» (211).
Для чего здесь выставлены Ротшильды – понятно, но за бортом с легкостью остается не укладывающееся в рамки складного повествования широко известные слова из письма «Служки Божией Матери и Серафима» Н.А. Мотовилова Императору Александру II: «...По особому священнотаиному от Великого старца Серафима извещению, данному мне в 1 день апреля 1865 о гибели Линкольна, хоть и не ярого, но все-таки аболяциониста, а как выразился он, Великий отец Серафим, Господу и Божией Матери не только неугодно такое страшное угнетение, раззорение и неправедное уничижение, которое возобладавшими надо всем декабристами, ярыми аболиционистами, творится повсюду у нас в России, но и самые обиды Линкольном и североамериканцами – Южных Штатов рабовладельцев – всецело неугодны благости Божией, а потому на образе Божией Матери Радости всех Радостей, имевшей по тому повелению его, Батюшки отца Серафима, послаться к Президенту южных и именно рабовладельческих штатов – велено было скрепить надписью НА ВСЕПОГИБЕЛЬ ЛИНКОЛЬНА».

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/116606.html


Иллюстрация художника Александра Дудина к роману Владимiпа Карпеца «Любовь и Кровь».

Как ни восторгался В.И. Карпец этим «промыслительным» соединением Романовых с Рюриковичами, он всё же вынужден был признать: «Однако этот брак фактически не был признан Синодом и совершён почти тайно» (212). И еще более откровенно в романе «Любовь и Кровь»: «Всё, всё между ними было против закона. Но ведь Царь и есть против закона [sic!]» («Роман-Газета». 2011. № 10. С. 20).
Игнорируя в заголовке самой публикации в сборнике 2015 г. Дом Романовых, в самом тексте он буквально испепеляет всех представителей Династии, которые какими-либо своими действиями или даже самим фактом существования так или иначе мешали Е.К. Долгоруковой взобраться на Русский Трон.
Целью № 1, по вполне понятным причинам, была супруга Александра II – Императрица Мария Александровна.
Карпец пишет о Ней, особо подчеркивая принадлежность Ее к Гессенскому Дому, тесно связанному с Ротшильдами. «Именно через Гессенский дом начинается прямое проникновение международного банковского капитала в Россию» (209).



Императрица Мария Александровна.

В романе «Любовь и Кровь» он еще более усиливает негатив, характеризуя Императрицу как «гессенскую принцессу, носительницу духа Завета, духа Книги. Да, да, люди Книги. Люди текста, сверяясь с которым ежесекундно следует жить» («Роман-Газета». 2011. № 10. С. 20).
Таким образом, Владимiр Игоревич еще раз ставит ни во что слова Преподобного Серафима, который, по словам фрейлины А.Ф. Тютчевой, «предсказал о Ней еще прежде, чем Она прибыла в Россию, что Она будет благодатная и матерью для России и для Православной Церкви».
Карпец хорошо знает эти слова, но намеренно приписывает их не Святому, а безликому «духовенству». Говоря о любовной связи Александра II с Долгоруковой, он пишет: «…Брак был заключён сразу же по истечении 40 дней после смерти почившей императрицы, которую из-за её терпения и кротости в этой ситуации [sic!] духовенство не без основания даже считало святой, действительно выглядело как вызов» (212).
Но дело было вовсе не в терзаниях из-за измены Супруга; Государыню Марию Александровну отличала, прежде всего, глубокая религиозность и непритворное благочестие, что и отмечал в посвященном Ей стихотворении великий русский поэт Ф.И. Тютчев:

Кто б ни был ты, но, встретясь с Ней,
Душою чистой иль греховной,
Ты вдруг почувствуешь живей,
Что есть мiр лучший, мiр духовный.

Как неразгаданная тайна,
Живая прелесть дышит в Ней –
Мы смотрим с трепетом тревожным
На тихий свет Ее очей –

Земное ль в Ней очарованье,
Иль неземная благодать?..
Душа хотела б Ей молиться,
А сердце рвется обожать...

1864 г.
В «гессенском списке» В.И. Карпеца значится и Императрица Мария Феодоровна – мать Царя-Мученика. Подразумеваются, по логике вещей, и еще одна Государыня – Царица-Мученица Александра Феодоровна и Ее сестра – Преподобномученица Великая Княгиня Елизавета Феодоровна, также происходившие из Гессенского Дома.
Так что же это за «порочный» Род такой, давший стольких отмеченных святостью венценосных женщин? И вот, между прочим, к чему приводят подобного рода искусственные построения!



Памятник Императрице Марии Александровне в Мариехамне на Аландских островах в Финляндии.

Учитывая методы и ангажированность В.И. Карпеца (о чем мы немало уже писали), к текстам его следует подходить с изрядной долей осторожности, постоянно поверяя их надежными историческими источниками.
Отзываясь на мою статью о Светлейшей княгине Юрьевской «Деньги и Власть», опубликованную в мае 2010 г. в ответ на предшествующую его роману «Любовь и Кровь» публикацию «Социал-Монархизм» («Завтра». 7.4.2010), В.И. Карпец утверждал: «весьма уважаемый Сергей Фомин все материалы на этот счет заимствует у Витте и близких к нему лиц» (213).
Разумеется, у меня использованы свидетельства далеко не одного С.Ю. Витте. И потому далее, как бы отрицая сам себя, Владимiр Игоревич упоминает еще одного очевидца – К.П. Победоносцева (никак с Витте не связанного), на которого, по обычаю, не приводя ни единого факта, лишь набрасывает тень: «Был ли на самом деле Константин Петрович монархистом, каким его часто представляют, или его политический идеал лежал в иной плоскости? Воздержимся от окончательных суждений» (214). Всё это, конечно, не более, чем ложная многозначительность, в отсутствии возможности действительно сказать что-то по существу.
Но при этом ему важен главный свидетель, слишком многое знавший С.Ю. Витте, а потому в кратком своем замечании на мою статью «Деньги и Власть» В.И. Карпец подчеркивал связи самого Сергея Юльевича с крупным еврейским капиталом, приплюсовывая к этому происхождение его жены Матильды (213). Раскрытию самой личности этого человека мною, кстати, было посвящено немало страниц в нескольких книгах «расследования» о Г.Е. Распутине, о чем В.И. Карпец был прекрасно осведомлен, поскольку я их ему дарил еще до выхода его романа. (Для наглядности планирую вскоре републиковать и эти материалы.)
В любом случае дело было не столько в том, кто свидетельствует о том или ином факте, а насколько сообщаемая информация соответствует истине. Не признать справедливость сообщений С.Ю. Витте не смог, в конце концов, даже и сам В.И. Карпец. Другое дело как он это интерпретировал.
Речь, напомню, шла о взятках и откатах, которые ловкая Царская метресса не брезговала брать, часто с ведома Императора, у еврейских дельцов за продвижение выгодных им проектов.
Применяя один из своих обычных кунштюков, Карпец, на голубом глазу, пишет, что взятки-де «находят неожиданное и совершенно естественное [sic!] объяснение: она, по сути, обложила данью потомков хазарской знати на правах прямой наследницы Святослава. Святослав освободил Русь от хазарской дани, а затем в одну ночь уничтожил со своей дружиной каганат и тем самым стал каганом. Тем самым Александр II показывал всем, кто имеет очи, что новая русская династия будет не подчиняться складывающемуся мiровому финансовому царству, но подчинит его себе, сразу же обложив данью» (213).



Социал-монархический микс. Иллюстрация к роману В.И. Карпеца «Любовь и Кровь» Александра Дудина.

То, к чему реально вела эта предложенная В.И. Карпецом версия Истории, я попытался сформулировать в одном из своих интервью, опубликованном в «Русском Вестнике» еще в 2011 г., т.е. еще при жизни автора «Виндзоров против Рюриковичей», в связи с выходом моей книги «Ждать умейте!»:
«– Раз уж мы заговорили с Вами о современной политике, то расскажите – на примере публикаций в сборнике, – как она, на Ваш взгляд, сопрягается с нашей историей?
– Нет ничего проще. Для наглядности начнем прямо с первого раздела, который так и называется “Наша история”. Предметом первого очерка “Деньги и Власть” является полемика с известным православным писателем и публицистом В.И. Карпецом. Историческая ее подоснова состоит в обвинении Владимiром Игоревичем “подчиненного клану Ротшильдов Гессенского Дома”, представителем которого является не только Царица-Мученица Александра Новая и Ее сестра Великая Княгиня Елизавета Феодоровна, но и супруга Императора Александра II Императрица Мария Александровна, о которой преподобный Серафим Саровский предсказал “еще прежде, чем Она прибыла в Россию, что Она будет благодатная и матерью для России и для Православной Церкви”.
– Но для чего это нужно В.И. Карпецу?
– Для придания белизны и пушистости его излюбленным – морганатической супруге Императора Александра II – светлейшей княгине Е.М. Юрьевской и нынешним ее потомкам, между прочим, как раз на деле и связанным с семейством Ротшильдов (последние и передали бумаги княгини Юрьевской в Государственный архив Российской Федерации). Для обоснования прав ее потомков на Всероссийский Престол Владимiр Игоревич и написал свой последний роман “Любовь и Кровь”, известный пока что только в интернет-версии. Кроме того, он являлся одним из членов утвержденного 23 октября 2010 г. в Москве оргкомитета политической партии с предварительным названием “Монархическая партия России”. Недавно прошел ее учредительный съезд. Называется она теперь Монархической партией “Самодержавная Россия”. Блестящий анализ духовной ситуации вокруг нее и других подобных проектов был дан, как мне кажется, в статье “Псевдомонархический проект, или Лжецарь грядет…” схимонахини Николаи (Гроян), опубликованной в Вашей газете (РВ. № 4). […]

http://www.rv.ru/content.php3?id=8871
– Выходит, возвращаясь к роману В.И. Карпеца, выпячивание связей Ротшильдов с Гессенским Домом есть своего рода прикрытие контактов Ротшильдов с Юрьевскими, которых, как истинно русских, да еще Рюриковичей прочат на Престол Всероссийский?
– Вы всё правильно поняли».

http://www.rv.ru/content.php3?id=9006


В.И. Карпец (второй справа в первом ряду в президиуме учредительного съезда Монархической партии «Самодержавная Россия», состоявшегося 13 февраля 2011 г. в гостинице «Русотель».
См. его рассказ о съезде: http://www.rusimperia.info/catalog/1076.html

Заключительную часть «Виндзоров против Рюриковичей» В.И. Карпец озаглавил «Не ошибиться ни в знаниях, ни в поступках», с чем невозможно не согласиться.
Завершает он ее так: «Одной из фигур для рассмотрения Земского собора мог бы стать прямой наследник Домов Романовых и Рюриковичей, правнук императора Александра II, Светлейший князь Георгий Александрович Юрьевский» (244).
Георгий Александрович родился 8 декабря 1961 г. в Санкт-Галлене (Швейцария).
В одном из интервью он о себе сообщает: «Я менеджер по Швейцарии и Италии CSK Software (Schweiz) AG, член правления различных фирм. Дипломированный швейцарский учитель тенниса, заместитель главы сборной Швейцарии на Пара-Олимпиаде 1984. Я профессиональный ныряльщик-спасатель. Имею два высших образования: юридическое и финансово-экономическое. Учился в Цюрихском университете на юридическом факультете (1983–1986) и M.B.A. Сиэттиского Университета Сити в Цюрихе (1986–1988). Живу недалеко от Цюриха на берегу живописного озера».
Он часто бывает в России, занимаясь бизнесом «в сфере искусств и недвижимости», владеет квартирой в Петербурге, входит в Попечительский совет Европейского университета в Санкт-Петербурге. В июне 2010 г. Георгий Александрович перенес прах своих родителей из Швейцарии в родовую усыпальницу рядом с Северной столицей.
В 2003-2012 гг. Светлейший князь состоял в браке Катариной Елизабет Алоисия Верхаген (род. 1964); они венчались по православному обряду. Союз был расторгнут в 2012 г., как сообщают, из-за бездетности.
30 августа 2013 г. Георгий Александрович венчался в цюрихском храме Воскресения Христова на Сильвии Трампп, перешедшей в Православие с именем Еликонида.



У храма перед венчанием. 30 августа 2013 г.

Судя по всему, и этот второй брак остается пока что бездетным. Стоит ли в таком случае вообще рассматривать эту кандидатуру? Разве что можно получить потомство «из пробирки», путем искусственного оплодотворения. Но это уже перевело бы разговор в совершенно иную плоскость.
Все эти вопросы мне приходилось задавать напрямую Владимiру. Никакого сколько-нибудь вразумительного ответа на них я не получил. («Да, нет потомства. Так что?...»)
Да и вообще в телефонных разговорах со мной (а это было как раз время его работы над «Виндзорами против Рюриковичей») он часто высказывал сомнения в той версии, которую сам же потом и закрепил. В то время мне это казалось странным; тогда я еще не задумывался о том, о чем пишу сейчас. А обратить на это внимание – еще раз повторюсь – заставил меня именно он: его разговоры и несовпадающий с ними опубликованный текст.
Те его сомнения, как мне сегодня кажется, проистекали из не оставлявшего его спасительного страха Божия, опасения совершить грех…
Нынешние т.н. «защитники Карпеца» заботятся, конечно, не о его «добром имени», которым лишь прикрываются, а о «непорочности» позднего его теоретического социал-монархического (а по сути национал-большевицкого) наследия. Действуя исключительно, представляется, в интересах своего дела, которое пытаются творить его именем, они, к сожалению, упускают из виду то, что именно на этом когда-то сломился и он сам…
Tags: Александр II, Владимiр Карпец, Мемуар, Мысли на обдумывание
Subscribe
Comments for this post were disabled by the author