sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

УРАЛЬСКАЯ ГОЛГОФА И ЕЕ ФОН (9, окончание)


Фрагмент издательской обложки книги П.М. Быкова «Последние дни Романовых», выпущенной в 1926 г. в Свердловске Акционерным обществом «Уралкнига» в типографии «Гранит».


Но что же может быть общего между приверженцами столь разных верований и учений, о которых мы писали в прошлых наших по́стах: талмудистов, сатанистов, масонов, паганистов (язычников) и раскольников? – Прежде всего, участие в цареубийстве стало для них возможным благодаря отвержению/отступлению их от единственной Истины (Христа).
Степень же их причастности к ритуальному убийству Помазанника Божия и есть степень их отдаленности от этой Истины.



Единая печать всех горных заводов Урала, учрежденная в октябре 1733 г. горным командиром Сибирского горного начальства Виллимом Ивановичем де-Генниным, преемником В.Н. Татищева.
«…Подобие орла единоглавого, – говорится в ее описании, – имущего в кохтях лозу, показующую в гору, и над ним – треугольник с сиянием, что показует и значит имя Божие; ниже того – изображение горы и при ней человек с кайлом, и при том же фабрики с трубами и колесами».
«Таким образом, – комментирует изображение историк Н.С. Корепанов, – в поле печати были собраны вместе масонский знак, самый первый символ горнозаводского Урала – памятный всем “мужичок с киркою” и центральный элемент обер-бергамтской печати – лоза (правда, не плодоносящая, а как инструмент рудоискателя-лозоходца)» («Гербовед». М. 1997. № 3. С. 60).


С глубокой древности известно (вспомним хотя бы ту же строительную жертву):
...Дело прочно,
Когда под ним струится кровь.

На фоне Уральской Голгофы едва различимы (но они есть!) очертания жреческих функций (сошедших на нет с Христовой Жертвой, но не исчезнувших вовсе, безследно, а не вполне ясным образом измененных), присущих до Христа Царской власти (Pontifex Maximus) и Царскому Роду (Криве-Кривайтис).
О чем тут речь?
«Римский Император являлся одновременно верховным понтификом, то есть главою коллегии жрецов. Восточные христианские Императоры до Феодосия Великого носили официальный титул понтифик максимус (верховный жрец)» (Козлов Н. Царь и Священник. М. 2003. С. 5).
Одним из подобных атавизмов была в России Царская (а затем Императорская) Охота (см. об этом: Н. Козлов «Волк и медведь» // «Опричный листок». № 80).
Вообще жреческая власть Царя – древняя универсалия: от критского царя-жреца до многих др. Причем она всегда естественна, а вот жрец как таковой царем обычно не становится (выходит функции царя осознаются как более широкие).



Святой праотец Мелхиседек, Царь Салимский и священник Бога Вышняго. Икона работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

Что касается Pontifex Maximus и присущих ему жреческих функций, то особое значение здесь для нас приобретает «Розыск о понтифексе», произведенный в 1721 г. архиепископом Феофаном (Прокоповичем). Природа этого документа, вокруг которого велось немало разговоров, до конца так и осталась невыясненной.
Приведем также несколько важных замечаний о едином – через века – Царском Роде.
«Глухая легенда или исторический намек о происхождении от Рода Давидова лежат в основе династических преданий многих владетельных домов средневековой Европы» (Козлов Н. Царь и Священник. С. 13).
В.И. Карпец выдвинул в связи с этим гипотезу о Меровингах («Русь Мiровеева»). См. также: Козлов Н. «Плач по Иерусалиму». М. 1999; его же. «Красное и Белое». М. 2004; Соловьев Ю. «“Могила Рюрика” и возвращение Государя. [Брянск.] 2004; Болотин Л. Наследие Валтасара // Волшебная Гора. Т. Х. М. 2005. С. 254-278.
Представление о том, что на протяжении всей человеческой истории существует единый Царский Род, нашло богословское выражение в иконографии Древа Иессеева. Эта «генеалогическая стемма Иисуса Христа и Церкви», по словам современного исследователя, является «идеологемой православного государства как земного образа Церкви. [...] ...Композиция раскрывает богоустановленность наследственной власти. [...]
Другой особенностью православного Древа Иессеева является близкое соседство с ним генеалогии правящей Династии...» (Багдасаров Р. Неуместные боги // Волшебная гора. Т. VI. М. 1997. С. 229, 230, 232).



Собор Державных Князей и Царей Российских. Икона работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

Современная наука, оставаясь на позиции конкретной истории, не в состоянии авторитетно что-либо утверждать, но, с другой стороны, и что-либо отрицать. Богословское же отношение Православной Церкви, наоборот, слишком ясно выражено, причем чаще всего на наружных фресках – от Москвы и до Балкан. Однако, помимо генетической, существует и иная физика:
Я смертного совлекся и теперь
Лишь Император, что вовек безсмертен.
Когда меня настиг величья глас
И мне, мечтать не смевшему об этом,
Царь Славы Сам смиренную главу
Венчал благословеньем благостынным,
Когда помазанья святое мvро
С чела текло – я чудо осознал
И научился доверяться чуду.

(Грильпарцер Ф. «Счастие и гибель короля Оттокара». Перевод Наталии Ганиной).



Святой Царь Иоанн Васильевич с житием. Икона работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

И, наконец, о помянутом «Криве-Кривайтис».
«...Наименование верховного жреца древних прусов, игравшего исключительную роль в религиозной и общественной жизни; он описывается и упоминается в значительном количестве источников. [...] ...Он был верховным жрецом у пруссов в главном их святилище в Ромове (Надравия). [...]
Упоминание о связи названия Romowe с Римом косвенным образом обосновывает истоки власти и функций первожреца древних пруссов (та же “римоцентричность” отражается в сравнении Криве с Римским папой). Криве имел своим местопребыванием общепрусское святилище в Ромове [...]
Главным священным объектом, с которым был связан Криве, служил огромный вечнозеленый дуб [...] (ср. почитание римских близнецов, основателей Рима, в связи с так называемым ficus Ruminalis, толковавшимся как “дерево Рима”)» (В.Н. Топоров «Прусский язык. Словарь». K-L. М. 1984. С. 196, 200, 201. См. об этом также ценную в этом смысле работу В.И. Карпеца «”Вторая раса” Русских Царей»).
Известно, что впоследствии «родоначальники воинской и жреческой власти у пруссов» братья Брутен и Видевут (первый из которых принял титул Crywo Cyrwaito) и потомки Гланда Камбилы (предка Романовых) «возродили воинскую и жреческую эмблематику прусов», в том числе в гербах на новой родине – в России (Кулаков В.И. «Геральдика пруссов и генеалогические корни родов, возводимых в России к выходцам “из прус”» // «Генеалогия: источники, проблемы, методы исследования». М. 1989. С. 8).
Итак, Roma – Romowe – Романовы!



Святая Царственная Седмерица. Икона работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

Следуя за Христом (вспомним здесь смысл слова преподобный – в высшей степени подобный Господу Иисусу Христу), а, с другой стороны, пользуясь, если так можно выразиться, традиционным (а не присвоенным) правом, Царь-Мученик принес Сам Себя и Свою Семью (самое для Него в земном смысле дорогое) в жертву за врученную Ему Богом Россию.
Символом принятия этой жертвы является икона Божией Матери «Державная» – своего рода голубь с оливковой ветвью в клюве, означающий спасение от волн потопа Русской Церкви (возможность наследования жизни вечной Ее кающимися чадами, но отнюдь не конец их страданий или безопасность их земной жизни).



Удерживающий теперь. Икона Божией Матери «Державная» с житием Царя-Мученика Николая Александровича. Средник иконы работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

Напомним и о смысле Голгофского жертвоприношения и Божественной литургии как «повторения и воспоминания Голгофской Жертвы» (Архим. Киприан (Керн). «Евхаристия». Париж. 1947. С. 340, 286).
Речь идет не только о добровольности страданий Господа Иисуса Христа, но, прежде всего, о принесении Им Самого Себя в Жертву. Он Сам Себя закалает. «...На кресте пригвоздився и копием прободся» (Тропарь Великого Пятка. Первая молитва священника перед жертвенником на проскомидии).
В мiровой мифологии известны случаи принесения самого себя в жертву. Разумеется, с иными целями, не говоря о последствиях или значении. Вспомним, например, верховного бога скандинавской мифологии Одина, пронзившего самого себя копьем на мiровом древе, чтобы обрести знание рун («Старшая Эдда»):
Знаю, висел я
в ветвях на ветру
девять долгих ночей,
пронзенный копьем,
посвященный Одину,
в жертву себе же,
на дереве том,
чьи корни сокрыты
в недрах неведомых.

Из других отдаленнейших созвучий напомним: принесение в жертву кельтскому богу Езусу осуществлялось путем повешения на дереве. В ирландском новогоднем обряде кельтского происхождения Самайн открыто воспроизводилось «разрушение демоническими силами устроенного мiра (т.е мiра людей), ритуальная гибель его правителя, предшествующие окончательной победе последнего и возрождению мiра» (С.В. Шкунаев «Кельтская мифология» // «Мифы народов мiра. Энциклопедия». Т. 1. М. 1980. С. 635, 636).
«Господи Боже наш, предложивый Себя Самого, как непорочного агнца» (Молитва из Литургии апостола Марка). «Царь бо царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным» (Песнопение Великой Субботы вместо «Херувимской песни».).
«...Сам Христос Спаситель является и Первосвященником, приносящим и Жертвою, приносимою за грех мiра. Эта одна из глубочайших истин антиномического богословия. [...] С одной стороны Христова Жертва была принесена во времени на Голгофе, а с другой Он, как Первосвященник, приносит Себя в святилище и скинии истинной, как жертву, от вечности закланную, ибо Он есть Агнец, прежде создания мiра предназначенный к заколению» (Архим. Киприан (Керн). «Евхаристия». С. 286, 288).
Обратим внимание на соотношение уже приводившихся нами слов Царя-Мученика («Быть может, нужна искупительная жертва для спасения России: Я буду этой жертвой – да свершится воля Божия!») с самопожертвованием пророка Ионы (являвшегося, как известно, одним из прообразов Иисуса Христа) для успокоения разбушевавшейся морской стихии (Иона, 1).
Что касается видимых исполнителей жертвенного заклания Царя и Его Семьи, то это вопрос совершенно отдельный. Да, «надобно придти соблазнам» (Мф. 18, 7). Но: «горе тому человеку, чрез которого соблазн приходит» (Мф. 18, 7); «лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской» (Мф. 18, 6).



Клейма иконы Собора Новомучеников и Исповедников Российских работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

На иконе Царя-Мученика из Свято-Владимiрского храма (на Владимiрской горке в Москве) – у Государя в руке свиток со словами из псалма Давидова: Проидохом сквозе огнь и воду и извел еси ны в покой (Пс. 65, 12). (Сравните один из тропарей святым 40 мученикам, в Севастийстем езере мучившихся, память 9 марта: «...Чрез огнь и воду прошедши, в покой вечный вшедшии...»)
Образ мученической смерти христиан, подобной принесению жертвы, осознаваемой и описываемой как принесение жертвы, можно найти во многих службах.
Прямота и смелость этих образов поразительны. Телесные страдания – не унижение, но высочайшее торжество жертвы Промысла Божия.
Придворные Персидского царя, тайные христиане святые мученики Акиндин, Пигасий, Афоний, Елпидифор, Анемподист и иже с ними, около 341-345 гг. «Христа ради излиявшимися кровьми венчашася» (память 2 ноября). «Очищение кровь мучеников бысть, и благовоннейшее истинно приношение Богу безпрепонно дающи, и безбедный источающи всем источник врачевания». ...Блаженна земля, напившаяся кровьми вашими...
...Блаженна земля, напившаяся крове твоея, – слова из тропаря замученному в 1529 г. татарами св. мученику Иоанну Казанскому (память 24 января).
...Земля радуется, напившися крове твоея, – из тропаря на освящение ок. 1051-1054 гг. в Киеве церкви «храброго оружника Христова» великомученика Георгия (память 26 ноября).
...Блаженна земля, напившаяся кровьми вашими, и свята селения, приимшая телеса ваша... – из тропаря святым 20 тысячам мученикам в 302 г. в Никомидии (память 28 декабря).
Но кто совершает это жертвоприношение? – Священнодетелие, жертву приносящее, заколения совершенная принесошася, всесожигаеми... Яко вольнозакланнии агнцы, всесожегостеся вкупе...
...Раны носящи плоти, яко камни светлы и светообразны, и в кровавую порфиру, яко царица, облеченная... – из тропаря св. мученице Мvропии «невесте красной», «священные раны» принесшей своему Жениху Христу, замученной около 251 г. на острове Хиосе (память 2 декабря).
...Добре за Господа пострадавшая и кровию твоею обагренная и, аки царскою багряницею, украшенная... – это из тропаря святой мученицы Серафимы (память 29 июля).
И, наконец, тропарь святому великомученику Феодору Тирону (память 17 февраля и субб. 1-й седмицы Великого поста), представшему Христу «подвижными ранами обложен»: ...Огнем бо всесожегся, яко хлеб сладкий Троице принесеся.



Собор Новомучеников и Исповедников Российских во главе с Царственными Мучениками. Средник иконы работы Инны Доценко. Из книги «Царский Сборник» (М. 2009).

И конечно же, послание священномученика Игнатия Богоносца (после приговора предать его на растерзание диким зверям) близким ему, чтобы они ни действиями, ни молитвами не мешали его восхождению к Христу:
«Желаю, чтобы вы угождали не людям, но Богу, как вы и благоугождаете Ему. Ибо ни я уже не буду иметь такого удобного случая достигнуть Бога, ни вы – ознаменовать себя лучшим делом, если будете молчать. Если вы будете молчать обо мне, я буду Божиим, если же окажете любовь плоти моей, то я должен буду снова вступить на поприще. Не делайте для меня ничего более, как чтобы я был заклан Богу теперь, когда жертвенник уже готов, и тогда составьте любовию хор и воспойте хвалебную песнь Отцу во Христе Иисусе, что Бог удостоил епископа Сирии призвать с востока на запад. Прекрасно мне закатиться от мiра к Богу, чтобы в Нем мне воссиять. [...]
Я пишу церквам и всех извещаю, что добровольно умираю за Бога, если только вы не воспрепятствуете мне. Умоляю вас: не оказывайте мне неблаговременной любви. Оставьте меня быть пищею зверей и посредством их достигнуть Бога. Я – пшеница Божия: пусть измелют меня зубы зверей, чтобы я сделался чистым хлебом Христовым. Лучше приласкайте этих зверей, чтобы они сделались гробом моим и ничего не оставили от моего тела, дабы по смерти не быть мне кому-либо в тягость. Тогда я буду по истине учеником Христа, когда даже тела моего мiр не будет видеть. Молитесь о мне Христу, чтобы я посредством этих орудий сделался жертвою Богу. [...]
О, если бы не лишиться мне приготовленных для меня зверей! Молюсь, чтобы они с жадностию бросились на меня. Я заманю их, чтобы они тотчас же пожрали меня, а не так, как они некоторых побоялись и не тронули. Если же добровольно не захотят, – я их принужу. Простите мне, я знаю, что мне полезно. Теперь только начинаю быть учеником. Ни видимое, ни невидимое, – ничто не удержит меня придти к Иисусу Христу. Огонь и крест, толпы зверей, рассечения, расторжения, раздробления костей, отсечение членов, сокрушение всего тела, лютые муки диавола пусть придут на меня, – только бы достигнуть мне Христа. [...] Не препятствуйте мне жить, не желайте мне умереть. Хочу быть Божиим: не отдавайте меня мiру» («Жития святых, на русском языке изложенные по руководству четьих-миней св. Димитрия Ростовского». Кн. 4. М. 1906. С. 555-557).
«Римские мужи, взирающие на настоящий мой подвиг! – возгласил Антиохийский епископ, поставленный на арене. – Вы знаете, что не ради какого-нибудь злодеяния я принимаю казнь и не за какое-нибудь беззаконие осужден на смерть, но ради Единого моего Бога, любовью к Которому я объят, и к Которому я сильно стремлюсь. Я – Его пшеница, и буду смолот зубами зверей, чтобы быть для Него чистым хлебом» (Там же. С. 560).



Димитриевская родительская суббота 2005 г.


Tags: Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments