sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

К ПОНИМАНИЮ ЛИЧНОСТИ «LE PRINCE DE L`OMBRE» (53)




Претенденты и самозванцы (продолжение)


Первые сенсационные публичные заявления о «спасении» Царской Семьи, сделанные С.С. Бехтеевым, прозвучали в начале 1929 года.
Сначала это была поэзия. Вот фрагмент стихотворения «Благовест», написанного 10 февраля 1929 г. Новом Футоге (на севере Югославии, в Воеводине), где жил тогда Сергей Сергеевич:
Из глаз бегут от счастья слезы –
Ты жив, Пресветлый Государь,
Сбылись несбыточные грезы
И спас Тебя Небесный Царь.

Затем была листовка, подписанная: «Новый Футог. 18/23 июля 1929 года. День Святыя Троицы».
«Правда о Царской Семье. Благовещение» – такое носила она заглавие. Затем следовало посвящение: «Всем Любящим, Верящим и Надеющимся».
Выпустили ее в той же Русской типографии С. Филонова в Новом Саду, в которой впоследствии напечатали и упомянутую в прошлом по́сте листовку князя Д.П. Голицына.



Сергей Сергеевич Бехтеев во время службы в Кавалергардском полку.

Ссылаясь на известные, уже приводившиеся нами, ранние документы, исходившие от Великого Князя Кирилла Владимiровича, в которых о судьбе Царской Семьи он высказывался еще весьма осторожно и неопределенно, С.С. Бехтеев писал:
«Екатеринбургское злодеяние, о котором советская власть поспешила объявить всему мiру, вследствие сбивчивости данных и сомнительности факта самого преступления, сразу же породило недоверие к этой очередной большевицкой лжи и укрепило веру в чудесное спасение екатеринбургских Узников.
Несмотря на весьма продолжительный срок общего неведения о действительной судьбе Государя Императора и всей Августейшей Семьи большинство Членов Династии и по сей день не могут отрешиться от сладостной [sic!] надежды на Ее чудесное спасение и временное вынужденное молчание. […]
За последнее время в печати всё чаще и чаще стали появляться сообщения о том, что живы Пресветлый Государь Император Николай Александрович и Его Августейший Брат Великий Князь Михаил Александрович.
Слухи эти не являются плодом досужей фантазии, или обычной погоней за дешевой газетной сенсацией, нет, они носят в себе те заветные проблески той настоящей правды, которая до сего времени была сокрыта от всего мiра и доступна только очень немногим.
Сравнительно не так давно епископ Иннокентий прислал Митрополиту Антонию свое взволновавшее всех письмо, в котором предостерегая Владыку от слишком поспешных решений по Царскому вопросу, извещая его о том, что ему лично доподлинно известно о чудесном спасении ЕИВ Великого Князя Михаила Александровича.
В настоящее время в виду сообщений, появившихся в газете “Новое Время” за № 2438 от 18 июня сего [1929] года, я почел для себя обязательным объявить во всеуслышание То, о Чем так пламенно молятся и Чего так страстно желают все истинные сыны нашего разоренного и полоненного Отечества.
Пробил час… Печать молчания спала с моих уст, и с невыразимой для меня радостью я спешу поделиться со всеми любящими, верящими и надеющимися сокровенной тайной чудесного спасения Многострадальной Царской Семьи.
Днем 15 февраля 1929 года, предварительно списавшись со мной, меня посетил в селении Новый Футог (Королевство СХС) хорошо мне известный еще по России Н.Н. Джонсон, состоявший личным секретарем ЕИВ Великого Князя Михаила Александровича в момент загадочного исчезновения Его Высочества, увезенного с Н.Н. Джонсоном и позднее якобы убитых и сожженных в доменной печи возле города Перми».
Служивший начальником канцелярии у Великого Князя Кирилла Владимiровича капитан 2-го ранга Г.К. Граф в позднейших своих воспоминаниях «На службе Императорскому Дому России» так описывал впечатление, произведенное этим заявлением:
«Наибольший шум в эмигрантских кругах Югославии, Германии и Франции произвели сведения о появлении якобы секретаря Великого Князя Михаила Александровича и сведений, что сам Великий Князь жив. Фамилия секретаря была Джонсон. Эти сведения поступили от Алексея Бехтеева, который проживал в Новом Саду (Югославия) и одно время был издателем легитимно-монархической газеты “Вера и Верность”. Бехтеев сообщил, что он получил секретным путем письмо от Джонсона, который просил послать к нему доверенное лицо для передачи важных указаний от Великого Князя Михаила Александровича. Из опасения быть захваченным большевиками Великий Князь и Джонсон продолжают скрываться».
При этом мемуарист почему-то путает, называя источником сенсационных известий Алексея Сергеевича Бехтеева, брата поэта Сергея Сергеевича. Делает он это вопреки сведениям, приведенным как в цитировавшейся нами листовке, так и в других материалах, которые мы еще приведем, что дает современным биографам поэта смазывать ситуацию, уходя от сути проблемы.



Г.К. Граф и Великий Князь Кирилл Владимiрович.

Продолжим, однако, чтение самой листовки:
«Беседуя со мной, Н.Н. Джонсон сообщил мне, что Его Величество Государь Николай Александрович, Ея Величество Государыня Императрица Александра Феодоровна, Их Августейшие Дочери Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия Николаевны, а равно и Его Императорское Высочество Великий Князь Михаил Александрович, за исключением Наследника Цесаревича Алексея Николаевича, скончавшегося от воспаления почек 17 февраля 1922 года, находятся в добром здравии после своего чудесного спасения, воспоследовавшего после благословения Патриарха Тихона, приславшего Их Величествам копию Чудотворной Иконы Державной Божией Матери.
Мой продолжительный разговор с Н.Н. Джонсоном, которого в течение стольких лет считали погибшим вместе с ЕИВ Великим Князем Михаилом Александровичем, наполнил мою душу неописуемым восторгом, ибо я воочию убедился в том, что моя заветная мечта наконец осуществилась и мой Пресветлый Царь и Его Великодержавная Семья живы, как равно и Его Императорское Высочество Великий Князь Михаил Александрович, что я сим клятвенно удостоверяю.



Великий Князь Михаил Александрович в Галиции.

По понятным для всех причинам, я не расспрашивал Н.Н. Джонсона, где находятся в настоящее время Их Величества, дабы случайно не проговориться и не повредить Им.
Свой разговор со мной Н.Н. Джонсон закончил словами: “Да, Государь Император жив и теперь от нас всех зависит, чтобы Он снова вернулся к Престолу Своему, ибо Его Величество, уступив мольбам лучших сынов нашего Отечества и получив благословение Святейшего Патриарха Тихона, согласился покинуть Свое заключение, удаляясь с Августейшей Семьей и возлюбленным Братом в отшельническое уединение, где в течение долгих лет проводил время в молитвах, трудах и неустанных заботах о благе и спасении горячо Им любимой Родины”.
Его Величество не раз высказывал Свой взгляд, что вне России – нет России и не может быть Русского Царя, так как Русский Царь не может быть эмигрантом и возглавлять какую-либо партию или политическую организацию, ибо это значило бы бороться за власть. Царская власть дается Богом; и силой, как равно и партийной работой, добываема быть не может, а потому Государь Император с Августейшей Семьей и Великим Князем Михаилом Александровичем, твердо уповая на то, что недолго будет длиться попущение Божие над горячо Им любимым Русским народом, решил уйти от мiра в отшельническое уединение и пребудет в нем, неустанно молясь и заботясь о благе и спасении народа Своего, до той поры, когда Волею Божиею не очнется Русский народ и не вернется к Богу, сбросив с себя иго слуг диавола – своих угнетателей большевиков. И если тогда прозревший Русский народ позовет к себе своего Царя, то Русский Царь, подобно евангельскому отцу, забыв все перенесенные Им скорби и муки, с широко распростертыми объятиями пойдет навстречу к своему горячо любимому, заблудившемуся, но вновь вернувшемуся на правый путь детищу-народу и отдаст всего Себя на служение ему для его блага.
Итак не угашайте светильников веры, не оплакивайте Тех, Которые живы и грядут к нам для нашего всеобщего спасения. Истинно, истинно говорю вам, отрите ваши слезы, ликуйте, радуйтесь вместе с нами, ибо “близ есть при дверех”».



Великий Князь Михаил Александрович со своим личным секретарем и другом Николаем Николаевичем (Брайаном) Джонсоном. Фото из коллекции графини Н.С. Брасовой в Русском архиве Университета Лидса (Великобритания). На обороте надпись: «9 апреля 1918 года – Пермь. Мы снялись во время прогулки, на сенном рынке, где толкучка. Фотография была проявлена в 10 минут. Я не брился со дня отъезда из Гатчины 11 февраля / 7 марта».
Оба были убиты чекистами в ночь на 13 июня 1918 г. под Пермью.


После подписи «Сергей Бехтеев», даты и места написания текста на листовке был помещен обширный постскриптум: «Да не подумает кто-либо, что настоящая статья является призывом к созданию политической партии или борьбы с уже существующими. Нет, ни в том, ни в другом Члены Августейшей Семьи вовсе не нуждаются и на то меня не уполномочили, сознавая, что Русский Царь может Царствовать Божией Милостью через посредство добровольного волеизъявления народа, а не путем насильственного захвата осиротевшего престола Своих Венценосных предков.
Цель настоящего моего оповещения проста и незамысловата и сводится только к тому, чтобы известить всех любящих, верящих и надеющихся о том, что живы Те, Кого они любят, в Чье возвращение они верят и на Чью помощь и спасение они непрестанно надеются».
Хотя автор и утверждал, что листовка не является «призывом к созданию политической партии или борьбы с уже существующими», он, тем не менее, приводил всё же слова, сказанные якобы «чудесно спасшимся» Государем: «вне России – нет России и не может быть Русского Царя», что совершенно явно было кивком в сторону провозгласившего себя «императором» Великого Князя Кирилла Владимiровича.
С точки зрения здравого смысла поверить во всё это было, разумеется, невозможно.
Нельзя забывать, однако, как сильно ударяло это по мозгам людей, получивших перед этим мощную психологическую травму – разом лишившихся привычной обстановки, оказавшихся без Родины, в новой непредставимой еще недавно реальности. Потому эти почти что безукоризненно выверенные слова бехтеевской листовки весьма искусно воздействовали на наиболее болезненные центры сознания несчастных людей. Речь идет, конечно, о совершенно определенном сегменте русских эмигрантов: верующих и монархистов.
При этом, написав «сим клятвенно удостоверяю», сам автор листовки поставил на кон всё, что у него еще оставалось: доверие людей, совесть, честь.
Бехтеевская дерзость не осталась без ответа. Последовала незамедлительная реакция: тут же вышла небольшая семистраничная брошюрка «Правда о гибели Царской Семьи. В опровержение ложных слухов» (Новый Сад. 1929), подписанная: «Правление Новосадского Русского Объединения Верноподданных. 1 августа 1929 г. Новый Сад». Отпечатали книжку в местной типографии «Натошевич».




«Итак, – писали ее авторы, – если верить С. Бехтееву, то Император Николай II, Его Августейшая Семья и Великий Князь Михаил Александрович проживают за рубежом России с лета 1918 года, т.е. уже одиннадцать лет и никто этого не знал, ни в Бозе почившая в прошлом году Мать Их Императрица Мария Феодоровна, ибо Она еще в 1924 г. высказывала лишь надежду, что Они живы, но так и скончалась, видимо не узнав об Их спасении, ни родные Их сестры – Великие Княгини Ксения и Ольга Александровны, которые и теперь после откровения Бранта и Бехтеева считают Их погибшими.
Не странно ли, что в течение долгих и мучительных одиннадцати лет никто из Членов Императорской Фамилии, никто из высших военных, духовных и гражданских сановников Царствования Императора Николая II не удостоился получить весть о Его спасении, а теперь удостоился этого проживающий в глухом углу Югославии в селе Футог С. Бехтеев?
Не странно ли, что Великий Князь Михаил Александрович за 11 лет ни разу не поинтересовался судьбой своей жены и сына и Его супруга княгиня Брасова и близкая к Его семье княгиня Путятина продолжают и теперь не сомневаться в Его смерти?



Графиня Наталья Сергеевна Брасова (1880–1952), урожденная Шереметьевская – дочь московского присяжного поверенного (адвоката); в первом браке за оперным аккомпаниатором С.И. Мамонтовым, во втором – за офицером полка «синих кирасир» В.В. Вульфертом, в третьем (1912) – за Великим Князем Михаилом Александровичем. В 1915 г. получила титул графини Брасовой. В 1928 г. Великий Князь Кирилл Владимiрович дал ей титул княгини Брасовой, а в 1935 г. – светлейшей княгини Романовской-Брасовой.

Не странно ли, что Н.Н. Джонсон обратился не к супруге Великого Князя Михаила Александровича, не к Августейшим Сестрам Его, а к Бехтееву?
Не странно ли, что, попав в Европу, он не постарался повидаться со своей сестрой, проживающей в Париже и даже письменно не известил ее о своем прибытии в Европу […]?
Не удивительно ли, что Император Николай II и Великий Князь Михаил Александрович, решив, что далее нет смысла скрываться, избрали такой странный путь для своего выявления? Казалось бы, проще и лучше всего Им сделать это во всеуслышание, обратившись ко всему Русскому народу с Манифестом. Какая бы это была радость для многих, как много смуты и споров улеглось бы и сколько народу пошло бы за Ними!
Вместо этого Они идут каким-то подпольным, скрытным путем, возбуждая тем недоверие к факту Своего спасения.
Мы глубоко убеждены, что так не могли бы поступить ни Император Николай II, ни Великий Князь Михаил Александрович и никто из Членов Дома Романовых.
Невольно напрашивается вывод, что все эти слухи о спасении Царской Семьи и Великого Князя Михаила Александровича – просто вымысел».



Граф Георгий Михайлович Брасов (1910–1931) – единственный сын Великого Князя Михаила Александровича; родился вне брака. Живя в Великобритании, учился сначала в Сент-Леонардс-колледже, а затем в частной школе Хэрроу – закрытом учебном заведении для детей английской знати. Во Франции поступил в частную элитную школу Рош, а затем в Сорбонну. На полученную после кончины бабушки, вдовствующей Императрицы Марии Феодоровны, небольшую сумму денег купил спортивный автомобиль, на котором попал в автокатастрофу под Парижем, скончавшись в больнице на руках матери 21 июля 1931 г.

Те же самые вопросы возникали и у Г.К. Графа, имевшего, видимо, не только возможность задать их братьям, но и обладавшего на то поручением:
«Почему Джонсон вошел в переписку с Бехтеевым, было довольно-таки странным, но Алексей Бехтеев и его брат Сергей объясняли это тем, что Джонсон хотел выбрать для сношения верное лицо, но не слишком заметное. Вот он и выбрал Бехтеева, как лицо, пользующееся репутацией искреннего монархиста и идейного человека. Алексей Бехтеев показывал близким к нему людям письмо Джонсона и две или три телеграммы от него, в которых он торопил с высылкой доверенного лица. Конечно, никто почерка Джонсона не знал и поэтому не мог судить о подлинности письма, а о подлинности телеграмм и тем более.
Благодаря безукоризненной репутации Бехтеевых все им верили. Да и говорили, для чего Бехтеевым было бы изображать всю эту историю и вводить людей в обман. Однако некоторые все же удивились, отчего Джонсон, хотя бы и через Бехтеева, не пытался войти в сношение с женой Михаила Александровича княгиней Брасовой или его сыном. На недоуменные вопросы Бехтеев отвечал, что это все делается в интересах конспирации и, конечно, своевременно связь с княгиней будет установлена.
Очевидно, чтобы поддерживать интерес к этому делу, время от времени в заграничных газетах в Белграде появлялись короткие заметки, вроде таких: “Нам сообщают, что Алексей Бехтеев опять получил телеграмму от секретаря Джонсона” или “Алексей Бехтеев сообщает, что г. Джонсон, возможно, скоро приедет в Европу” и т.д».



Графиня Н.С. Брасова скончалась в Париже 26 января 1952 г. в полной нищете в приюте для неимущих и бездомных и была похоронена рядом с сыном на кладбище Пасси, на приобретенном загодя участке.

В подкрепление своих пусть и здравых, но все же общих рассуждений, авторы брошюрки 1929 г. ссылались далее в ней на «высоко-авторитетные свидетельства, опровергающие заверения Бехтеева».
Об отрицательном отношении к фантазиям С.С. Бехтеева сестер Государя мы уже писали.
«…Всё это ложь и ни на чем не основано, – писала, в частности, Великая Княгиня Ксения Александровна. – Он сам какой-то полоумный и вводит в заблуждение людей, которые искренне верят, не мудрствуя лукаво и, сами того не зная, приносят вред!»

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/249539.html
Спрошенная после выхода бехтеевской листовки одним из авторов брошюры, та же Ксения Александровна «заявила, что она отнюдь не сомневается в том, что ее Брат [Великий Князь Михаил Александрович] погиб в 1918 году» («Правда о гибели Царской Семьи». С. 5).
Проверяли и сообщение С.С. Бехтеева о якобы пришедшем митрополиту Антонию (Храповицкому) письме от «епископа Иннокентия», будто бы «взволновавшего всех».
Речь могла идти о Владыке Иннокентии (Фигуровском, 1863–1931), архиепископе Пекинском и Китайском, с 1928 г. митрополите. Именно он в 1920 г. в Пекине встречал тела Алапаевских мучеников и занимался их погребением.



Владыка Иннокентий (Фигуровский) в Архиерейском доме.

Однако Преосвященный Антоний, «спрошенный по поводу слухов», имеются ли у него «сведения о спасении Царской Семьи, ответил, что это ложь и он не сомневается, что Царская Семья погибла».
Такой же ложью, несомненно, являлись утверждения С.С. Бехтеева об участии в этом деле Патриарха Тихона, спросить которого не представлялось возможным, как по месту нахождения в подсоветской России, так и по естественным причинам: Святитель, как известно, почил еще в 1925-м.
Бехтеевскую листовку сопровождала приписка: «Дальнейшие сведения по мере надобности будут печататься на страницах безплатного православно-патриотического сборника “Святая Русь”, который будет выходить периодически в самом непродолжительном времени».
Текст ее был опубликован недавно в книге В.К. Невяровича «Певец Святой Руси» (СПб. 2008). Однако выходом ее дело не ограничилось. Вскоре появилось еще одно летучее издание, подписанное С.С. Бехтеевым.
Озаглавлена была листовка «Спасение Царской Семьи». По словам авторов брошюрки 1929 г., на первой ее странице издатель поместил фотографию Н.Н. Джонсона, снятую, видимо, «еще в молодости Джонсона (на этом портрете Джонсон выглядит человеком 22-25 лет, тогда как ему теперь должно было бы быть около 50-52 лет».
«С Бехтеев, – читаем далее, – ссылаясь на неоднократные свои беседы с Н.Н. Джонсоном и графиней А.В. Гендриковой [sic!], личной фрейлиной Императрицы Александры Феодоровны, рассказывает, что Царская Семья спасена красноармейцами, сторожившими Ее в Екатеринбурге в доме Ипатьева и тайно вывезшими Ее в ближайшие после спасения дни за границу России, где заграницей Они были встречены ранее спасенными Великим Князем Михаилом Александровичем и Н.Н. Джонсоном. […]
Если мы обратимся к уверениям Бехтеева и попробуем в них критически разобраться, то увидим, что они базируются исключительно на том, что он, Бехтеев, якобы вел в 1929 году беседы в лицами, погибшими еще в 1918 г. Смерть Н.Н. Джонсона установлена следствием Н.А. Соколова (см. книгу Н.А. Соколова “Убийство Царской Семьи”, с. 265, 266 изд. “Слово” 1925 г.), смерть графини А.В Гендриковой установлена им же (там же, с. 267).



Тело графини А.В. Гендриковой в гробу перед погребением. Пермь. 16 мая 1919 г.

Личная фрейлина графиня А.В. Гендрикова и гоф-лектриса Е.А. Шнейдер вместе с другими лицами были перевезены из Тобольска в Екатеринбург с Царскими Детьми, куда прибыли 23 мая 1918 г. в 2 часа утра, но не были отправлены в дом Ипатьева, а вместе с Татищевым и камердинером Государыни Волковым были отправлены с поезда прямо в тюрьму (с. 113 и 116 той же книги Соколова).
Впоследствии вместе с камердинером Государыни Волковым они содержались в тюрьме в Перми, где и графиня Гендрикова и Шнейдер были расстреляны в ночь на 22 августа 1918 г. по старому стилю, а Волкову удалось бежать из-под расстрела и он был допрошен следователем Н.А. Соколовым (с. 266, 267). Трупы графини А.В. Гендриковой и Е.А. Шнейдер были найдены весной 1919 г. и снимки их в гробах помещены в той же книге Соколова под № 143 – графиня Гендрикова и под № 144 – Шнейдер».



Могила графини А.В. Гендриковой и Е.А. Шнейдер на Ново-Смоленском кладбище Перми. 1919 г.

Именно эта последняя ложь Сергея Сергеевича Бехтеева была необъяснима и чудовищна. Ужас состоял в том, что именно через фрейлину Государыни Александры Феодоровны графиню Анастасию Васильевну Гендрикову (1888–1918) поэт передал Царственным Мученикам написанные им в октябре 1917 г. пять стихотворений, среди которых была прославленная «Молитва»: «Пошли нам, Господи, терпенье...»
Ну, ничего святого!

«После всего выше приведенного, – так завершается текст изданной в 1929 г. в Новом Саде брошюры, – становится ясным, что в уверениях С. Бехтеева, не смотря на их клятвенность, нет ни слова правды.
Что же это такое? Бред больного воображения, провокация ли, спекуляция ли на крови Царственных Мучеников в пользу фонда, создаваемого Поповым, именующим себя Шабельским-Борком (об этом в следующем по́сте. – С.Ф.), или, наконец, просто озорное издевательство над “всеми любящими, верящими и надеющимися”?
Как бы то ни было, но лживость этих утверждений и клятвенных заверений очевидна и ни один здравомыслящий и осведомленный человек не может им поверить».




Последствия убийства секретаря Великого Князя Н.Н. Джонсона стали вскоре предметом новых спекуляций. На сей раз эмигрантского журналиста А.Я. Гутмана, писавшего под псевдонимом «А. Ган». Согласно им мать Джонсона, бывшая во время пребывания Великого Князя Михаила Александровича в Англии домоправительницей арендовавшегося им имения, получила якобы за убитого сына «вознаграждение от советской власти».
Это утверждение, содержавшееся в серии статей, опубликованных Гутманом в парижской газете «Возрождение» 19, 20, 24, 26 и 28 января 1932 г., было там же вскоре опровергнуто (17.2.1932):




http://historicperiodicals.princeton.edu/historic/cgi-bin/historic?a=d&d=vozrozhdenie19320217-01.2.46&srpos=18&e=-------en-20--1-byDA-txt-IN-%22кн.+Михаила+Александровича%22----#


Продолжение следует.
Tags: Бехтеевы, Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment