sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

К ПОНИМАНИЮ ЛИЧНОСТИ «LE PRINCE DE L`OMBRE» (10)




Убийцы и наблюдатели (окончание)


Ну, а теперь пришел срок рассказать о тех, кто был глазами и ушами английского консула в Екатеринбурге для освещения событий, связанных с Царственными Узниками Ипатьевского дома.
По словам авторов «Досье» Саммерса и Мангольда (сторонников «спасения» Царской Семьи), американский журналист Карл Аккерман, приехавший в Екатеринбург осенью 1918 г. «связывался с какими-то неизвестными нам людьми, которые наблюдали за Домом Ипатьева до того момента, когда Семья исчезла».
В июле 1918 г., по их словам, «по крайней мере один британский офицер тайно находился в консульстве, так как Престон пишет в своих мемуарах о “британском офицере в штатском, который проник через линию фронта от генерала Пула, командующего военными силами, высадившимися в Архангельске”. Престон говорит об этом офицере, как “капитане Джонсе” и сообщил, что его послали для того, чтобы он связался с наступающими чехами».



Американский журналист Карл Аккерман.

Имя этого британского агента открыла американская исследовательница Шэй МакНил: «британский агент капитан Кеннет Дигби-Джонс».
Разведчик покинул Вологду около 10 июля 1918 г., формально, чтобы сообщить чехам, что время наступило и пора, наконец, выступать, взять Пермь и Вятку. Но мятеж-то ведь уже начался 25 мая, о чем англичане не могли не знать.
Ссылаясь на мемуары Томаса Престона «Перед занавесом» (1950), американка пишет, что ночью 15 июля 1918 г. этот «британский офицер в крестьянской одежде перешел линию фронта от экспедиционного корпуса генерала Пула в Архангельске и прибыл в Екатеринбург». Его разместили в британском консульстве, расположенном на расстоянии вержения камня от Ипатьевского дома.
Однако накануне убийства капитан почему-то срочно покинул Екатеринбург и вскоре 25 сентября в Челябинске – удивительно вовремя (чтобы уж и концы в воду) – умирает «от менингита и остановки сердца».



Ипатьевский дом во время пребывания там Царственных Мучеников.

Современный писатель и публицист В.Е. Шамбаров в недавней публикации называет еще одно имя:
«…Один из лучших британских разведчиков в России, майор Стивен Аллей, якобы получил задание – подготовить операцию по спасению Царя. Он создал группу из 6 “русскоговорящих” агентов. За домом Ипатьева установили наблюдение. Однако в мае операция без всяких объяснений была прекращена. Это вызывает множество вопросов. Престон, силившийся показать, что усилия к спасению предпринимались, нигде на эту операцию не ссылается. А Аллей не упоминает Престона. Хотя обойтись без контактов они никак не могли, и лучшим местом для наблюдения за домом Ипатьева было консульство, Престон каждое утро смотрел с чердака на прогулки Императора. Но свидетельство об операции Аллея подтверждает – в Екатеринбург прислали группу британских агентов».

http://zavtra.ru/blogs/tcareubijstvo_nerazgadannie_tajni
На чем основано это утверждение неясно. Никаких ссылок автор статьи, почти целиком основанной на упомянутой уже нами работе красноярского исследователя С.В. Зверева, не дает. В помянутой же работе Зверева об этом нет ни слова. В «Досье» Саммерса и Мангольда имя разведчика упоминается мимоходом да и то в связи с делом Лжеанастасии: «В 1976 году мы расспросили вдову майора Аллей, который в 1918 году был одним из главных британских агентов разведки, действующих в России. М-с Беатрисса Аллей рассказала нам: “Он верил, что Анастасия жива, поскольку он знал, что один из семейства был спасен”».
Но если это действительно так, то речь идет о Стивене Элли (так правильно звучит его имя) – действительно опытном английском разведчике, появившемся на свет в одном из подмосковных дворцов князей Юсуповых, принимавшем какое-то (не до конца ясное) участие в убийстве Г.Е. Распутина, в связи с чем мы о нем и писали:

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/30853.html


Майор Стивен Элли (1876–1969).

В отличие от Стивена Элли, совершенно несомненно присутствие в Екатеринбурге в дни, предшествовавшие цареубийству, американского разведчика Хомера Слаутера (1885–1953).
Родившийся в пригороде Канзас Сити (штат Миссури), он был старшим ребенком в семье, в которой, кроме него, было восемь детей. После окончания школы, он учился в Военной академии (1904-1908). Женившись (1911), Слаутер преподавал в Вест Пойнте.
В 1917 г., будучи капитаном, он был назначен помощником военного атташе в Румынию, однако 17 февраля 1918 г. был перенаправлен в Россию, задержавшись перед этим ненадолго в Китае (Тяньцзине). Впоследствии его супруга проговорилась, что главной его задачей было «занять благоприятное положение среди большевиков».
В течение трех лет он осуществлял свою деятельность на огромной территории от Урала до Владивостока, будучи первым военным атташе Дальневосточной республики, военным представителем, осуществлявшим связи между американскими экспедиционными силами и Сибирской армией А.В. Колчака, отрядами атамана Г.М. Семенова, а также с генералами британской и французской военных миссий.
Подобно своему британскому коллеге капитану Дигби-Джонсу, в обязанности Слаутера входила связь с чехами. За эту помощь майор Слаутер впоследствии был награжден чехословацкой медалью Яна Гуса, а в 1920 г. еще и «Военной медалью».
Обычно утверждают, что в самую ночь цареубийства Слаутера (как и Дигби-Джонса) не было в Екатеринбурге. На этом даже как-то слишком упорно, с перебором, настаивают, что способно лишь порождать новые вопросы… Впрочем, некоторые авторы утверждают, что он не только был в городе, но и в самом доме…
Следили американцы и за другими Членами Императорской Фамилии. Авторы одной из современных американских книжек Дональд и Розмари Крауфорды («Michael and Natasha». N.Y. 1997) утверждают, что 25 мая 1918 г. к Великому Князю Михаилу Александровичу, находившемуся под арестом в Перми, заявились неожиданные посетители: американцы О`Брайен и Гесс. И большевицкий караул их почему-то безоговорочно пропустил…



Майор Хомер Слаутер.

Как бы то ни было, совершенно очевидно: в июле 1918-го Екатеринбург был центром притяжении для разведок «союзников». Факты определенно подтверждают это.
Готовились, ожидали, убирая лишних свидетелей из города, а иногда и из этой жизни, чтобы не болтали лишнего…
В своих позднейших отчетах майор Слаутер, называл имена других офицеров-разведчиков, находившихся в это время в Екатеринбурге, в частности, французского майора Альфонса Гине.
Кстати, о французах. В начале июля в Екатеринбург из Москвы прибыл французский дипломат К. Боар (Boar) с целью получения достоверных сведений о судьбе Царской Семьи. Как свидетельствовал В.П. Аничков, у английского консула Томаса Престона «остановился и французский консул».
По поводу личности дипломата было даже интереснейшее обсуждение в интернете:

http://ixl-ru.livejournal.com/189181.html
Представляет интерес и сохранившаяся в деле о цареубийстве телеграмма этого французского дипломата.
Разночтения в ее датировке при публикациях в книгах Виктора Александрова («The End of the Romanovs». London. 1966) и Н.Г. Росса («Гибель Царской Семьи». Франкфурт-на-Майне. 1987) также подробно разбиралось в одной интернет-публикации: «Бросается в глаза разница в дате телеграммы: 7 июля у В.А., 9 июля у Росса, и замена Россом Boar на Бояр и Boyard».
А вот и сам текст: «Подлинная телеграмма. Она написана чернилами черного цвета от руки на части листа белой писчей бумаги. Лист бумаги с текстом телеграммы наклеен на обыкновенном телеграфном бланке, где сделаны телеграфные служебные пометки черным карандашом. Из содержания пометок видно, что телеграмма была подана в Екатеринбурге 9 июля в 16 часов 22 минуты, адресована в Москву и записана в книге под № 535/6.
Содержание телеграммы следующее: “Французскому Консулу Москва. Приехал Екатеринбург пока живу Английском Консульстве слухи о Романовых ложны. Бояр”. […]
Ниже этого текста мастичный оттиск с изображением Франции и текст французскими буквами: “вице-консулат а Екатеринбург”.
На телеграмме указан адрес подателя, написанный также чернилами черного цвета, тем же лицом, которое писало и самый текст телеграммы: “К Бояр, Вознесенская 27”».

http://ru-history.livejournal.com/3815583.html
Согласно недавно обнаруженным сообщениям в прессе, последующая деятельность в Екатеринбурге сначала вице-консула и подполковника, а затем консула и полковника Бояра/Буаяра (Boar/Boyard) прослеживается между сентябрем 1918 г. и январем 1919 г. Кроме того, в ноябре 1918 г. он упоминается как французский военный атташе при при чехо-словацком штабе генерала Гайды, а в январе 1919 г. как представитель французской военной миссии при Сибирской армии.
Адресатом той самой екатеринбургской телеграммы был находившийся в Москве с конца мая по сентябрь 1918 г. генеральный консул Франции Жозеф Фернан Гренар (1866–1942).

https://ru-history.livejournal.com/3867482.html


Здание в Екатеринбурге на Главном проспекте, где размещалась почта и телеграф. Отсюда французский дипломат отбивал свою телеграмму в Москву. Здесь уральские большевики вели переговоры с Центром о судьбе Царской Семьи.

Следует сказать и о присутствии французских разведчиков в Екатеринбурге.
Большинство из них состояли при Французской военной миссии, организованной с началом Великой войны. Ее представители, как и других союзников, находились при Ставке Верховного Главнокомандующего. Основной задачей ее сотрудников было удержание любой ценой России в состоянии войны с Центральными державами.
С апреля 1916 г. Миссию возглавлял (а с начала 1917 г. был советником) генерал Морис Жанен, дважды (в 1891 и 1910-1911 гг.) стажировавшийся Николаевской Академии Генерального Штаба.
Будучи самой многочисленной из других союзнических миссий (с осени 1917-го в ней насчитывалось 250 офицеров и 500 рядовых) руководство ее дальше всех пошло навстречу большевикам (в силу, видимо, политических предпочтений истеблишмента Французской республики и личной ангажированности ее начальства).



Морис Жанен был знаком с генералом М.К. Дитерихсом еще в годы Великой войны.

В сентябре 1917 г. атташе при Французской военной миссии в Петрограде был назначен служивший в Военном министерстве капитан Жак Садуль (1881–1956), бывший до войны адвокатом, а по политическим убеждениям социалистом.
Сблизившись с большевиками, он даже вступил в их партию.
Его примеру последовали другие его коллеги: лейтенант Пьер Паскаль (1890–1983), солдат Марсель Боди (1894–1984), открыто принявшие сторону красных.
Капитан Садуль неоднократно встречался с Лениным. Об одной из них последний упоминал в «Письме к американским рабочим», написанном в августе 1918 г.: «Французский капитан Садуль, на словах сочувствовавший большевикам, на деле служивший верой и правдой французскому империализму, привел ко мне французского офицера де Люберсака. “Я монархист, моя единственная цель – поражение Германии”, – заявил мне де Люберсак. Это само собою, ответил я (cela va sans dire). Это нисколько не помешало мне “согласиться” с де Люберсаком насчет услуг, которые желали оказать нам специалисты подрывного дела, французские офицеры, для взрыва железнодорожных путей в интересах помехи нашествию немцев».
Без особого энтузиазма были восприняты и другим большевицким вождем Троцким попытки французов помочь ему в организации Красной армии. «Французская военная миссия, – писал он в книге “Моя жизнь”, – как и дипломатия, оказалась вскоре в центре всех заговоров и вооруженных выступлений против советской власти».
Однако капитан Садуль проявлял упорство в попытках помочь большевикам. В 1918 г. он осуществлял секретные контакты между Советским правительством и французскими войсками в Одессе.
Приняв решение не возвращаться на родину, он был одним из основателей Французской группы РКП (б) и Коминтерна, входя даже в руководивший им Исполком.
За измену и дезертирство Французским военным трибуналом он заочно был приговорен к смертной казни, но, по возращении в 1924 г., оправдан в суде.
Садуль и далее продолжал оказывать помощь СССР, представляя интересы Советского государства во Франции, налаживая связи с государственными учреждениями разного уровня. В 1927 г. он был награжден орденом Красного знамени.



Жак Садуль. 1925 г.

В мае 1918 г. посольство Франции в Москве направило в Омск двух сотрудников Военной миссии: майора Альфонса Гине и лейтенанта Пьера Паскаля.
Выезд совпадал не только с намечавшимся выступлением чехословаков, но и с водворением в Ипатьевском доме 10/23 мая части остававшейся до этого в Тобольске Царской Семьи (Цесаревича Алексей Николаевича, Великих Княжон Ольги, Татьяны и Анастасии Николаевен). То есть Семья была в сборе и можно было приступать к Ее ликвидации.
Майор Альфонс Гине, чье присутствие в Екатеринбурге было засвидетельствовано, как мы помним, в рапорте американского разведчика майора Хомера Слаутера, входил в состав Высшего совета снабжения союзных армий в России. С апреля по сентябрь 1918 г. наряду с Екатеринбургом он побывал в Уфе и Челябинске.
Что касается лейтенанта Пьера Паскаля, то он, как мы уже писали, был другом капитана Жака Садуля, а заодно коммунистом.



Капитан Жак Садуль (второй справа) в окружении лейтенанта Пьера Паскаля и рядового Марселя Боди. 1922 г.

В его пятитомном «Русском дневнике» сохранились свидетельства пребывания рядом с Ипатьевским домом:
20 мая: «К двум часам прибыли в Екатеринбург. Отправил шифрованную телеграмму, принятую, думаю, по оплошности телеграфиста. Масса австрийских и даже немецких пленных: нас часто с ними путают. […] Много китайцев, солдат, рабочих».
6 июня: «По прибытии в Екатеринбург наш вагон оставили без явной охраны […] Екатеринбург являлся местом пребывания Областного Совета, руководившего практически всем Уралом без особых консультаций с Москвой. Меня несколько раз вызывали в его резиденцию для строгих допросов. Подозревали, что я был направлен в Омск французской миссией в Москве для содействия чешскому восстанию […]
Каждый день мы ходили мимо белого “Дома Ипатьева”, места заключения Императорской Фамилии. Это был довольно симпатичный с виду особняк какого-то инженера, реквизированный и обнесенный высоким и крепким палисадом. Внешней охраны не было видно. Прохожие, казалось, не уделяли никакого особого внимания внезапно возникшей посреди города тюрьме».

http://suzhdenia.ruspole.info/node/7889


Продолжение следует.
Tags: Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment