sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ТАРКОВСКИЕ: ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (часть 182)


Бюст отца Николае (Штенйхардта).


Испытание миром (продолжение)


«Столько людей исчезло. Наступает великий круговорот: людей, испытаний, надежд, убивания во имя истины».
Юрий ТРИФОНОВ.


Этот наш пост будет посвящен человеку необычному: иудею, принявшему в тюрьме, причем во многом под влиянием сидевших там легионеров, святое крещение, а затем, выйдя на свободу, поступившего в монастырь, приняв там постриг.
Нику-Аврелиан Штенйхардт (так его звали в мiру до крещения) появился на свет 29 июля 1912 г. в еврейской семье под Бухарестом. Его отец Оскар, по специальности инженер и архитектор, участвовал в первой мiровой войне, был ранен в битве под Мэрэшт и награжден крестом «За военные заслуги».
В 1919-1929 гг. Нику-Аврелиан учился в школе: в начальной Клемента, а затем в лицее Спиру Харет.
«С детства, – писал он в автобиографии, – меня привлекали колокола и обычаи христианские. Мои родители были в хороших отношениях со священником Мэркулеску из местной церкви. […] В Лицее Спиру Харет я был единственным из четырех школьников-евреев, отказавшимся получить сертификат от раввина и пожелавшим изучать христианскую религию у священника Георге Джеорджеску из церкви Святого Сильвестра, симпатизировавшего мне и ставившего мне высокие оценки».
Среди учившихся тогда в этом лицее были Константин Нойка, Мирча Элиаде, Аршавир Актерян, Александру Палеологу, Дину Пиллат, Марчел Аврамеску. Почти все они впоследствии присоединятся к Легиону Михаила Архангела. Со многими из них Штейнхардт сохранит связи на всю жизнь.




В 1934 г. Штейнхардт, обучавшийся на факультете права и литературы Бухарестского университета, получил диплом, а в 1936 г. научную степень доктора конституционного права. В 1937-1939 гг он выехал за рубеж, побывав в Швейцарии, Австрии, Франции и Англии.
Возвратившись в 1939 г. в Бухарест, он получает место редактора в «Revista Fundațiilor Regale» («Журнале Королевского фонда»), лишившись места в 1940 г. после установления правления Легионерского государства.
«Было бы лицемерием с моей стороны, – читаем в его автобиографии 1987 г., – не признать, что меры, принятые в отношении евреев, не огорчили меня. Однако при этом я хорошо понимал, что правительство страны – учитывая обстоятельства – не могло поступить иначе…»
После переворота 1944 г. Штейнхардт вернулся, было, в журнал, из которого его изгнали в 1940 г., но в 1947 г. его снова уволили. Вплоть до 1959 г. он довольствуется случайными заработками, впрочем как и вся прочая румынская интеллигенция
.


Нику-Аврелиан Штенйхардт в бухарестском парке Чишмиджиу.

В послевоенный период Штейнхардт был тесно связан со своим старым, с лицейских еще времен, товарищем – философом Константином Нойка (1909–1987), учеником профессора Нае Ионеску:
http://sergey-v-fomin.livejournal.com/151914.html
http://sergey-v-fomin.livejournal.com/164492.html


Константин Нойка (слева) и Эмиль Чоран в Женеве. 1931 г.

Как и многие его друзья, Нойка был тесно связан с Легионом.
«Когда он узнал о том, что олигархия приказала убить Корнелиу Кодряну, – пишет современный итальянский ученый и издатель Клаудио Мутти, – Нойка [находившийся на стажировке в Париже. – С.Ф.] послал в Румынию телеграмму следующего содержания: “Ввиду убийства Кодряну я в знак протеста вступаю в легионерское движение”. Тем самым Нойка официально встал на сторону движения, к которому он уже давно испытывал симпатию.
Хотя ранее он и не последовал примеру своих друзей, присоединившихся к Легиону, так как, по его мнению, мистика этого движения не обнаруживала точек соприкосновения с Декартом и Кантом; Нойка, тем не менее, всегда провозглашал, что он присоединится к движению, если Капитан Железной Гвардии будет убит – что Нойка и сделал».
В январе 1941 г. после подавления бунта легионеров, т.е. уже при Антонеску, Нойку арестовали. Наконец, в 1949 г., при коммунистах, его, лишив всей собственности, принудительно выселили в Кымпулунг-Мусчел. «Я жил, – вспоминал философ, – за счет частных уроков за пять леев в час. Я учил всему, даже прыжкам в длину».
Продолжалось это вплоть до 11 декабря 1958 г., когда Константина Нойку арестовали, отправив в находившуюся неподалеку Питештскую тюрьму. В марте следующего года в Бухаресте арестовали его друга писателя Дину Пиллат, после чего в Секуритате решили организовать дело «группы ителлектуалов мистических легионеров».



Константин Нойка.

31 октября 1959 г. настал черед Штейнхардта. Он был в списке тех, у которого были частые контакты с Константином Нойкой.
«Меня вызвали в Секуритате последним из всех, приказав стать свидетелем обвинения, предупредив, что, в случает отказа, я буду арестован за участие в “группе”…»
«Следователь мой – назвавшийся Симоном – еврей, сегодня, скорее всего, либо полковник Секуритате, либо находится в Израиле, зверски избил меня, сказав: “Тебе не выйти живым из тюрьмы, если не дашь показаний, если ты не с нами. Я тебя убью! Я лично тебя уничтожу!”».



Фото Штейнхардта из дела Секуритате. 1959 г.

Следователи били его головой о стену; повалив, избивали сапогами. Однако Штейнхардт категорически отказался стать свидетелем обвинения, превратившись в подсудимого и легионера, будучи евреем. Впрочем, абсурда в те времена в социалистическом мiре было предостаточно.
«Группу Нойка-Пиллат», состоявшую из 25 румынских интеллектуалов, судили как «врагов рабочего класса», участвовавших в «преступленном заговоре против общественного порядка». В приговоре, вынесенном 1 марта 1960 г., их обвиняли в «незаконных отношениях с незнакомыми людьми» и организации «враждебных дискуссий», в собраниях, преследовавших цель «поддержания враждебных настроений» по отношению к режиму.
Штейнхардт был приговорен к 12 годам заключения и семи поражения в гражданских правах с конфискацией личного имущества.
Срок он отбывал в тюрьмах Жилава, Аюд и Герла.



В Жилавской тюрьме сегодня.

Штейнхардта, как он признавался позднее, поразил высокий интеллектуальный уровень, царивший там в то время. Но гораздо сильнее – духовный накал.
«Самыми человечными и порядочными людьми, – говорил он, – были легионеры».
Именно сокамерники-гардисты оказали ему помощь и поддержку в самые тяжелые моменты жизни. Благодаря им он решил, в конце концов, принять Святое крещение.
Общение с этими людьми помогло еврею-интеллектуалу осознать то, что долгое время мешало ему сделать его происхождение.



Снимки Штейнхардта из дела в Жилавской тюрьме.

«Я не знал Кодряну, – писал Штейнхардт, – однако, получив о нем всестороннюю информацию, понял, что это был человек честный и талантливый. Чудовищное его варварское убийство, осуществленное по приказу Кароля II, превращает его в мученика и должно произвести впечатление на любого человека…»
«Если бы Капитан был жив, – приходил он к важному выводу, – убийство Йорги и Маджару были бы невозможными, как и убийства в Жилаве…»



Некоторые из тюремных впечатлений нашли затем отражение в книге Штейнхардта «Jurnalul fericirii» («Дневник счастья»), написанной уже в начале 1970-х, после того, как он вышел на свободу. Первую версию рукописи изъяла в 1972 г. госбезопасность, возвратив ее автору только в 1975 г., после настойчивых просьб Союза писателей. Тем временем автор написал второй, расширенный вариант, также изъятый в 1984 г. Секуритате. Между тем книга стала циркулировать в самиздате, попав, в конце концов, на Запад, где обширные ее фрагменты зачитывалаись на радио «Свободжная Европа».

Как мы уже писали, пребывание в тюрьме подтолкнула Штейнхардта к решению креститься.
По его словам, тогда все его сомнения и психологические препятствия исчезли. «Я был уверен, что не выдержу 12 лет и что я умру в тюрьме. Я не хотел умереть некрещеным. И Господь снова пришел ко мне на помощь. В первой же камере, в которую я попал в Жилаве, первым человеком, с которым я заговорил, был иеромонах из Бессарабии Мина Добзеу…»



Иеромонах Мина (Добзеу) из монастыря Святых Апостолов Петра и Павла в Хуши. Изолятор Секуритате. 1958 г.

Уроженец бессарабского уезда Лэпушна, Михаил Добзеу родился в 1921 г. В 13 лет поступил в монастырь. После войны, в которой он принимал участие, учился в церковной певческой школе в Констанце, затем в духовной семинарии при Нямнцком монастыре и, наконец, на богословском факультете Бухарестского университета. В 1946 г. был пострижен, с именем Мина, в монахи, два года спустя рукоположен в диаконы, а в 1955 г. – во иереи.
В 1948-1949 гг. в течение 11 месяцев он находился в заключении за протест против отмены религиозного образования в школах. В 1958 г. отца Мину вновь арестовали, на этот раз за его выступление, осуждавшее государственный декрет о сокращении монастырей и числа их насельников. Так, получив семилетний срок, он и оказался в Жилаве в одной камере со Штейнхардтом. Последний называл его «истинным святым».
«Между нами, – вспоминал о. Мина, – возникла близкая дружба. Человек он был уважительный, с хорошими манерами. Входил в группу Нойка, состоявшую из бухарестских писателей… Среди них только он был еврей».



Камера Жилавской тюрьмы.

Таинство Крещения проходило 15 марта 1960 г. в камере № 18 Жилавской тюрьмы.
Крестил иеромонах Мина (Добзеу). Крещаемый получил имя Николай.
Крестным отцом его был Эмануэль Видрашку, бывший глава кабинета маршала Антонеску. Свидетелями: писатель Александру Палеологу, также проходивший по делу Константина Нойка, и два римо-католических священника. Благодаря этому обстоятельству о. Николай впоследствии называл свое крещение «экуменическим».
«Я был крещен в большей спешке при помощи воды из эмалированного чайника».
Выпустили Штейхардта через шесть лет, в августе 1964 г., по общей правительственной амнистии политзаключенных.



Николай Штейнхардт.

Сразу же после освобождения Штейнхардт озаботился дополнить свое крещение мvропомазанием и получить Святое Причастие. Произошло это в церкви бухарестского скита Дэрварь.
Решив твердо жить углубленной христианской жизнью, он всей душой желал стать монахом, но не приступал к этому, пока не упокоил отца.
За помощью и советом он решил обратиться к отцу Мине (Добзеу), освобожденному из тюрьмы в том же 1964 г. и уже служившему в то время в монастыре Святых Апостолов Петра и Павла в Хуши.
«После смерти моего отца (в возрасте 90 лет – в 1967 году), – читаем в автобиографии о. Николая 1987 г., – я начал искать монастырь, столкнувшись, однако, с отказами настоятелей обителей, сдержанно относившихся к бывшим политическим заключенным. Отец Мина звал меня в Хушскую обитель, принадлежавшую Епископии, но епископ Парфение отказал. В Козии настоятель Гамалиил Вайда благоволил мне, однако там, казалось мне, слишком много туристов и посетителей».
И тут неожиданно помог ему старый друг – философ Константин Нойка.



Константин Нойка.

Приговоренный к 25-летнему заключению, он в августе 1964 г. вместе со всеми был освобожден по амнистии.
С 1965 по 1975 год Нойка был главным ассистентом на философском факультете Румынской Академии в Бухаресте.
Выйдя в 1975 г. на пенсию, переехал в Пэлтиниш, в трансильванские горы, рядом с Сибиу и, одновременно, неподалеку от места рождения своего товарища юности, философа Эмиля Чорана, за переписку с которым во многом он и пострадал.
С тех пор это Убежище в Карпатах стало местом паломничества для молодых интеллектуалов.



Нойка в своем доме в Пэлтиниш. Август 1984 г.

«Уединившийся в Карпатах, Нойка, – писал Эмиль Чоран, – был духовным центром Румынии [...] Он удалился в Карпаты не для того, чтобы убежать от мiра, а чтобы из удаления понять мiр. [...] Ведь человек избегает других людей вовсе не для того, чтобы о нем забыли, а чтобы приобрести себе больший вес. В Румынии Нойка получил роль завоевателя. Поэтому его уединенность была не отставкой, а триумфом».


Похороны Константина Нойка. На первом плане: Адриан Пэунеску, о. Николай (Штейнхардт), Константин Барбу, Михай Сора, Габриэль Лийчану. 1987 г.
Могила философа.



В 1973 г. Константин Нойка сообщил своему другу и «подельнику»: «Я нашел нужное место».



Он имел в виду обитель Рохия – монастырь Святой Анны на юге Марамуреша, в 50 километрах от города Бая-Маре.



Штейнхардт приехал сюда в 1978 г., а в 1980-м поселится здесь, получив благословение епископа Юстиниана (Кира).



16 августа 1980 г., по благословению того же епископа Юстиниана (Кира) и архиепископа Теофила (Хериняну), он принял в обители постриг с именем Николай.



В монастыре отец Николай получил послушание в библиотеке, приведя в образцовый порядок более 23 тысяч томов имевшихся здесь книг.



Здесь им были написаны несколько книг.
Келлия о. Николая является одним из самых посещаемых паломниками мест в монастыре Святой Анны.






В марте 1989 г. здоровье о. Николая, страдавшего от стенокардии, резко ухудшилось и его, в сопровождении двух монахов, отправили в Бухарест на обследование.



Однако в аэропорту Бая-Маре, перед самой посадкой на самолет, который должен был доставить монаха в столицу, он неожиданно почувствовал себя плохо.
Отца Николая доставили в больницу.
По его просьбе, известили о. Мину (Добзеу), который незадолго до этого был освобожден после очередного восьмимесячного ареста, которому он подвергся за «крамолу» и «заговор против государственной безопасности». Причиной тому были семь писем, которые он написал в 1986-1988 гг. Чаушеску, в которых он рассуждал о морали румынского народа, атеизме и коммунизме.



Отец Мина (Добзеу).

Умиравшего безпокоили мысли о грехах, о том, что он не спасется…
«Важной, – вспоминал отец Мина, – была моя последняя встреча с ним, в предпоследний день его страданий, 29 марта 1989 г., в больнице Бая-Маре. […] Я старался успокоить его и убедить, в том, что эти зловещие мысли отчаяния – шёпот диавола. “Не слушайте сатану!”».
На следующий день о. Николай (Штейнхардт) перешел в жизнь вечную. Тело его перевезли в монастырь Рохия, где, отпев, похоронили на кладбище обители.



Отпевание отца Николая в храме монастыря Святой Анны.


Могила о. Николая (Штейнхардта) на монастырском кладбище.


Продолжение следует.
Tags: История Румынии, Легион Михаила Архангела
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments