September 1st, 2021

ЦАРСКИЕ МОЩИ: ДОКУМЕНТЫ (12)




32.
Письмо В.А. Маклакову Правления Общества Памяти Государя Императора Николая II
Март 1933 г.

[Машинописная копия.]
[Вход. № 2872. 29.3 /11.4.1933.]

Милостивый Государь
Василий Алексеевич,
Правление Общества Памяти Государя Императора Николая II решилось обратиться к Вам с просьбой в полной уверенности, что Вы отнесетесь к этой просьбе не только формально, как возглавитель Объединения бывших Российских Послов, но и со свойственной Вам отзывчивостью и вниманием. Дело заключается в следующем. В Белграде существует Общество Памяти Государя Императора Николая II, ставящее своею целью защиту и распространение светлой памяти о Царе Мученике и Его Августейшей Семье. В этом Обществе свыше 300 русских членов, кроме того много членов и из видных представителей местного Сербского Общества, как военных и гражданских, так и духовных лиц во главе с Патриархом Сербским Варнавою, который является Почетным Председателем Общества.
После смерти М.Н. Гирса новая волна исключительного интереса к Священным Останкам Царя Мученика и Его Августейшей Семьи охватила широкие круги монархически настроенных русских людей, глубоко убежденных в том, что среди предметов, привезенных генералом Жаненом Великому Князю Николаю Николаевичу и переданных Его Высочеством на хранение М.Н. Гирсу, находятся и Священные Останки Царственных Мучеников. Вместе с этим среди них идут упорные разговоры о том, что эти Останки хранятся в месте не соответствующем их значению для русских людей; что скрывается не только место их хранения, но и имена лиц, коим это хранение поручено; что таинственность, которой это хранение опутано, является лучшим доказательство того, что хранятся именно Священные Останки; что от хранения этих Останков почему-то устранены наиболее близкие к Почившим лица, а именно Члены и Глава Династии, а хранение поручено посторонним лицам и, наконец, что пока эти Священные Останки не будут погребены по обряду Православной Церкви, эмиграция не вернется на Родину.
В связи с этим в Правление Общества стали поступать обращения от русских людей с просьбой принять меры к тому, чтобы эти Священные Останки были преданы хотя бы временному достойному погребению заграницею, впредь до того времени, когда наступит возможность перенести их на Родину – в Россию.
Тот же вопрос был поднят и в местной русской печати. В последнее время опять стали усиленно собираться подписи под обращением к Митрополиту Антонию, как к своему Архипастырю, с просьбою ходатайствовать перед Августейшим Главою Династии и перед Святейшим Сербским Патриархом Варнавою о принятии всех законных мер к тому, чтобы Священнейшие для русских людей Останки Царственных Мучеников были бы преданы христианскому погребению.
Считаясь с таким настроением русских людей в Югославии, Правление Общества Памяти Государя Императора Николая II еще в конце минувшего 1932 года поставило своей задачей принятие мер, в конечном результате направленных к тому, чтобы Останки Царственных Мучеников, впредь до возможности торжественного погребения в освобожденной от большевиков России, могли бы найти теперь же временное упокоение в безопасном и святом месте заграницей. Постановление Правления в таком смысле было доложено Общему Собранию членов Общества 23 декабря 1932 года и Общим Собранием одобрено, а затем постановление это было опубликовано во всеобщее сведение в местных русских газетах.
Сообщая об изложенном, Правление имеет честь покорнейше просить Вашего просвещенного содействия для осуществления намеченных Правлением целей, вместе с сим Правление усердно просит Вас сообщить сведения о порядке хранения этих Священных Останков и о причинах не приглашения к участию в хранении Их представителей Династии, безспорно более других имеющей на это право.


(ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 289. Л. 40-41.)


Благословение Патриарха Сербского Варнавы, Почетного Председателя Комитета по сооружению храма-памятника в честь «Царя-Мученика Николая II и всех богоборческой властью в смуте убиенных» на строительство этой церкви в Брюсселе. 1933 г.



33.
Письмо В.А. Маклакова Митрополиту Антонию (Храповицкому)
от 18 мая 1933 г. Париж.

[Машинопись, подпись – автограф.]
[Вход. № 3000. 13/26.5.1933.]

Ваше Высокопреосвященство,
Посылаю Вам письмо хранителей, присланное ими мне для передачи Вашему Высокопреосвященству. Обязываюсь при этом прибавить, что Ваше письмо к ним от 11-го Апреля было мною им передано немедленно и ответ задержался только в виду серьезной болезни одного из хранителей. Они не хотели отвечать Вам раньше, чем они будут в полном составе.
Вашего Высокопреосвященства преданный слуга
В. МАКЛАКОВ.


(ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 289. Л. 43.)


34.
Письмо «Коллегии хранителей» Митрополиту Антонию (Храповицкого), переданное В.А. Маклаковым
от 14 мая 1933 г.

[Неподписанная машинопись.]
ВАШЕ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕНСТВО
Глубокочтимый Владыко,
Василий Алексеевич Маклаков передал нам Ваше письмо от 29 марта / 11 апреля с.г. за № 2447. Просим Вас, глубокочтимый Владыко, извинить нас за то, что, связанные обещанием хранить в строжайшей тайне наши имена, мы не сможем подписать настоящее письмо, которое передадим Василию Алексеевичу для пересылке Вам.
По существу поставленного Вами вопроса мы считаем своим долгом обратить Ваше внимание на то, что нами приняты на хранение не священные Останки Царской Семьи, а всё следственное производство судебного следователя по особо важным делам Соколова, состоящего из нескольких томов соответствующей переписки и свыше 400 предметов – вещественных доказательств по этому следственному делу.
Переданное в свое время на Дальнем Востоке г. Соколовым генералу Жанену ввиду необезпеченности хранения у себя из опасений захвата его большевиками, всё следственное дело, упакованное в ящики, запечатанные печатями судебного следователя Соколова, по распоряжению Великого Князя Николая Николаевича было передано в свою очередь генералом Жаненом на хранение покойному М.Н. Гирсу.
Привлеченные к хранению этих запечатанных ящиков, мы можем удостоверить Вам, что ящики со следственным производством и ныне хранятся в условиях, совершенно обезпечивающих их от какой-либо порчи и тем более расхищения.
Кроме нас и В.А. Маклакова, никто не знает ни наших имен, ни места хранения. Такая глубокая тайна необходима для обезпечения следственного производства от всяких покушений на него, всегда возможных и со стороны советских властей: действительно , в случае, ежели правительство СССР будет иметь сведения, кто и где хранит следственное делопроизводство, оно всегда сможет через своего представителя в той стране, где хранятся эти документы, предъявить официальное требование соответствующему правительству о выдаче ему следственного делопроизводства по делу, совершенному советскими служащими на советской территории; с другой стороны весьма возможно, что по практике международного права и по соображениям международной политики соответствующее правительство найдет для себя желательным удовлетворить подобное требование.
Мы не можем по совести взять на себя ответственность сообщить эту тайну лицам, не причастным к самому хранению и не ответственным за него, дабы не подвергать эти важнейшие акты какому-либо риску.
Также не считаем себя вправе вскрыть ящики, ибо только наложенные на них печати ныне покойных судебного следователя Соколова и М.Н. Гирса являются обезпечением от возможных нареканий на пропажу какого-нибудь акта или предмета, относящегося к следственному производству.
Что же касается вопроса о самих останках, которые Вы считаете не подобающим хранить не отпетыми и не преданными земле, то, на основании описи, приведенной в книге Соколова – а другого документа об этом не имеется или по крайней мере нам он неизвестен – никаких СВЯЩЕННЫХ ОСТАНКОВ, ПРИНАДЛЕЖАЩИХ ЦАРСТВЕННЫМ МУЧЕНИКАМ, в числе вещественных доказательств ВОВСЕ НЕ ИМЕЕТСЯ.
Давая полный перечень вещественных доказательств, приобщенных к следственному производству, – а других предметов мы на хранение не принимали, – г. Соколов указывает лишь следующие предметы, которые являются частью человеческого тела вообще, но без всякого утверждения, что они принадлежали телу кого-либо из членов Царской Семьи:
1) № 62 Две фаланги женского пальца.
2) Несколько кусков человеческой кожи,
3) № 64 Кости, частью полуобгорелые, принадлежащие млекопитающемуся, и рядом с этим скелет собачки Джимми (№ 63). [Это подчеркиваемое «соседство», конечно же, раскрывает подлинную сущность авторов письма и преследуемые ими цели, вопреки подчеркнуто вежливому его тону. – С.Ф.]
4) № 65 Несколько комков земли, пропитанных жиром или салом (Nicolas Sokoloff «Enquête judiciaire sur l’assassinat de la Famille Impériale Russe». Payot. Paris, 1924. Страницы 252 и 253).
Все остальные предметы, свыше 400 номеров, представляют собою части одежды и обуви, образа, книги, фотографии, картины и проч., частью вырыты из глубины шахты или найденные в лесу, где совершено было сожжение тел замученной и убитой Царской Семьи, частью собранные в комнатах Ипатьевского дома.
Таким образом, отпадает самое предположение Ваше, что среди вещественных доказательств, хранимых нами, имеются священные останки Царственным Мучеников, могущие быть преданы земли с совершением отпевания, ибо даже две фаланги женского пальца – единственная сохранившаяся часть человеческого тела – не были признаны судебным следователем принадлежащими Императрице или одной из Великих Княжен.
В заключение просим Вас, Ваше Высокопреосвященство верить, что, взяв на себя обязательство хранить ВСЕ ДЕЛОПРОИЗВОДСТВО до той минуты, когда окажется возможным передать его законному Российскому Правительству для дальнейшего направления дела, мы и впредь, как и до сих пор, приложим все усилия, в пределах человеческого предвидения возможные, чтобы все делопроизводство со всеми вещественными доказательствами хранились бы в условиях, обезпечивающих его от всяких покушений, всегда возможных со стороны кого бы то ни было и особенно со стороны агентов советской власти, неоднократно проявлявших через третьих и четвертых лиц желание узнать, где и у кого хранятся эти документы, а также и от всяких случайностей.
Испрашивая благословение Ваше на трудное и ответственное дело, на нас возложенное, остаемся Вашего Высокопреосвященства верные слуги.
Хранители Следственного Производства об убийстве Царской Семьи, известные В.А. Маклакову.


(ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 289. Л. 44-45 об.)


35.
Письмо К.Д. Кафафова управляющему канцелярией Архиерейского синода РПЦЗ графу Ю.П. Граббе
от 28 апреля 1933 г.

[Машинопись, подпись – автограф.]
[Вход. № 3001. 13/26.5.1933.]

Глубокоуважаемый Граф
Юрий Павлович,
Посылаю Вам составленный мною доклад известной Вам Комиссии. Интересно как найдет его Владыка Митрополит и Вы. Затем у меня к Вам, Граф, маленькая просьба: на Ваше заключение И.И. Карпенко послал проект г. Зубкова о выкупе из Сов[етской] России Местоблюстителя Патриаршего Престола и приложил к этому проекту вырезку из газеты «Возрождение» о порядке и стоимости этого выкупа. Будьте добры, пришлите мне, если у Вас сохранилась, эту вырезку, а если ее нет, то быть может Вы помните эти условия, то сообщите их мне. Мне они очень нужны.
Искренне уважающий и преданный Вам.
К. КАФАФОВ.


(ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 289. Л. 46.)


36.
Доклад Особой Комиссии Правления Общества Памяти Государя Императора Николая II, посланный К.Д. Кафафовым.
Апрель 1933 г.

[Машинописная копия без подписей.]
На разрешение Особой Комиссии Правлением Общества Памяти Государя Императора Николая II был поставлен следующий вопрос: дает ли следствие Судебного Следователя Соколова достаточно данных для признания Священными Останками Царя Мученика и членов Его Августейшей Семьи, хотя бы части из предметов, привезенных генералом Жаненом Великому Князю Николаю Николаевичу и переданные Его Высочеством на хранение М.Н. Гирсу.
Прежде чем приступить к оценке в этом смысле добытых следствием данных, Комиссия находит необходимым предпослать несколько общих соображений. Дело в том, что как предварительное следствие, так и, следующее за ним, судебное следствие редко устанавливают факты с математической точностью. Математическую точность обычно заменяют ясные и правильные логические выводы и заключения. Логические выводы в судебном деле основываются на данных, добытых следствием, как-то, свидетельских показаниях, осмотрах, экспертизах, вещественных доказательствах и пр. Вот на таких-то логических построениях, базирующихся на данных, добытых расследованием, обосновал Суд[ебный] След[ователь] Соколов свои выводы, дающие нам и основание и право, с полным сознанием моральной ответственности, ответить на поставленный нам Правлением вопрос – утвердительно. Основания эти следующие.
Следствием с полной ясностью установлено, что в ночь с 16 на 17 июля 1918 года в г. Екатеринбурге, в нижнем этаже Ипатьевского дома большевиками, под ближайшим руководством коменданта дома Якова Юровского была убита содержавшаяся в этом доме вод арестом вся Царская Семья, а именно, Государь Император Николай II, Государыня Императрица Александра Феодоровна, Наследник Цесаревич Алексей Николаевич и Великие Княжны: Ольга Николаевна, Татьяна Николаевна, Анастасия Николаевна и Мария Николаевна. Вместе с Царской Семьей были убиты: состоящий при Ней доктор Боткин и прислуживавшие Ей – повар, лакей и комнатная девушка А.С. Демидова.
Затем с такой же логической последовательностью и точностью следствием выяснено, что вслед за убийством трупы убиенных, под руководством того же Юровского, были на грузовом автомобиле доставлены на рудник в урочище Четырех Братьев, отстоящий от Екатеринбурга приблизительно в 16 верстах. Здесь, около так называемой «открытой» шахты, трупы Царственных Мучеников и лиц, убитых с Ними, были подвергнуты уничтожению. Их подвергали действию серной кислоты, которой было доставлено на место, как установлено следствием, 11 пудов 4 фунта. Затем их жгли на двух кострах, разведенных на площадке около шахты. Для лучшего сгорания трупы были разрезаны на части, а кости разрублены. Одного бензина было употреблено для костров 40 пудов. Два дня, 17 и 18 июля 1918 года, длилась эта работа около шахты. Всё это время рудник был оцеплен стражей и никого к нему не подпускали. Оставшиеся в кострах осколки костей и более заметные вещи были брошены в шахту и засыпаны сверху землею.
Естественно, что после установления этих двух главнейших положений, внимание и работа Суд. След. Соколова была направлена в сторону открытой шахты и он подверг эту шахту и окружающую ее площадку, на которой были следы двух больших костров, самому тщательному осмотру и обследованию. Блестящие результаты оправдали ожидания следователя. В шахте и около нее в местах, где находились костры, было найдено большое количество предметов, с неопровержимой ясностью еще раз подтверждающих как факт убийства Царской Семьи и бывших с Ними лиц, так и работу по уничтожению трупов их на руднике в урочище Четырех Братьев.
Список этих предметов, составленный Суд. След. Соколовым, заключает в себе 65 статей и составляют особую двадцать вторую главу его книги на русском языке под заглавием: Н. Соколов «Убийство Царской Семьи». Издание «слово». Берлин. 1925 г. Предметы эти состоят из образков, частей из образков, разных рамочек, затем металлических статей от одежды и обуви и ряда крупных драгоценностей. Все эти предметы, по предъявлению их Суд. След. Соколовым лицам, состоявшим при Царской Семье, Теглевой, Эрсберг, Занотти, Гиббсу, Жильяру и др. были признаны ими за принадлежащие Членам Царской Семьи.
Итак следствием установлено, что все указанные предметы, в том числе и крупные драгоценности, найдены на руднике в урочище Четырех Братьев около открытой шахты, принадлежит Царственным Мученикам. Но кроме указанных предметов там же на дне шахты были найдены засыпанные землей: человеческий палец, представляющий собою две фаланги ногтевую и среднюю. Этот палец, по заключению эксперта, имеет вид выхоленный, носит следы маникюра и принадлежит женщине средних лет, имеющей тонкие длинные пальцы. Кроме пальца были найдены два кусочка человеческой кожи, отделенной от руки, но от какой именно части руки определить не представилось возможным.
Затем там же был найден был найден труп собачки Джемми, принадлежавшей Великой Княжне Анастасии Николаевне. И наконец, на дне шахты были обнаружены 42 осколка костей млекопитающих. Все они оказались сильно обожженными, разрезанными и разрубленными.
Крушение власти Адмирала Колчака лишили Суд. След. Соколова возможности произвести научную экспертизу этих костей. Врач Белоградский, которому при допросе были предъявлены Судебным Следователем эти кости, показал, что он не исключает возможности принадлежности всех этих костей человеку. Вид этих костей свидетельствует, по показанию врача Белоградского, что они не только рубились и сжигались, но и подвергались действию какого-то химического препарата.



Топор, найденный 15 июня 1919 г. при обследовании одной из шахт под Екатеринбургом.

Кому же принадлежал этот палец и эти кости? Для разрешения этого вопроса спрашивать некого, свидетелей в данном случае заменяют здравый смысл и ясная логика. Экспертизой установлено, что палец имеет вид выхоленный и принадлежит женщине средних лет. Всего в ночь на 17 июля 1918 г. были убиты шесть особ женского пола: Императрица, четыре Великих Княжны и комнатная девушка Демидова. Как Великие Княжны, так и Демидова, были молодые, средних лет была одна только Императрица. Кому же мог принадлежать найденный палец? Ответ ясен сам собою.
Такой же определенный ответ должен быть дан и относительно костей. Несомненно, они принадлежат лицам, трупы коих уничтожали 17 и 18 июля 1918 г. на руднике в урочище Четырех Братьев, около открытой шахты. Выше было указано, что как установлено следствием, трупы убитых были разрезаны на части, а кости разрублены и всё это подвергалось действию серной кислоты и сжигалось на двух кострах. Найденные на дне шахты кости, как установлено осмотром их на следствии, оказались сильно обожженными, разрезанными и разрубленными, причем, по заключению врача Белоградского, вид этих костей свидетельствовал о том, что они не только рубились и сжигались, но и подвергались действию какого-то химического препарата.
Можно ли после этого сомневаться в том – кому принадлежат эти кости? Если хоть на минуту допустить, что эти кости принадлежат другим лицам и случайно попали на дно шахты, то тогда естественно возникает вопрос: кто и зачем резал и рубил их на части и для чего подвергал их действию серной кислоты и затем сжигал их, а также, почему они оказались вместе с пальцем на дне шахты, засыпанные сверху землею. Чужих костей, случайно попавших в шахту, никто, конечно, таким операциям не подвергал бы.
На основании выше приведенных соображений вполне правильным и логичным выводом является утверждение, что осколки костей, найденные на дне открытой шахты, принадлежат Царственным Мученикам и лицам, убитым вместе с Ними. Решать вопрос о том, которые из этих костей принадлежат Членам Царской Семьи и которые другим убитым с Ними лицам, вне человеческой возможности.
С нашей же точки зрения, убежденных монархистов, раз среди этих костей находятся и кости Царственных Мучеников и их распознать и отделить нет человеческой возможности, то все эти кости Членов Царской Семьи и погибших с Ними Их верных слух, нам дороги и являются для нас Священными Останками.
Председатель Комиссии *
Члены **

...апреля 1933 г.
Белград.


(ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 289. Л. 47-49.)

На другой копии, подшитой в дело на 90-м листе, пером вписано: против «Председателя Комиссии» – «К.Д. Кафафов», после «членов» – «С подлинным верно. Н. РКЛИЦКИЙ».


***
Ввиду важности вопроса, требующего скорее сосредоточенности, обдумывания и молитвы, нежели выплеска эмоций (в который же уже раз!), не считаем возможным обсуждение всего этого – набегу – в комментах, которые мы на время публикации и ограничиваем.