?

Log in

No account? Create an account

July 9th, 2019




Лорд Нортклифф гневается


Как часто мы свершаем злое дело
Лишь потому, что так доступны средства!

Уильям ШЕКСПИР.
«Король Иоанн» (1596).


Хотя первое издание книги Роберта Вильтона «Последние дни Романовых» и увидело свет в Лондоне, инициатива публикации документов во второй ее части принадлежала американской стороне.
Об этом свидетельствуют опубликованные нами в прошлых по́стах сопровождающие оба издания тексты.
«Авторский постскриптум» свидетельствует о том, что журналист был явно недоволен и раздражен навязанной ему публикацией документов под одной обложкой с его книгой.
Английский издатель (книга Вильтона вышла в солидном, известном с 1653 г., лондонском издательстве Торнтон Баттерворт, в котором впоследствии впервые был напечатан «Мiровой кризис» Уинстона Черчилля» и двухтомный перевод автобиографии Троцкого «Моя жизнь») не скрывал того, что был в курсе этой проблемы, стараясь, насколько это было возможно, купировать ее последствия, «предупреждая» читателей: «…Содержание первой части этой книги было составлено ещё до того, как стало известно о существовании переводов, содержащихся во второй её части. […] Перевод протоколов (которые составляют вторую часть данного тома) был опубликован независимым образом в США…»
Открывавшее нью-йоркскую книгу «Слово от издателя», подчеркивавшее, что обе «части книги имеют разные источники», делало картину еще определеннее: «…Содержание этого тома, заключающееся в официальных показаниях в части I и повествовании г-на Роберта Вильтона в части II появилось независимо друг от друга и, изначально, без какого-либо намерения их совместной публикации. […] По счастливому стечению обстоятельств, компания Джорджа Г[енри] Дорана, готовившая для прессы показания, сохранённые г-ном Георгием Густавовичем Тельбергом, узнала о повествовании г-на Вильтона и тотчас договорилась о включении этих записей в [готовящийся] том».



Издательская марка нью-йоркской компании Джорджа Генри Дорана.

Решило дело вмешательство владельца газеты «Таймс» лорда Нортклиффа.
Но прежде необходимо понять, что его связывало с владельцем американской книжной издательской компании Дорана.
Уроженец Торонто, Джордж Генри Доран (1869–1956) основал ее в Канаде, перенеся в 1908-м в Нью-Йорк. Фирма, существовавшая вплоть до 1927 г., долгое время процветала, став одним из крупнейших издательств Соединенных Штатов.
Выпуская разнородные книги (от крупных литературных произведений и религиозной литературы вплоть до фантастики), владелец уделял большое внимание изданию книг британских авторов, часто наезжая в Лондон, где близко сошелся со многими английскими знаменитостями. Среди известных англичан, чьи книги были изданы компанией, были Арнольд Дж. Тойнби, П.Г. Вудхаус, Артур Конан Дойл, Вирджиния Вульф, Арнольд Беннетт, Фрэнк Харрис, Герберт Уэллс, Уильям Сомерсет Моэм, Марджери Уильямс и другие.



Джордж Генри Доран. 1910-е годы. Национальная Портретная Галерея. Лондон.

В период Великой войны фирма Джорджа Генри Дорана стала издательским флагманом союзников. Особое место среди книг, вышедших там в этот период, занимали отпечатанные большими тиражами заявления британского премьера Ллойд Джорджа и его известная книга «Великий Крестовый Поход» – собрание речей, произнесенных в 1915-1918 гг.
Именно на почве выпуска пропагандистской литературы, скорее всего, и состоялось знакомство Джорджа Дорана с лордом Нортклиффом.



Могильная плита на месте захоронения Джорджа Генри Дорана. Кладбище муниципалитета Торонто.

В 1908 году (как раз когда Джордж Доран перенес деятельность своего издательства из Торонто в Нью-Йорк) лорд Альфред Чарльз Вильям Нортклифф (1865–1922) приобрел «The Times», вскоре присоединив к ней «The Daily Express» и «The Evening News», создав газетный концерн «Northcliffe-Press».
Имевший возможность наблюдать за ним с близкого расстояния работавший в «Таймсе» Дуглас Рид (о нем нам еще предстоит разговор) так писал о своем боссе в известной книге «Спор о Сионе»: «До получения титула он был известен, как Альфред Хармсворт; солидный мужчина, с наполеоновской чёлкой на лбу, владелец двух весьма популярных ежедневных газет, многих журналов и других периодических изданий, а кроме того главный совладелец самой влиятельной газеты в мiре, лондонского “Таймса”. Благодаря этому он обладал возможностью ежедневно непосредственно обращаться к миллионам людей…»
К 1914 г. лорд Нортклифф контролировал 40% утреннего тиража газет Великобритании, 45 – вечернего и 15 – воскресного.
Воспользовавшись возникшим снарядным кризисом 1915 г., «Таймс» усиленно критиковала либеральное правительство Герберта Асквита, способствовав учреждению специального министерства вооружений, во главе которого 25 мая 1915 г. стал однопартиец премьера Дэвид Ллойд Джордж.
Дальнейшая газетная кампания, одним из главных инициаторов которой был тот же Нортклифф, направленная против «нерешительного» и «медлительного» Асквита, привела к падению последнего, пост которого 6 декабря 1916 г. перешел к Ллойд Джорджу.
В благодарность за помощь новый премьер-министр предложил Нортлиффу место в своем кабинете, однако тот отказался, приняв пост председателя Британской военной миссии в США (цель которой было добиться вступления Америки в войну с Германией), а в 1918-м – директора Департамента пропаганды в странах противника.



Дэвид Ллойд Джордж. 1915 г.

Одним из ближайших сотрудников лорда Нортклиффа был Генри Уикхэм Стид (1871–1956) – влиятельнейший английский журналист, писавший на темы международной политики.
Корреспондент «Таймса» в Берлине (1896-1897), Риме (1897-1902) и Вене (1902-1913), вернувшись в 1914 г. в Лондон, он занял в газете пост редактора отдела внешней политики. Знакомство с обстановкой за границей, в особенности в Вене, наложила неизгладимый отпечаток на его деятельность на этом посту. Особенно это проявилось в дни предвоенного кризиса.
В редакционной статье в «Таймсе» от 31 июля 1914 г. Стид охарактеризовал усилия по предотвращению надвигающейся войны «грязной германо-еврейской международной финансовой попыткой запугать нас, вынудив принять нейтралитет».
Написанные Стидом передовицы, вышедшие 29 и 31 июля, убеждали читателей в том, что Англия непременно должна вступить в грядущую войну. Это вполне соответствовало настроениям владельца газеты.
В течение Великой войны взгляды Стида, считавшегося ведущим экспертом по Восточной Европе, оказывали большое влияние на тех высокопоставленных чиновников и членов Кабинета, кто принимал политические решения.
Сошедшийся в это время с представителями антигабсбургской эмиграции: Эдвардом Бенешем, Томашем Масариком, Анте Трумбичем, Романом Дмовским и некоторыми другими, – Стид убеждал британских политиков сделать одной из целей войны ликвидацию Австро-Венгерской Империи. Причем, он был страстным защитником послевоенного объединения всех южнославянских народов (сербов, хорватов и словенцев) в единое государство под названием Югославия.
Взгляды редактора отдела импонировали лорду Нортклиффу, поэтому, когда в феврале 1919 г. редактор «Таймса» Джеффри Доусон покинул свой пост, он и предложил занять его Стиду, превратившемуся за годы войны в его личного политического советника. (Должность эту он сохранял вплоть до 1 декабря 1922 г.)



Лорд Нортклифф (справа) со Стидом на борту «Аквитании» по пути в США. Из книги «The History of The Times». N.Y. 1952.

О совпадении их взглядов свидетельствуют также некоторые факты из биографии самого владельца газеты.
Антинемецкие его настроения были широко известны. Лондонская вечерняя газета «The Star» как-то даже писала, что «из всех живущих людей, после Кайзера, лорд Нортклифф сделал больше других для развязывания войны».
Его роль в антинемецкой пропаганде была оценена и противником. 25 февраля 1917 г. специально посланный германский военный корабль обстрелял его дом на побережье в поместье Элмвуд в Бродстерсе в Восточном Кенте. Дом этот, в 130 километрах к востоку от Лондона, сохранился и до сих пор, нося на себе следы попаданий в него корабельных снарядов, сохраненных в память об убитом при обстреле садовнике.
Учитывая все эти факты, Роберт Вильтон был, несомненно, человеком команды. Не раз упоминавшиеся его антинемецкие настроения (и в статьях, и в книгах, и в высказываниях) – это не только личное, но еще и присущее «Таймсу» того времени.
Отголосок этого общего настроения (и интересов) весьма явственен в сохранившемся в архиве генерала М.К. Дитерихса письме к нему Роберта Вильтона, написанного уже после их расставания, по всей вероятности из Парижа:




«Мой дорогой генерал, я хотел телеграфировать в Лондон с целью получить должную помощь кот[орая] дозволила бы г-ну Соколову продолжать его следствие. К сожалению, в его записях до сих пор мы не могли найти того, что нас особенно интересует, а именно данных о посредничестве немцев. Чтобы заинтересовать общество в Лондоне – было бы очень полезно получить от Соколова что-либо явно удостоверяющее действия таковых – я хотел бы иметь возможность демонстрировать вмешательство немцев в события. Как вы думаете – сможет ли г-н Соколов дать нам что-либо в этом роде?
Искренне Ваш Роберт Вильтон».




Прибавьте к этим антигерманским настроениям категорическое неприятие редактором «Таймса» Стидом большевицкого режима в России и сочувствие Белому движению.
В редакционной статье в другой принадлежавшей Нортклиффу газете «The Daily Mail» от 29 марта 1919 г. Стид позволил себе даже выдвинуть обвинение против благоволившего его патрону премьер-министра Ллойд Джорджа в предательстве «белых русских» в рамках заговора «международных еврейских финансистов» и немцев, желавших, чтобы большевики во что бы то ни стало удержались у власти.



Редактор «Таймса» Генри Уикхэм Стид.

Но в чем же тогда – при таком единомыслии по основным вопросам – была причина той первой, еще до выхода в сентябре 1920 г. «Последних дней Романовых», размолвки Роберта Вильтона с его газетой?
С тем, что будет потом, после того как книга появится в продаже, более или менее понятно, но что послужило причиной этого первого разлома понять, за скудостью данных, сложно. Попытаемся высказать, однако, некоторые соображения в связи с этим.
Кое-какую информацию на этот счет можно почерпнуть из книги английского журналиста Филипа Найтли – источника, как мы не раз убеждались, весьма пристрастного, однако все-таки содержащего какие-то крупицы истинного положения дел.
«Роберту Вильтону […], – пишет Найтли, – удалось заполучить официальный белогвардейский доклад о гибели Царя и Его Семьи, однако он не разрешил газете “Таймс” опубликовать его “пока не произойдут определённые возможные события”. [Сторонники теории “Царь жив” истолковывали эти слова так, что Вильтон был вовлечён в якобы имевшийся заговор с целью вызволить Царскую Семью из России.] Но еще до того, как “Таймс” смогла опубликовать этот доклад, отрывки из него были напечатаны в Америке. Нортклифф пришёл в ярость, что его обошли, и Вильтона уволили “выбросив на улицу практически без гроша… после того, как я отдал лучшие годы своей жизни служению этой газете”. (Архив Таймса.)» (Phillip Knightley «The First Casualy» N.Y. 1975. Р. 169. Перевод с английского Николя Д.).
Никаким, конечно, сторонником версии «чудесного спасения Царя» Роберт Вильтон не был. Наоборот, его книга поставила крест на всех подобного рода измышлениях. Ложно истолкованные «определённые возможные события» – это наверняка официальное выдвижение обвинений или даже суд, ради которых трудился и столько претерпел следователь Н.А. Соколов.
А вот полной копией дела, включая все протоколы, оформленные на территории России, и фотографии, как один из выбранных хранителей, Вильтон действительно обладал.
Книга, говорилось в издательском предисловии к лондонскому изданию, была написана автором «на основе информации из первых уст и данных, содержащихся в досье на русском языке, полная копия которого находилась в его распоряжении».
Нью-йоркский издатель уточнял: «Г-н Вильтон, скрывшийся из Сибири после падения правительства Колчака, захватил с собой одну из трех копий дела официального расследования. Он основывал свой рассказ на этом оригинальном источнике, к которому он добавил некоторые факты, собранные им лично».
Документами переданной ему на хранение резервной копии Роберт Вильтон при написания книги мог пользоваться, но не имел права что-либо из дела, без согласования со следователем Н.А. Соколовым, публиковать и даже помещать более или менее обширные цитаты.
О том, что такое слово было им дано, свидетельствует «Авторский постскриптум» к лондонскому изданию: «Во вступительной главе я упомянул о наличии некоторых причин, не позволявших мне опубликовать текст досье, которое было передано мне на хранение».
Свидетельство о существовавшей договоренности содержат два извода книги Вильтона:
«…Я взял одну из копий дела, отдавая себе отчет в том, что при определенных обстоятельствах, я могу по своему усмотрению использовать ее целиком или частично» (London. 1920. P. 17).
«С согласия и одобрения этих троих русских людей [генералов М.К. Дитерихса и Н.А. Лохвицкого, а также следователя Н.А. Соколова] […] автор взял на хранение эти важные акты с правом воспользоваться ими полностью или частью, когда обстоятельство и время этого потребуют в интересах самого дела» (Paris. 2005. С. 40).
Именно эти обстоятельства, соответствующим образом преподнесенные лорду Нортклиффу, скорее всего, и явились причиной конфликта, усиленного, вероятно, еще и весьма дозированной информацией о находившемся у него на хранении деле со стороны Вильтона, который, в силу вполне понятных обстоятельств, мог еще и отказать своему боссу в свободном доступе к имевшимся у него документам.
Вот почему для дальнейшего разъяснения этого дела нам необходимо понять, кто мог предоставить такого рода данные владельцу «Таймса».



Продолжение следует.

Profile

sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner