?

Log in

No account? Create an account

May 15th, 2019

«ПЕТЛЯ СТОЛЫПИНА» (8)


Памятник П.А. Столыпину в Москве. Установлен 27 декабря 2012 г. у Дома Правительства РФ.


ДЕНЬГИ И ВЛАСТЬ



Таким же мифом был и т.н. «черный террор», целью раздувания которого была попытка противопоставить его – в умах людей недалеких – реальному красному террору.
В этом смысле весьма характерен вот этот фрагмент допроса Н.Е. Маркова в ЧСК 24 июля 1917 г.:
«Председатель: Как относился Союз Русского Народа к террору?
Марков: Достаточно отрицательно.
Председатель: Но ведь был период, когда в составе Союза Русского Народа образовался особый боевой отдел?
Марков: Нет, такого времени никогда не было.
Председатель: Это время совпало с временем революционного движения 1905 года.
Марков: О существовании боевых организаций я слышу в первый раз. Правда, я читал в газетах противного нам лагеря обвинение со стороны левых партий, но это не верно.
Председатель: Так что вы это отрицаете?
Марков: Никогда не имел к этому доказательств.
Председатель: А убийства отдельных деятелей левых течений, противных Союзу Русского Народа, вы не считаете, что они были организованы?
Марков: Для меня это до сих пор загадка. Может быть, это и было организовано, но кем?
Председатель: Боевой организацией.
Марков: Убийства лиц левого лагеря редки и немногочисленны.
Председатель: Три ярких случая – Иоллос, Герценштейн и Караваев.
Марков: Три случая за 10 лет. Я думаю, что самая их малочисленность и сравнительная незначительность лиц убитых свидетельствует, что не было сколько-нибудь серьезной организации. […] Я всегда считал возмутительной клеветой, что Союз Русского Народа организовывал убийства и притом таких, сравнительно невинных людей, как Иоллос, Герценштейн и Караваев. Я, прежде всего, не видел никакой логики в этом: я могу понять, что можно убить человека, но надо иметь для этого логические основания» («Падение Царского режима». Т. VI. С. 177-178).
Между тем об убитых революционерами-террористами государственных чиновниках, служащих и рабочих Союз Михаила Архангела выпустил 14-томную «Книгу Русской Скорби», в редколлегию которой входил известный русский художник В.М. Васнецов. К сожалению, этот огромный труд так и не был завершен. После прихода к власти большевики активно уничтожали эту книгу, заключив немногие уцелевшие от идеологического террора экземпляры в спецхран.



Нагрудный знак Русского народного Союза имени Михаила Архангела, действовавшего в 1907-1917 гг.

Погибших за свою верность Государю русских людей были многие тысячи. Только с февраля 1905 г. по ноябрь следующего 1906-го, менее, чем за два года, революционеры и банды «еврейской самообороны» убили и тяжело ранили 32 706 простых подданных Русского Царя. Это не считая представителей органов правопорядка, Армии, чиновников, дворян и сановников («Воинство Святого Георгия». С. 27).
Со времен дореволюционных либералов, различного рода филосемитов и советских историков общим местом стала мифическая смычка Царской полиции с черносотенцами. Несомненно, ряд представителей Министерства внутренних дел и Департамента полиции пытались использовать «союзников» в нужных им целях, так же как, впрочем, и революционеров всех мастей, либералов, сионистов и даже масонов. Что же касается идейной смычки с родственными им будто черносотенцами, то вот как обстояло дело на самом деле, согласно опять-таки непреложным фактам, а не умозаключениям.
Среди документов Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства сохранился любопытный документ – датированный декабрем 1913 г. отчет члена Совета министра внутренних дел тайного советника Н.Ч. Зайончковского.
«Крестьянин Виленской губернии, Иван Заневич, римско-католического вероисповедания, неграмотный, – читаем в документе, – живет в Смоленске с 1903 г., имеет лавку на базарной площади и торгует готовым платьем и обувью. Состоит членом Союза Русского Народа со дня открытия в Смоленске его отдела. […] Будучи в Петербурге, купил брошюру Замысловского “Жертвы Израиля. Саратовское дело”. [Речь идет о книге члена Государственной думы Г.Г. Замысловского, написанной “по актам подлинного производства” , изданной официально, т.е. прошедшей цензуру. – С.Ф.]
Заневич и его жена, умеющая читать, интересуются “правыми газетами”. Большею частью самому Заневичу их читал и дома, и в лавке “союзник Тютькин”. Чтение в лавке слушали иногда случайные посетители из покупателей; постоянных слушателей не было. Старые номера газет Заневич давал иногда знакомым и соседям по их просьбе. Это не нравилось евреям, они жаловались губернатору Суковкину на то, что у Заневича читают “хулиганские” газеты, от чего может произойти погром.
Когда губернатор не обратил на эту жалобу внимания, то евреи дали Тютькину 100 рублей, чтобы он газеты Заневичу не читал, в чем и взяли с Тютькина подписку. Дело Ющинского, однако, так заинтересовало Тютькина, что он вновь начал читать. Однажды по поводу прочитанного у Заневича произошел разговор с евреем Петрикиным, причем первый спросил у второго, правда ли, что евреи употребляют христианскую кровь. На это Петрикин ответил: “Ты читаешь хулиганскую газету. Мы потратим 200-300 рублей, но заставим тебя этой газеты больше не читать”.
И вот недели через две после этого, 26 октября утром, в квартиру Заневича является помощник начальника сыскного отделения с городовым и понятыми и требует выдачи “погромной” литературы без обыска. После ответа Заневича, что у него такой литературы нет, был произведен обыск сперва в квартире, потом в лавке. Кроме номеров вышеуказанной газеты и брошюры Замысловского, было найдено несколько номеров “Русского слова” и “Смоленского вестника”, больше ничего.
Через день Заневич был вызван к полицмейстеру, куда и пошел в сопровождении “союзника” Исаюка. Полицмейстер фон Вернер начал на них кричать, называл хулиганами, говорил, то они читают хулиганские газеты, грозил высылкой и тюрьмой за то, что они будто бы подговаривают бунт. Всю эту нотацию фон Вернер закрепил площадной бранью. В этом обыске у простого мирного человека, в угрозах ему и брани я не могу не усмотреть полицейского произвола, весьма выгодного для евреев и еврейско-русских организаций» («Власть и крайне правые партии». С. 103-104).



Георгий Георгиевич Замысловский (1872–1920) – юрист, член Государственной думы III и IV созывов, член Русского Собрания и Союза Русского народа, участник процесса Бейлиса.

Как мы уже писали, вскоре после того, как революционная волна, получив народный отпор, схлынула, положение черносотенных организаций претерпело серьезные изменения. Это изменение проистекало, прежде всего, из того, что Союз Русского Народа не был правительственной партией, а представлял собой по существу «правую оппозицию колеблющемуся Правительству» («Воинство Святого Георгия». С. 35).
«Как только наступило “успокоение” (то есть разрушительная работа иудо-масонства ушла в Государственную думу и в подполье), – писал Н.Е. Марков, – Союз Русского Народа стали определенно теснить, принижать и вести его к разложению. Даже крупные государственные люди, как П.А. Столыпин, думали, что “мавр сделал свое дело – мавру время уйти”. Либеральная же министерская мелочь, вроде Коковцова, Философова, Тимирязева, князя Васильчикова, барона Нольде и им подобных, злобно шипела на Союз Русского Народа и в своих ведомствах учиняла на членов Союза формальное гонение. Этим достигалась двоякая цель: устранялись из ведомства непрошеные наблюдатели и обличители противогосударственной подпольной работы и одновременно заслуживалось одобрение и благоволение высших сфер иудо-масонства и еврейских банков» (Н.Е. Марков «Войны темных сил». С. 147-148).



Черная Сотня в Киеве.

«…Союз возник, – отмечал еще в июле 1908 г. на закрытом заседании Отдела СРН в Ростове-на-Дону А.И. Дубровин, – в тот момент, когда в стране царила полная анархия, власти растерялись и спрятались, и Россия должна была погибнуть, но явился Союз, подавил революцию и спас родину, – только он один и никто более; тогда вновь явились и правители, забрали власть в свои руки и теперь, чувствуя под ногами довольно твердую почву, начинают говорить нам: “Уходите, Союз более нам не нужен, мы и сами управимся”; но это неправда: Союз нужен России более чем когда-либо; то, что сделано Союзом, было только началом работы; напрасно Правительство думает, что революция подавлена окончательно, ему предстоит горькое разочарование: революция ушла только с улицы и спряталась в дворцах и палатах; теперь революционеров менее по числу, но борьба с ними несравненно труднее, потому что эти революционеры – культурные люди, обладающие властью и громадными денежными средствами…» («Союз Русского Народа». С. 401).
«…Погромы 1905 и 1906 годов, – писал осенью 1912 г. один из руководителей Союза Михаила Архангела Н.Д. Облеухов, – были ничем иным, как победоносным отпором верного Монархии народа революционерам, объявившим в разных местах чуть не сотню республик. Но едва подавили бунт, как эти добровольные защитники существующего строя были выданы с головой кишащим кадетами судам и жидам-адвокатам. Патриотизм очутился на скамье подсудимых. Вчерашние бунтовщики и сочувствователи бунтовщиков судили патриотов за патриотизм. Целые сотни и тысячи русских людей томились в тюрьмах и все почти без исключения понесли суровые кары за разгром “республик”. Если многие из этих осужденных освобождены от наказания, то произошло это по личной воле Его Императорского Величества, а Правительство здесь ровно ни при чем» (П. Ухтубужский [Н.Д. Облеухов] «Наши идеалы и русская современность» // «Прямой Путь». СПб. 1912. Вып. I (Октябрь). С. 20).



Серебряный нагрудный знак Союза Русского Народа.

В словах этих немало горькой правды, но не забудем: за этими «обидами» стояли также и дела, подобные безобразному бунту Гермогена-Илиодора.
https://sergey-v-fomin.livejournal.com/111180.html
https://sergey-v-fomin.livejournal.com/111495.html
https://sergey-v-fomin.livejournal.com/111751.html
https://sergey-v-fomin.livejournal.com/112634.html

(Дата публикации цитируемой статьи вполне соответствует этому. Вполне конкретный скандал, безусловно, инициировал претензии черносотенцев.)
Взаимоотношения П.А. Столыпина и черносотенного движения исследовал в последние годы доктор исторических наук Ю.И. Кирьянов. Выводы, к которым пришел этот профессиональный историк из Института российской истории РАН, выгодно отличаются от взглядов нынешних апологетов Союза Русского Народа, так и не смогших выйти из-под внешнего обаяния Петра Аркадьевича. Характерно название главы монографии Ю.И. Кирьянова, раскрывающей суть и последствия конфликта премьера с «союзниками»: «Причины кризиса и краха».
Приведем несколько выдержек из работ Юрия Ильича:
«…Премьер отстаивал “конституционализм” (даже “с русской бородой” и “с русскими рукавицами”, как писал В.В. Розанов), а правые не хотели никакого, даже “истинно-русского” конституционализма, обвиняя Столыпина в том, что “он стремится ограничить Самодержавие Царя и даже больше, – этот ‘сильный человек’ грозит своим авторитетом вытеснить Царя”» (Ю.И. Кирьянов «Правые партии в России 1911-1917». С. 56).
«“Разрушительными силами” для устоев Самодержавной власти правые считали Государственную думу, Прогрессивный блок, левую печать, “общественные” организации – Земский и Городской союзы, а также Центральный военно-промышленный комитет. Они резко выступали против “вмешательства” общественных организаций в политические дела, обсуждение ими злободневных вопросов и принятие резолюций, которые будоражили общественное мнение (этим, по их мнению, должны были заниматься исключительно политические партии).
В Военно-промышленных комитетах они видели источник не только разбазаривания казенных денег, но и подстрекательства рабочих к опасным “общественным акциям” – демонстрациям перед Государственной думой с целью замены Правительства и т.п. В глазах правых действия этих организаций и их руководителей могли привести к народной смуте или к давлению на Царя с целью Его “добровольного” отказа от Верховной власти.
Поэтому в отношении этих учреждений и организаций, а также левой печати, по мнению правых, должны были применяться самые жесткие меры пресечения их антигосударственной деятельности (вплоть до отсрочки или даже запрета деятельности Государственной думы, реорганизации или закрытия Городского и Земского союзов и т.п.)» («Правые в 1915 – феврале 1917. По перлюстрированным Департаментом полиции письмам». Публ. Ю.И. Кирьянова // «Минувшее. Исторический альманах». Т. 14. М.-СПб. 1993. С. 153).
«Еще одной причиной охлаждения отношения “верхов” к правым стало, как можно полагать, определенное давление со стороны общественного мнения, российских и международных банков, влиятельные представители которых могли указывать на несовместимость выдачи кредитов Правительству, терпящему антисемитские выступления правых» (Ю.И. Кирьянов «Правые партии в России 1911-1917». С. 390).
«…После [первой] революции П.А. Столыпин и его ближайшее окружение постарались если не избавиться, то, во всяком случае, “трансформировать” СРН, устранить его с политической авансцены, отделив Царя от “союзников”. И этот план во многом удалось реализовать» (Там же. С. 389).
По существу, начиная с 1908 г., «правительственная власть только терпит» черносотенные организации (Ю.И. Кирьянов «Предисловие» // «Правые партии. Документы и материалы». Т. I. 1905-1910. М. 1998. С. 20).



П.А. Столыпин у Мариинского Дворца в Киеве перед представлением Императору Николаю II 35 монархических организаций Российской Империи. 30 августа 1911 г.

«Благоволение Николая II к правомонархическим союзам, телеграммы местных организаций непосредственно на имя Царя (о необходимости роспуска и с одобрением роспуска I и II Государственных дум и т.п.), их вмешательство в дела администрации – все это мешало Столыпину. Премьер и его министры не только не желали видеть около себя “второе правительство” (в лице руководителей правомонархических партий), оказывавшее определенное влияние на Царя и тем самым мешавшее им, но и попытались путем некоторых манипуляций отвести от себя вину за всё то, что вызывало в общественном мнении недовольство и раздражение» («Власть и крайне правые партии». С. 86).
«В литературе, в частности мемуарной, неоднократно отмечалось, что, начиная со второй половины 1907 г., отношение Николая II к СРН и его председателю А.И. Дубровину стало меняться: если раньше Он явно благоволил к ним, то с этого времени Его отношение к “союзникам” стало сугубо официальным» (Ю.И. Кирьянов «Правые партии в России 1911-1917». С. 389).
«С помощью начальника Петербургского охранного отделения А.В. Герасимова Столыпину удалось представить отделы СРН, направлявшие Царю телеграммы и письма, как крайне незначительные объединения, возможности которых были сильно преувеличены. [Эта акция подробно описана в мемуарах генерала (А.В. Герасимов «На лезвии с террористами». М. 1991. С. 156-159). – С.Ф.] Более того, Правительство с помощью Департамента полиции МВД смогло фактически в конце 1907 г. расколоть, разъединить и ослабить правых в СРН» («Власть и крайне правые партии». С. 86).
«Как вспоминал один из “союзников” Б.А. Пеликан, Столыпин, используя повышенное честолюбие товарища председателя СРН Пуришкевича, способствовал его ссоре с Дубровиным и созданию новой организации Союза Михаила Архангела. Затем, весной-летом 1908 г. тот же Столыпин содействовал образованию – в противовес СРН – Всероссийского Национального Союза. Оба этих шага, безспорно, дезорганизовали ряды правых. Но этим дело не кончилось. 9 декабря 1909 г. последовало очередное циркулярное письмо министра внутренних дел Столыпина, адресованное губернаторам, в котором указывалось, что “руководительство всякой политической организацией не только воспрещено начальствующим должностным лицам, в том числе и земским начальникам, но не может быть допущено”, поскольку отвлекает их от исполнения прямых служебных обязанностей. Это распоряжение внесло явное замешательство в среду чиновничества, которое стало опасаться вступления даже в правые организации. Не случайно известный правый деятель, бывший председатель Одесского отдела СРН граф А.И. Коновницын заметил в письме от 4 января 1912 г, что в Министерстве внутренних дел боятся объединенной монархической силы» (Ю.И. Кирьянов «Правые партии в России 1911-1917». С. 393).



Борис Александрович Пеликан (1861–1931) – русский монархист, политический и общественный деятель, в 1913-1917 гг. безсменный одесский городской голова.

Что касается «незначительности» Союза Русского Народа, то, как в этом мы уже убедились из справки о численности его членов, со стороны премьера это был обдуманный (и поскольку речь шла об информировании Царя, то преступный) подлог П.А. Столыпина. Такой же характер, скорее всего, носила и «справка» генерала А.В. Герасимова.
Помогавший П.А. Столыпину интриговать против СРН начальник Петербургского Охранного отделения генерал А.В. Герасимов, напомним, также содействовал своему начальнику в его борьбе с Царским Другом.
Этот генерал в годы премьерства П.А. Столыпина был весьма весомой фигурой. «Столыпин совершенно игнорировал нас, – утверждал экс-директор Департамента полиции Е.К. Климович. – […] Петроградский Департамент полиции, для своей собственной информации, был лишен возможности получать сведения от Охранного отделения, ибо Герасимов ничего не сообщал. […] Герасимов представлял такую мощную фигуру в то время, что [начальник Дворцовой охраны] Спиридович с ним считался» («Падение Царского режима». Т. I. М.-Л. 1924. С. 109).
В том же направлении действовал и начальник канцелярии Министерства Двора генерал А.А. Мосолов. Будучи по должности начальником придворной цензуры, этот генерал-масон всячески препятствовал появлению в черносотенной печати одобрительных высказываний Государя о Союзе Русского Народа. При этом, по его собственному признанию, он полностью игнорировал мнение Императрицы Александры Феодоровны (А.А. Мосолов «При Дворе последнего Императора». СПб. 1992. С. 45-46, 51).
По поводу запрета государственным служащим состоять в черносотенных организациях Союз Русского Народа высказался публично, причем в довольно резкой форме: «…Союз основною своею целью полагает уничтожение в стране всякой политической партийности, влекущей за собою взаимную вражду и ненависть, путем объединения всех честных русских людей, верных долгу и присяге, во имя Веры, Царя и Отечества, о чем заявлялось неоднократно и устно и в печати. […] Лица, состоящие на государственной службе, очевидно, не могут не быть верноподданными русскими гражданами. Значит, они обязаны или безусловно признавать основные положения Союза и, по долгу службы, всеми мерами ему содействовать, или же, в случае несогласия, оставить совершенно службу тому государству, законов которого они не желают признавать. […] Стало быть, никакая разумная и уважающая себя власть не может ни в каком случае запретить кому бы то ни было из русских подданных, а тем более состоящим на государственной службе, открыто вступать в Союз Русского Народа» («Союз Русского Народа». С. 93).



Государь беседует с крестьянами у Мариинского Дворца в Киеве. Позади Него – П.А. Столыпин. 30 августа. 1911 г.

Позицию бюрократии по отношении к черносотенцам разъяснил Ю.С. Карцову, уже будучи в эмиграции, хорошо информированный генерал П.Г. Курлов.
«Кто же, как не Столыпин, – настаивал дипломат, – правой партии помешал быть единой и сильной, вождей ее соблазнил и обезславил, монархистов перессорил и обратил в посмешище левых?»
«В России уже так заведено, – объяснял генерал, – всякое проявление общественности, – съезд какой-нибудь, собрание дворянское или земское – неизбежно кончает тем, что оборачивается против Правительства и вступает с ним в борьбу. Правительство по этой причине не могло допустить объединения правой партии» (Ю.С. Карцов «Хроника распада. П.А. Столыпин и его система». С. 116).



Продолжение следует.

Profile

sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner