?

Log in

No account? Create an account

March 31st, 2019


Илья Репин. Портрет С.Ю. Витте. 1901-1903 гг. Третьяковская галерея. Фрагмент.


ДЕНЬГИ И ВЛАСТЬ


«Кто может сравниться с Матильдой моей»


«Своим» в международном финансовом мiре сделало Сергея Юльевича происхождение и родственные связи его самого, а также второй его жены, имевшей на него огромное влияние.
Исследователи уже давно обратили внимание, что в своих воспоминаниях Витте стремится предстать таким, «каким, он хотел бы, чтобы его видели потомки». Рассказывая о своей родословной, он «всего в нескольких строках говорит об отце и ничего не пишет о его родственниках. […] Умолчав о предках со стороны отца, Витте многие страницы воспоминаний посвятил семье Фадеевых […] “Вся моя семья, – подчеркивал Витте, – была в высокой степени монархической семьей, и эта сторона характера осталась и у меня по наследству”. […] С.Ю. Витте-мемуарист хотел убедить потомков, что он и по отцовской линии происходил не из малоизвестных обрусевших немцев, а родился в семье дворянина, к моменту его рождения принявшего православие и с годами под влиянием семьи Фадеевых сделавшегося “и по духу… вполне православным”. Витте позаботился, чтобы эти сведения о его родословной попали в солидные справочные издания» (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 8-9).



Генерал-майор Ростислав Андреевич Фадеев (1824–1883) – известный русский военный историк и публицист, противник реформ Д.А. Милютина, панславист. Добровольцем принимал участие в Русско-Турецкой войне 1877-1876 гг. Дядя С.Ю. Витте и Е.П. Блаватской.

Были у графа и скрытые корни.
В числе ближайших родственников С.Ю. Витте были Н.М. Карамзин, обер-прокурор Св. Синода А.Д. Самарин, оккультистка Е.П. Блаватская, супруга генерала от кавалерии А.А. Брусилова Н.В. Желиховская, религиозные философы князья С.Н. и Е.Н. Трубецкие, писатель «красный граф» А.Н. Толстой, начальник Департамента полиции А.А. Лопухин (провокаторски раскрывший революционерам полицейскую агентуру), убийца Г.Е. Распутина князь Ф.Ф. Юсупов, советский наркоминдел Г.В. Чичерин (С.Ю. Дудаков «Петр Шафиров». Иерусалим. 1989. С. 66-98; Ю.А. Нелидов «О потомстве барона Петра Павловича Шафирова» // «Русский евгенический журнал». 1925. Т. 3. № 1. С. 61-65; С.В. Любимов «Предки графа С. Ю. Витте» // Там же. 1928. № 4. С. 203-213).
Родство всех перечисленных лиц восходит к одному из сотрудников Императора Петра Великого, вице-канцлеру и дипломату барону П.П. Шафирову (1669–1739), еврею по происхождению, и его многочисленному потомству (двое сыновей и пятеро дочерей) от брака со своей соплеменницей Анной Самуиловной. Через них барон щедро оплодотворил немало русских дворянских родов, в том числе и Рюриковичей – князей Гагариных, Голицыных, Долгоруковых, Хованских, Вяземских, Трубецких.
Современные еврейские исследователи вполне обоснованно не считают такое родство «пустяком»: «Как бы ни сложились их судьбы, в конце концов, они вспоминают, к какому народу принадлежат, и это чувство определяет линию их поведения в решающий момент» (С.Ю. Дудаков «Петр Шафиров». С. 107).
Отсюда все метания Витте. Вот он пишет о занимавшем пост начальника движения Одесской железной дороги Ф.М. Штерне: «Хотя он был человеком довольно знающим, человеком вполне достойным и, в сущности, очень хороший […], но он имел один недостаток, свойственный его расе; скажу, быть может, резкое слово – известное нахальство. Конечно, было очень странно, что начальником движения на казенной железной дороге был совершенный еврей, еврей, который нисколько не скрывал своей национальности, да, наконец, и в Одессе все это отлично знали» («Из архива С.Ю. Витте. Воспоминания». Т. 1. Кн. 1. С. 87).
В то же время, несмотря на его «редкие антиеврейские высказывания», С.Ю. Витте вполне обоснованно считают «сторонником еврейского равноправия» пытавшимся «реализовать идеи о расширении прав евреев» (А. Миндлин «Государственные, политические и общественные деятели Российской Империи в судьбах евреев». 1762-1917. Справочник персоналий. СПб. 2007. С. 78, 80).



Екатерина Никитична Вакулова, няня и кормилица графа С.Ю Витте, прослужившая в его доме 65 лет. Скончалась 22 января 1914 г. на 87-м году жизни. Погребена в фамильном склепе Витте в Одессе.

Первой женой С.Ю. Витте 29 июня 1879 г. была Надежда Андреевна Спиридонова, урожденная Иваненко, дочь штабс-ротмистра, в октябре 1890 г. скончавшаяся от разрыва сердца. Витте был в то время заведующим отделением эксплуатации правления Юго-Западных железных дорог в Петербурге. Практически все страницы, так или иначе связанные с ней, Витте вырезал впоследствии из оригинала рукописи своих воспоминаний (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 13).
В феврале 1892 г. Сергей Юльевич был назначен управляющим Министерства путей сообщения. Тогда и завязался его новый роман.



С.Ю. Витте.

«Приблизительно через год после смерти моей жены, – вспоминал он, – я как-то случайно в театре заметил в ложе одну даму, которая произвела на меня большое впечатление, но в тот раз я не поинтересовался узнать, кто была эта дама. Затем летом я встречал эту даму на островах…» («Из архива С.Ю. Витте. Воспоминания». Т. 1. Кн. 1. С. 233).
Дело, однако, было не столь просто и «случайно», в чем мы убедимся далее.
Как выяснилось, звали ее Матильдой Ивановной. Женщине не было еще и тридцати, но она была замужем за Дмитрием Сергеевичем Лисаневичем, племянником жены генерал-адъютанта О.Б. Рихтера (1830–1908), воспитателя Императора Александра III, Командующего Императорской Главной квартирой, управляющего Канцелярией прошений, на Высочайшее имя приносимых.
Сергей Юльевич принялся уговаривать Матильду разойтись с мужем и выйти замуж за него, Витте. Но, по словам многознающего газетчика С.М. Проппера, «Матильда Ивановна сказала Сергею Юльевичу, что путь в ее альков ведет через алтарь. Прошло немного времени, и Витте капитулировал» (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 407).



Станислав Максимилианович Проппер (1853/1855–1931) – биржевой маклер, разбогатевший на финансовых спекуляциях. В Россию приехал из Австрии. Владелец газеты «Биржевые Ведомости». Основал журнал «Огонёк», издававшийся с 1899 г. в качестве приложения к газете. После революции выехал в Германию, где написал и издал на немецком языке мемуары «То, что не попало в печать», частично печатавшиеся в русской эмигрантской периодике. Скончался в Гамбурге.

Был, правда, у приглянувшейся министру женщины изъян, и не один. Прежде всего, если даже и удалось бы добиться развода, женитьба на разведенной женщине в то время в России, мягко говоря, не содействовала карьере. (Тут обращает на себя внимание тот факт, что обе жены Сергея Юльевича были разведенными, от обеих он не имел детей, у той и другой были дочери, прижитые в первом браке, которым Витте впоследствии дал свою фамилию. Эти обстоятельства свидетельствует, прежде всего, о самом Сергее Юльевиче.)
Однако главным препятствием в браке (о чем сам Витте в своих воспоминаниях ни разу не упоминает) было происхождение Матильды: девичья фамилия ее была Нурок, и была она дочерью еврейского купца.



Матильда Ивановна Витте.

«Во второй половине 1870-х и в начале 80-х годов, – сообщал все тот же информированный С.М. Проппер, – большой любовью в кругах петербургской молодой интеллигенции пользовался трактир Нурока на углу Вознесенского и Екатерининского проспектов. Учащуюся молодежь притягивала не только относительная дешевизна, хорошее приготовление и разнообразие блюд, но, главным образом, прелестные дочери хозяина, которые попеременно сидели в кассе и охотно болтали с юными посетителями.
Все три сестры сделали замечательную карьеру. Одна из них вышла замуж за Быховца, который только что закончил курс в Институте путей сообщения и руководил впоследствии строительством Сибирской железной дороги; другая – за сына богатого золотопромышленника Хотимского; третья была в первом браке замужем за мелким чиновником Лисаневичем, от которого имела дочь.
Вот эта-то последняя госпожа Лисаневич вскоре привлекла внимание петербургского beau monde своей красотой, умом и особым талантом вести беседу. Петербургский свет усердно искал ее общества. Через десять-пятнадцать лет признанного владычества в мiре веселящегося Петербурга Матильда Ивановна начала чувствовать, что настало время упрочить свое положение, пока молодость еще не совсем прошла и ее личное обаяние еще не поблекло.



Матильда Ивановна в гостиной.

В этот критический для нее период в петербургском чиновном мiре всплыла новая, в высшей степени интересная фигура в лице одного еще молодого вдовца, провинциала по происхождению и прошлому, который сделал необычайно быструю карьеру и явно шел навстречу еще большей.
Итак, это был человек, которого стоило бы покорить. Ее добрый друг, директор Горного департамента статский советник [К.А.] Скальковский, которого боялись все его знакомые за злой язык и едкие шутки, взял на себя посредничество. В один из субботних вечеров, когда светские дамы Петербурга почитали долгом выставлять на обозрение свои туалеты в ложах бельэтажа французского Михайловского театра, Скальковский в антракте представил госпоже Лисаневич тогда сорокадвухлетнего Витте. Он увидел ее и покорился навсегда. Это впечатление определило всю его последующую жизнь» (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 406-407).
После согласия Матильды, вероятно, пришлось утрясти дело с родственником ее мужа влиятельным придворным генералом О.Б. Рихтером. Дело сладилось. «…Отношения мои с Рихтером, – вспоминал Витте, – остались до самой его смерти превосходные; они не были никогда особенно близкими, но были всегда корректными, нормальными и правильными. Что же касается до мадам Рихтер, то с того времени я перестал с нею кланяться…» («Из архива С.Ю. Витте. Воспоминания». Т. 1. Кн. 1. С. 235).
Однако супруг Д.С. Лисаневич не хотел уступать жену просто так, за здорово живешь. Напрасно С.Ю. Витте прибегал к услугам близкого ему еще со времен «Священной Дружины» министра внутренних дел Д.С. Сипягина, угрожая упершемуся законному мужу высылкой (Л.Т. Сенчакова «“Священная Дружина” и ее состав». С. 66; «Из архива С.Ю. Витте. Воспоминания». Т. 1. Кн. 2. С. 991).
Но это не помогло. Пришлось Сергею Юльевичу будущую свою жену выкупать, по одним сведениям, за 20 тысяч, по другим за 30 тысяч рублей с предоставлением казенного места с содержанием не менее трех тысяч рублей в год.
За помощью С.Ю. Витте обратился к издававшему известную газету деловых кругов «Биржевые ведомости» С.М. Пропперу, сыну еврейского банкира. «Мне нужны деньги для женитьбы», – заявил он ему. «Он назвал сумму в 30 000 рублей, – вспоминал Пропер, – которую потребовал теперешний муж его жены в качестве отступного за согласие на развод. Я очень хорошо понимал, зачем Витте мне все это рассказывал, но не мог отреагировать на намек. Моя газета еще не имела тех тиражей и того положения, которого достигла позднее. Как человек тонкого рассудка Витте понял меня и перешел к другим темам» (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 406).



С.М. Проппер в своем кабинете в редакции «Биржевых Ведомостей».

Добыл необходимую сумму корреспондент берлинской газеты «Reichskorrespondenz» Д.А. Гравенгоф, из выкрестов. По словам Проппера, «он нашел эту сумму у директора Русского банка для внешней торговли Френкеля, который сразу понял, что такое вложение капитала могло оказаться со временем весьма прибыльным» (Там же. С. 409).
И не ошибся: услуга имела далеко идущие последствия. Есть старая поговорка: «Маленькие услуги питают большую дружбу». «Гравенгоф, – продолжает Пропер, – стал лучшим, преданнейшим другом будущей госпожи Витте. […] Гравенгоф становится сватом. У Витте была приемная дочь от первой жены, сирота, которая жила в его доме. В Министерстве финансов служил молодой чиновник, сын киевского профессора Меринга, одного из богатейших домовладельцев Киева. Гравенгоф посредничает в замужестве. В качестве приданого Меринг получает пост вице-директора Кредитной канцелярии, через которую проходили все финансовые операции государства, утверждение акционерных обществ, разрешение новых привилегий для уже существующих компаний, кредитные операции Государственного, Дворянского, а также Крестьянского поземельного банка.
Меринг становится закадычным другом Гравенгофа […] Гравенгоф напал наконец на золотую жилу. К ее эксплуатации должны быть привлечены новые силы.
Витте в юности, как бедный студент Одесского университета, был домашним учителем сыновей главы богатого одесского банкирского дома Рафалович и Ко. Со старшими сыновьями он был на ты, они были его университетскими коллегами, к младшему, своему ученику Артемию Федоровичу, он был особенно привязан. Последний незадолго до назначения Витте (одесская фирма за несколько лет перед этим должна была прекратить платежи) учредил небольшую банкирскую контору в Петербурге на Невском проспекте. Гравенгоф побудил генерального директора Русского банка для внешней торговли, Френкеля, того самого, который уже инвестировал 30 000 рублей в дело Витте, принять Рафаловича к себе в банк в качестве содиректора. Рафалович как новоиспеченный член правления и второй директор Русского банка начинает ежедневно посещать Витте, чтобы информировать министра о событиях на бирже. Генеральный директор банка Френкель, представленный им министру, вскоре находит также доступ на частную квартиру министра, становится там persona gratissima и усердным советником госпожи Витте в ее “маленьких” коммерческих делах. В книгах Русского банка появляется новый счет: Gravenhof conto separato...» (Там же. С. 410-412).
Между тем, затея Витте с женитьбой получила огласку. «В Петербурге, – вспоминал очевидец, – образовалась лига защиты добрых нравов» (Там же. С. 54). Но и Витте уперся.



Матильда Витте.

В связи с этим обычно пишут о «действительно сильном чувстве», о том, что Витте, мол, «не остановился даже перед угрозой погубить свою блестяще складывающуюся карьеру» («Письма С.Ю. Витте жене (1896-1897 гг.)» // «Английская набережная». Вып. 4. СПб. 2001. С. 313).
В доказательство приводят даже собственноручно написанное Сергеем Юльевичем письмо (в характерном для него стиле) «милой и любимой Матильдочке»: «…Когда я терзался, когда я плакал как ребенок через тебя и за тобою, то мне тогда было счастьем покончить с собою» (Там же. С. 321). Но что и как не приходилось ему писать в своей жизни! Ничему, вышедшему из-под пера Витте, просто так верить не приходится. Недаром, заметим, человек с необычайно развитым нюхом, глава русской заграничной агентуры в Париже П.И. Рачковский, называл С.Ю. Витте Альфонсинкой (Р.Ш. Ганелин «“Битва документов” в среде Царской бюрократии. 1899-1901» // «Вспомогательные исторические дисциплины». Вып. XVII. Л. 1985. С. 222).
В данном случае ларчик отпирался совсем просто. Тут был расчет. И немалый…
Вспоминая о той встрече в Министерстве путей сообщения, С.М. Проппер писал: «Я знал, что говорили в петербургском обществе о предполагавшейся женитьбе Витте и догадывался о его переживаниях в предвидении те испытаний, которые предстоят ему в связи с этим браком. Я невольно покачала головой, и на моем лице, должно быть, ясно отразились мои мысли. Сергей Юльевич придвинул мне кресло и, сев напротив меня, стал говорить с необычайной для него страстностью: “Прежде всего, я люблю эту женщину. Это мое личное дело, и я имею на это право. […] С моим характером и известным Вам моим отрицанием существующих в обществе условностей мне ни одна женщина из высших сфер, к которым вынужден принадлежать министр, не может предложить того, что я ищу. […] Я представляю себе трудности, с которыми столкнусь, я их преодолею”» (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 405-406).
Вопрос с женитьбой был решен практически одновременно с назначением С.Ю. Витте министром путей сообщения в 1892 г. Рассказывали, что на прошении Сергея Юльевича о заключении брака с разведенной еврейкой, Император Александр III собственноручно начертал: «А хоть бы и на козе!» (С.В. Ильин «Витте». М. 2006. С. 99).
Обвенчались в 1892 г. в домовой церкви Института путей сообщения.
Шаферов выбирали со смыслом. Со стороны жениха это был барон Павел Эдуардович фон Вольф, в то время офицер-конногвардеец, впоследствии чиновник особых поручений при министре Императорского Двора, шталмейстер. Со стороны невесты капитан И.Л. Татищев – в то время адъютант Великого Князя Владимiра Александровича, а впоследствии генерал-адъютант, добровольно отправившийся в Царственными Мучениками в Тобольск и Екатеринбург и там убитый («Из архива С.Ю. Витте. Воспоминания». Т. 1. Кн. 2. С. 234).
15 февраля 1892 г. С.Ю. Витте был назначен управляющим Министерством путей сообщения. Вскоре последовал брак министра на М.И. Лисаневич, после заключения которого 30 августа того же 1892 г. Сергей Юльевич был назначен управляющим Министерством финансов. В самом начале следующего года (1 января) С.Ю. Витте именным Высочайшим указом Правительствующему Сенату был назначен министром финансов с производством в тайные советники, т.е. по Петровской Табели о рангах в чин III класса, соответствующий генерал-лейтенанту. На этом посту он безсменно пробыл вплоть до августа 1903 г. в течение одиннадцати лет.
Вторая супруга С.Ю. Витте была «решительной и твердой женщиной», однако здоровья незавидного. Для лечения и операций Сергею Юльевичу часто приходилось вывозить жену за границу. В одной из таких поездок в 1907 г. ей был поставлен диагноз «эпилепсия» (Там же. С. 779, 836-837).



Графиня М.И. Витте. Фото Карла Буллы. 1905 г.

Со слов Новгородского губернатора, Государственный контролер Т.И. Филиппов записал в дневник новость: вскоре после свадьбы Витте перевел мужей живших там сестер Матильды, инженера Быховца и врача Леви, «на новые места с огромными окладами и подъемными на удивление всему Новгороду» (Там же. С. 991),
Была у Матильды еще одна сестра, мужем которой был сын богатого еврейского золотопромышленника Хотимского.

Наша справка: Известен некий томский мещанин Гирш Берович Хотимский, в 1889 г. разместивший свои неизвестного происхождения капиталы в золотопромышленности. Его наследница М.Г. Хотимская владела прииском, входившими в Акционерное общество Верх-Исетских заводов, располагавшихся как раз на месте будущего цареубийства (Л.В. Сапоговская «Российская золотопромышленная элита на рубеже XIX—ХХ вв.» // «Из глубины времен». Вып. 6. СПб. 1996. С. 41).
«…Со второй сестрой, госпожой Хотимской и ее мужем, которые не желали отречься от веры отцов и остались верными еврейству, госпожа Витте прервала все сношения» (Б.В.Ананьич, Р.Ш. Ганелин «С.Ю. Витте и его время». С. 407). В это свидетельство С.М. Проппера верится с трудом. Можно согласиться, видимо, лишь с тем, что таковые отношения просто не афишировались.
Всякого рода денежные аферы были, похоже, характерны для ближайших родственников Сергея Юльевича.
А.С. Суворин 26 января 1893 г. занес в свой дневник: «На счастье Витте умер Хотимский, жид, золотопромышленник, брат жены Витте. […] Бонвиван, купивший имения И.А. Виельгорского, которого содержал несколько лет, платя ему по 12 000 в год. Через Хотимского все можно было сделать у Всеволожского. Он был посредником…» Пример, можно сказать классический, впрочем как и внутрисемейные отношения. В том же суворинском дневнике читаем: «Приехала сестра жены Витте, вдова известного мошенника и пройдохи. Скальковский и Плетнев были у нее. Ехали и думали – вот слезы будут и проч. Приезжают: выходит жовиальная дама, хохочет, смеется и т.д.» («Дневник Алексея Сергеевича Суворина». М. 2000. С. 92, 101).
Сомнительными финансовыми спекуляциями занималась и падчерица Сергея Юльевича от первого его брака Софья и ее муж М.Ф. Меринг, подвизавшийся при тесте сначала в Министерстве путей сообщения, а потом в Министерстве финансов («Из архива С.Ю. Витте. Воспоминания». Т. 1. Кн. 1. С. 124-125).
Однако дело тут было, возможно, и не в конкретном положении родственников Матильды в зазеркальном еврейском мiре, а просто в самом факте принадлежности к нему жены министра Империи. Начинание С.Ю. Витте оказалось прямо-таки пророческим для ХХ века. Известный современный юдофил проф. П.А. Николаев совершенно откровенно пишет: «Известно, что в 1920-30-е годы люди, желавшие идти во власть, стремились жениться на еврейках и даже пытались изменить имена своих жен с русских на еврейские. С такой женщиной (женой министра путей сообщения Ковалева) мне пришлось однажды откровенно разговаривать о том, почему она своё девичье имя Дарья сменила на Дору. Муж сказал, что он не сделает карьеру, если она оставит свое русское имя» («Поэтический пантеон победной войны». Под ред. П.А. Николаева. М. 2005. С. 63.)



Продолжение следует.

Profile

sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner