?

Log in

No account? Create an account

December 20th, 2018



ГОД СОЛЖЕНИЦЫНА


«…Протягиваем вам опыт наших страданий, мы хотели бы, чтоб вы переняли его, не платя ту непомерную цену смертями и рабством, как заплатили мы».
Александр СОЛЖЕНИЦЫН.


«…В Гарварде от него ждали речь с похвалами Америке, с благодарностью за приют; рассчитывали, что он сравнит ад ГУЛАГа и Кавендиш, райское место.
8 июня 1978 года в прохладный дождливый день на университетском дворе собралось двадцать тысяч человек – выпускников и гостей. Солженицына приветствовали общим вставанием и долгими аплодисментами. От него тоже хотели услышать традиционное приветствие: “Harvard’s motto is veritas” (“Девиз Гарварда – истина”).
Однако “бородатый пророк” (как назовут его газеты) “вещал без обычных любезностей, которые всегда выдавались вместе с дипломами. Выпуск 1978 года не услышал ничего, что бы могло его подбодрить”. Он предупредил их: “Истина редко бывает сладкой, а почти всегда горькой”. Речь (“Расколотый мiр”) с переводом длилась почти час.
Несколько дней спустя супруга Президента США Розалин Картер выступила в национальном клубе печати с официальным ответом: никакого духовного упадка в Америке нет, а наблюдается всесторонний расцвет. И ещё месяцы потом текли возбуждённые газетные отклики и личные письма американцев к писателю – а он только изумлялся, насколько критика речи не соотносилась с её содержанием.
…Солженицын не понимает ни Запад вообще, ни Америку в частности. Он зовёт США на священный бой с коммунизмом, грезит крестовым походом против СССР, выступает за нескончаемую холодную войну. Настоящий враг Солженицына – даже не коммунизм, а современный человек, воспитанный эпохой Возрождения (“человек – мера всех вещей”), якобы извратившей духовные основы общества. Солженицын упрекает людей Запада, что они недостаточно страдали и не очистили свои души от всякой нечисти. Значит, желает им страдания?..
Он говорит о «падении мужества» как об отличительной черте Запада, упрекает Америку, что духовное банкротство и физическая трусость привели её к “поспешной вьетнамской капитуляции”. Поспешной? Спустя целое поколение массовых жертв?.. Он фундаментально противоречив: то доказывает, что только моральные критерии помогут Западу в его борьбе с коммунизмом, то утверждает, что только американская военная мощь и сила воли могли остановить резню во Вьетнаме.
Он демонстрирует чудовищное непонимание западного общества, основанного на уважении различий между людьми. Его раздражает принцип многообразия мнений, самокритичности и терпимости, но он сам эксплуатирует этот принцип в своей критике Запада. Именно Запад позволил ему сказать то, что он сказал; на выпускном вечере в МГУ выступить с такой речью ему бы не дали.




Итак, неисправимый русский, отчаянно тоскующий по родине, считающий себя не эмигрантом, а ссыльным, называющий “своей страной” не США, а всё ещё СССР. Современность для него – ошибка, заблуждение разума; теократ, консерватор. антимодернист, антикапиталист. И грубее: мистик, фанатик, догматик, радикал, реакционер, одержимый, ненормальный. Бросил перчатку Западу – и получил в ответ: “Любите нас – или оставьте нас!”.
Готовясь к враждебной реакции, такого он все же не ждал: “До гарвардской речи я наивно полагал, что попал в общество, где можно говорить, что думаешь, а не льстить этому обществу. Оказывается, и демократия ждёт себе лести. Пока я звал ‘жить не по лжи’ в СССР – это пожалуйста, а вот ‘жить не по лжи’ в Соединённых Штатах? – да убирайтесь вы вон!”
Но постепенно пробились в печать и другие мнения. Солженицын – наш Исайя, Иеремия, Савонарола. Он – как первые американские пуритане. Он сказал горькую правду, сотряс страну землетрясением в девять баллов. В глубине души мы знаем, что он прав. Если восхищаешься прямотой в одной точке земли, надо уважать её и в другой. Мы духовно больное и нравственно плоское общество. Мы ищем себе самого лучшего за счёт всех остальных. Мы напоминаем Содом и Гоморру. На банкнотах пишем “In God we trust”, – надо или доказать это, или снять надпись. Америка – не моральный Прометей, мы нация, живущая одним заработком, нам неведомы истинные ценности жизни.
Это уже было близко к тому, о чем он хотел сказать Америке. Надо оставить надменное ослепление – оценивать самобытные миры лишь по степени их приближения к западному образцу. Общество, которое строится на юридическом уровне, ниже подлинных нравственных мерок.
“Права человека” подавляют права общества и разрушают его; а свободная пресса, диктующая политическую моду, обретает силу закона. Культ материальных благ ослабляет мужество и волю; свобода ведёт к необузданности. Зло – в рационализме и гуманизме эпохи Просвещения, к которым возводят себя и коммунисты. Солженицын критикует Запад из более древней, чем Просвещение, традиции и предлагает пересмотреть шкалу нравственных ценностей, подняться на новую высоту обзора.
Хотя Гарвардская речь открыла Солженицыну низовую, коренную, Америку, его самого американская пресса могла теперь поносить сколько угодно.
“Банда журналистов концентрированно хочет опорочить Солженицына. Он напал на масс-медиа за их самоуверенность, лицемерие, обман, они этого ему никогда не простят. Он должен понимать, насколько его масштабное видение не подходит демократическому и либеральному обществу” – так оценивали ситуацию сочувствующие Солженицыну аналитики, и были правы.
Наступала полоса тотальной обструкции. Вывести Солженицына на чистую воду, писать о нём разгромные статьи и книги становилось на Западе хорошим тоном. Когда одна из сотрудниц русской секции Би-би-си поздравила его в эфире с 60-летием (11 декабря 1978 года) – она едва не лишилась работы. […]
В Москве потирали руки – “падение” Солженицына на Западе шло ускоренными темпами. Но хотелось внести и свой вклад в общий хор. В августе 1978-го, через два месяца после Гарварда, руководители АПН и Госкомиздата вышли с предложением издать труд Ржезача по-русски стотысячным тиражом: мол, книгу жаждет увидеть вся советская общественность.
Правда, спустя месяц зав. отделом пропаганды ЦК Фалин дал понять, что все те, кто должен был прочесть Ржезача, уже его прочли: первый тираж (10 тыс.) был распределён через КГБ (7 тыс.) и ЦК (3 тыс.). Было рекомендовано “принять меры к продвижению книги в зарубежные страны через иностранные издательства и фирмы”.
“Тем досадней, отвлекательней, – скажет Солженицын, – был осенью 1978 вынужденный трёхмесячный отрыв на ‘Зёрнышко’, подтолкнутый гебистской пачкотнёй Ржезача”. […]
В мае 1982-го “Советская Россия” писала, будто Солженицын, изгнанный из страны, бросил в лицо согражданам страшную угрозу: “Подождите, гады! Будет на вас Трумэн! Бросят вам атомную бомбу на голову!” И бедные запуганные сограждане даже не догадывались, что газета жульнически цитирует сцену из “Архипелага”, слова отчаявшегося зэка на куйбышевской пересылке».



Людмила Сараскина. «Александр Солженицын». М. «Молодая гвардия». 2008.

Profile

sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner