?

Log in

No account? Create an account

June 11th, 2015

Один из постов предыдущей серии наших материалов «Сплетение судеб» мы начали с эпиграфа – отрывка из стихотворения Нины Королевой.
Когда-то (в 2005 г. в нашей книге «Скорбный Ангел») мы писали об истории его создания и публикации.
Сегодня мы вновь обращаемся к этому сюжету с привлечением дополнительных подробностей.





«И я задыхаюсь в безсилье, спасти Их не властна…»


В ноябрьском номере ленинградского журнала «Аврора» за 1976 год было напечатано необычное для того времени стихотворение:

Оттаяла или очнулась? –
Спасибо, любимый.
Как будто на землю вернулась
На запахи дыма.

На запахи речек медвяных
И кедров зеленых,
Тобольских домов деревянных,
На солнце каленых.

Как будто лицо подняла я
За чьей-то улыбкой,
Как будто опять ожила я
Для радости зыбкой…

Но город, глядящийся в реки,
Молчит, осторожен.
Здесь умер слепой Кюхельбекер
И в землю положен.

И в год, когда пламя металось
На знамени тонком,
В том городе не улыбалась
Царица с Ребенком…

И я задыхаюсь в безсилье,
Спасти Их не властна,
Причастна беде и насилью
И злобе причастна.



Нина Королева.

Автор стихов – Нина Валериановна Королева – родилась 31 октября 1933 г. в подмосковных Бобриках (ныне Новомосковск Тульской области). Детство ее прошло в эвакуации, сначала в деревне Поповка Угличского района, затем в поселке Переборы Рыбинского района Ярославской области.
«В лагере РЫБЛАГ или ВОЛГОЛАГ, – вспоминает она, – моя мать после выезда из блокадного Ленинграда весной 1942 г. работала вольнонаемным зоотехником. Я школьницей стала заниматься в театральном коллективе Натальи Сац, заключенной Рыблага (ЧСИР – член семьи изменника родины), которой начальство поручило создать детский театр. Там я впервые начала писать пьесы».
Окончив в 1955 г. филологический факультет Ленинградского государственного университета, а затем (в 1959 г.) аспирантуру в Институте русской литературы АН СССР (Пушкинский дом), Нина Валериановна в 1970 г. защитила диссертацию по теме: «Поэзия Ф. И. Тютчева 1810-1830-х годов». Работала в Институте театра, музыки и кинематографии.
Первые стихи школьницы Нины Ошкадеровой (девичья фамилия Н. Королевой) были опубликованы в 1948 г. в ленинградской газете «Ленинские искры».
Однако начало себя, как профессионального поэта, сама она связывает с публикацией своих стихов в журнале «Октябрь» в 1957 году. Выходят первые ее поэтические сборники: «Хвойный дождь» (1960), «Озерные вокзалы» (1968), «Подарок» (1973).
В 1966 г. ее приняли в Союз писателей СССР.
Один за другим выходят составленные ею двухтомник Кюхельбекера в Большой серии Библиотеки поэта, его же дневник в «Литературных памятниках»; монография «Декабристы и театр» (1975) и учебное пособие «История русской театральной критики» (1976, в соавторстве). Готовились к выходу в свет исследование о Ф.И. Тютчеве, четвертый сборник стихов «Ветровое стекло»…
Но тут произошло событие, благодаря которому имя Нины Королевой приобрело известность не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами…
Согласно ее воспоминаниям (которыми она поделилась с поэтом Наталией Ганиной), стихотворение «Оттаяла или очнулась…» было написано в 1974 г. во время одной из «писательских» поездок в Сибирь («агитационный» пароход, следовавший по Оби, Иртышу, Тоболу).




Тобольску уделялось особое внимание, поскольку с 1970-х годов там проводились торжества, посвященные памяти ссыльных декабристов.



Тобольская старина, могилы декабристов, улицы и площадь, губернаторский дом, беседы с художниками, восстанавливавшими храм, рассказы друзей о заточении Царской Семьи – единое глубокое впечатление тех дней.


Губернаторский дом в Тобольске, в котором под арестом находилась Царская Семья.

«Я совсем не думала, что пишу какие-то антисоветские стихи», – говорила она впоследствии.
«Нина Королева, – читаем в предисловии к десятой, книге ее стихов 2003 г., – была честным и справделивым советским человеком. Она писала стихи, за которые отвечала судьбой. […] Стихи – и о Царской Семье, и об отце [военвраче, попавшем в немецкий плен], и о своей позиции в мiре – Королева не считала ни диссидентскими, ни оппозиционными, она читала их на своих выступлениях и посылала в журналы. […] В 1969-1971 годах Королева была депутатом районного Совета депутатов трудящихся от Союза писателей…»
И все-таки следует заметить, что чуткие и осторожные редакторы относились к стихам Нины Королевой с настороженностью: в них не было или почти не было «красненького» (восхваления партии и правительства).
А когда все-таки собирались публиковать, бывало, говорили: «У тебя Бог упоминается восемнадцать раз. Оставь любые четыре!»



Продолжение следует.



Второй выстрел «Авроры»


Несколько слов следует сказать и о самом журнале, в котором было напечатано то стихотворение.
«Аврора» выходила в Ленинграде ежемесячно, начиная с июня 1969 года. Она была одновременно органом ЦК ВЛКСМ, Союза писателей РСФСР и городской писательской организации.
Замышлялась она как журнал для молодых, рассказывающий о свершениях современной молодежи, а также как площадка для юных поэтов и прозаиков.
В соответствии с поставленными задачами осуществлялась и государственная поддержка. Главному редактору полагался внушительный оклад в 400 рублей (под стать директору крупного предприятия). Работников редакции также не обижали.
Одним словом, работать там считалось делом престижным.



Редакция журнала «Аврора». 1974 г.

Вскоре об «Авроре» заговорили. Сначала в Ленинграде, а затем и во всем Союзе. В немалой степени способствовала этому позиция журнала.
За идеологической направленностью, конечно, следили. Тем не менее, издание, с точки зрения читателей, относилось к разряду «прогрессивных». Ведь там печатались Гранин, Довлатов, Искандер, Володин, Кунин, Высоцкий.
Партноменклатура же считала, что журнал «с гнильцой».
Настороженное отношение вызывали также некоторые видные работники редакции. Так, у ответственного секретаря журнала А.М. Шарымова первая жена, Наталия Вайнер уехала в США, оставив дочь с отцом и, прекрасно зная обстановку в стране, демонстративно вела с оставленной семьей почтовую переписку, что заставляло соответствующие органы с подозрением относиться к бывшему мужу.
В таком обрамлении сами стихи Нины Королевой – одна из иллюстраций к известным строчкам Анны Ахматовой:

Когда б вы знали, из какого сора
Растут стихи, не ведая стыда…

Или, если угодно, то вспоминается и гораздо более весомое: «Дух дышит, где хочет…»

То знаменитое стихотворение, как повествует о том «Редакционная летопись», было включено в подборку, предназначенную для публикации в октябрьском номере журнала «Аврора», однако «внутренние осведомители» редакции оповестили свое негласное начальство, и стихотворение было изъято из подборки с намерением «положить на стол Романову» (тогдашнему секретарю горкома партии) «для внутреннего отзыва».
Кто же были эти бдительные товарищи, имена которых летопись даже сейчас, когда разоблачают всех и вся, не сообщает?
Быть может, они неведомы?.. Или неприкасаемы?..
Возможно, их инкогнито раскрывает стихотворение уже помянутого нами Александра Шарымова, не только ответственного секретаря журнала, но еще и поэта.
В своем стихотворении «Гитара Галича», посвященном выступлению в редакции Булата Окуджавы, он среди прочего замечает:


Звучали песни – и простые, вроде бы,
Но горло чем-то мнущие тебе.
И Соловьевы – Леночка с Володею –
Писали их на пленку для гэбэ…


Далее следует комментарий-расшифровка: «“Соловьевы” – Елена Константиновна Клепикова, тогда – сотрудница “Авроры”, и Владимiр Исаакович Соловьев, литературный критик».


Елена Константиновна Клепикова.

Елена Константиновна Клепикова (1942 г.р.), уроженка Костромы. После окончания филологического факультета Ленинградского университета работала редактором отдела прозы в журнале «Аврора». Печаталась в «Литературной газете» и «Литературном обозрении». В 1977 г. вместе с мужем В.И. Соловьевым объявила об учреждении в Москве частного независимого информационного агентства «Соловьев–Клепикова Пресс» и спустя несколько месяцев эмигрировала в США. Совместно с мужем написала переведенные на многие языки книги: «Андропов: тайный ход в Кремль», «Кремль: от Андропова до Горбачева», «Ельцин: политические метаморфозы», «Парадоксы русского фашизма».


Владимiр Исаакович Соловьев.

Владимiр Исаакович Соловьев родился также в 1942 г., но в Ташкенте. До 1977 г. жил в Ленинграде и Москве, был членом Союза писателей и Всероссийского Театрального Общества, защитил кандидатскую диссертацию о Пушкине. Регулярно печатался в «Новом мiре», «Юности», «Звезде», «Неве», «Литературной газете», «Вопросах литературы», «Искусстве кино», «Театре». По его собственному признанию, был тайным осведомителем КГБ. После образования независимого информационного агентства «Соловьев-Клепикова-Пресс», чьи бюллетени широко распространялись в мiровой прессе, был исключен из Союза писателей и вынужден был покинуть страну. В США регулярно печатается в ведущих американских газетах. Живет в Нью-Йорке «с женой и котом Бонжуром». Сын Юджин Соловьев, американский художник и поэт, владеет картинной галереей в городе Ситка (штат Аляска).


Обложка книги В.И. Соловьева – одного из «ушедших в слезах» ...сексотов.

Вернемся, однако, к событиям, связанным со стихотворением Нины Королевой.
А они развернулись иначе, чем думали осведомители и их хозяева.
Главный редактор «Авроры», В.В. Торопыгин, не дав делу хода, уехал в заграничную командировку.



Владимiр Васильевич Торопыгин (1928– 1980). В 1973-1977 гг. главный редактор «Авроры».

Владимiр Васильевич тоже был поэтом. В 1960-1971 гг. он возглавлял журнал «Костер», а с 1973 г. – «Аврору». Сергей Довлатов писал о нем, как о «человеке милом, добрейшем и безкорыстном».
В отпуске находилось и другое важное во всей этой истории лицо – заведующий отделом поэзии А.А. Шевелев.



Александр Александрович Шевелев (1934–1992), заведующий отделом поэзии журнала «Аврора».

С автором стихов они были почти одногодки и, в какой-то мере, земляки. Александр Александрович, после окончания семи классов учился в ремесленном училище в Новомосковске, где, как известно, родилась Нина Королева.
Александр Шевелев был фигурой гораздо более сложной, чем в настоящее время принято о нем писать.
По словам одного из участника поэтических семинаров, которые как раз в это время он вел в Ленинграде, это был «импозантный моложавый мужчина с благородной сединой в густых волосах. Веселый, остроумный. Доброжелательный. Никому из нас он зла не сделал. Он просто верил (как и многие) в те бредовые принципы, которые были положены тогда в основу литературы и поэзии. Как то: поэтом становится (признается) человек, имеющий “свою тему”, причем гражданского звучания».
Многих удивило и озадачило одно из первых – сразу же после знакомства – его заявлений, касающееся поэзии Марины Цветаевой. «…Единственные ее стихи, – сказал он, – это то, что собрано в томе “Большой библиотеки”, все остальное – графомания».



Александр Шевелев (в центре) на одном из семинаров литературного объединения «Позитрон» в Ленинграде.

Пока главный и завотделом были в отъезде, по свидетельству «Редакционной летописи», «с подачи управления по охране гостайн в печати (цензуры), распоряжением отдела культуры обкома партии из верстки № 11-76 “Авроры” снята была повесть Андрея Битова об орнитологах […] Повесть спешно заменили материалами, находившимися в редакционном “запасе”. В их числе было стихотворение поэтессы Нины Королевой».
Ответственный редактор, искавший, чем занять «освободившуюся» площадь, обнаружил в редакционном портфеле стихотворение Нины Королевой и поставил его на полосу, сократив при этом несколько строк.
Именно тогда стихи и приняли свой всем известный теперь вид.
В авторской редакции стихотворение выглядело следующим образом:


Оттаяла или очнулась? – спасибо, любимый!
Как будто на землю вернулась, на запахи дыма,
На запахи речек медвяных и кедров зеленых,
Тобольских домов деревянных, на солнце каленых,
Как будто лицо подняла я за чьей-то улыбкой,
Как будто опять ожила я для радости зыбкой…

Но город, глядящийся в реки, молчит, осторожен.
Здесь умер слепой Кюхельбекер и в землю положен,
Здесь в церкви купчихи кричали, качая рогами.
Распоп Аввакум обличал их и бит батогами.
И в год, когда пламя металось на знамени тонком,
В том городе не улыбалась Царица с Ребенком…

И я задыхаюсь в безсилье, спасти Их не властна.
Причастна беде и насилью и злобе причастна.
Кровава истории слава и тьма земляная.
– О чем ты, любимая, право? – не знаю, не знаю,
Но здесь мои корни и силы, и боль, и короста…
Святые могилы России оплакать не просто.

1974 Тобольск-Иркутск.

Следует заметить, что издательский повод у ответственного редактора номера был: на той же странице журнала была помещена заметка С. Балашовой «Рисунки Кюхельбекера. (К 3-й странице обложки)».
В стихотворении также, как известно, упоминался этот декабрист.
Что до сокращения, то его признают в какой-то степени даже удачным (от него стихотворение только выиграло).



Продолжение следует.

Profile

sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner