?

Log in

No account? Create an account

December 26th, 2014

116.
Недостроенное главное здание Серафимовского лазарета-убежища, включавшее церковь Преподобного Серафима Саровского. «Петроградский листок». 1917. № 108.

Место погребения (начало)

В тот же день 21 декабря в 9 утра состоялось предание земле тела Г.Е. Распутина. Но прежде, чем рассказать об этом событии, несколько слов следует посвятить самому избранному для погребения месту.
В память об избавления от смерти после железнодорожной катастрофы 2 января 1915 г. А.А. Вырубова решила учредить Серафимовское убежище-лазарет, носивший № 79 и состоявший под покровительством Императрицы Александры Феодоровны. Открылся он 7 января 1916 г. в частном домовладении – деревянном одноэтажном здании на улице Малой, д. 3 (ныне № 8). Дом этот, построенный в 1850-е гг., принадлежал генералу Э.А. фон Пистолькорсу, а в описываемое время его сыну Александру Эриковичу, женатому на сестре А.А. Вырубовой Александре.


117.
Эрик Августович Пистолькорс (1853–1935).

117 а.
Александр Эрикович Пистолькорс (1885†1944)

Первыми насельниками убежища стали 50 инвалидов из нижних чинов. Здесь, по словам основательницы, они должны были обучиться «всякому ремеслу». «Испытав на опыте, как тяжко быть калекой, я хотела хоть несколько облегчить их жизнь в будущем. Ведь по приезде домой на них в семьях стали бы смотреть как на лишний рот! Через год мы выпустили 200 человек мастеровых, сапожников, переплетчиков».

118.
Во дворе Серафимовского лазарета-убежища. 1916 г.

Начальницей лазарета-убежища была А.А. Вырубова, главным врачом-хирургом –В.Н. Деревенко (лечивший Наследника, а в 1917 г. добровольно выехавший вслед за Царской Семьей сначала в Тобольск, а затем в Екатеринбург). Там же работали фельдшер Феодосия Степановна Войно и санитар Аким Иванович Жук, выхаживавшие Анну Александровну после катастрофы. Богослужения совершал священник 131-го сводного эвакуационного госпиталя иеромонах Досифей (Разумов), настоятель храма Божией Матери «Утоли моя печали» на Царскосельском Братском кладбище героев Великой войны. Для обслуживания раненых еще в 1915 г. на средства Императрицы была изготовлена походная церковь, в которой и служил этот иеромонах. Впоследствии, уже из Тобольска, Государыня в письмах А.А. Вырубовой не раз передавала ему поклоны и справлялась о нем. И фельдшерица, и санитар, и священник близко знали Г.Е. Распутина и участвовали в его погребении.

119.
А.А. Вырубова среди раненых на террасе Серафимовского убежища. Справа от нее сидит протоиерей Александр Васильев, духовник Их Величеств. Слева стоит иеромонах Досифей (Разумов). На снимке наверняка также присутствуют старшая сестра милосердия, заведующая хозяйством Н.И. Воскобойникова, фельдшерица Ф.С. Войно и санитар А.И. Жук. Царское Село. Лето 1916 г.

В Серафимовском убежище санитаром служил также сын старца – Дмитрий Григорьевич Распутин, призванный, как ратник 2-го разряда, в сентябре 1915 г. на действительную военную службу. Будучи стрелком 35-го Сибирского запасного батальона, он был причислен к Санитарному поезду № 143 Императрицы, а затем направлен в убежище-лазарет.

120.

121.
Обложка Псалтири с печатью Книжного отдела склада Ея Величества Государыни Александры Феодоровны, которую получали раненые в лазаретах Царского Села. Собрание музея «Наша эпоха» (Москва).


Однако пребывание в городе лазарета существенно стесняло его развитие. На деньги, полученные за увечье от железной дороги, А.А. Вырубова решила купить землю поблизости от Царского Села. Осмотрев подлежащие продаже участки, она выбрала один, не зная еще, что его уже наметила Государыня под строительство Института экспериментальной хирургии. Узнав об этом, Императрица решила отказаться от него в пользу своей подруги, решив устроить институт в самом Царском Селе.

122.
Неосуществленный предварительный проект размещения построек Института экспериментальной хирургии и Серафимовского лазарета-убежища. Архитектор С.А. Данини. Весна 1916 г. План этот так и не получил Высочайшего одобрения.

Строительство лазарета едва успели начать. По словам А.А. Вырубовой, «купили клочок земли и стали сооружать деревянные бараки, выписанные из Финляндии. Я часами проводила у этих новых построек». Интерес к этим пригородным постройкам возник в дальнейшем в связи с захоронением Г.Е. Распутина. Долгое время писали о часовне (свидетельство тому – надпись на поклонном кресте), пока мы в 2002 г. не выяснили, что речь нужно вести о храме (Фомин С.В. Правда о Григории Ефимовиче Распутине. Как они ЕГО жгли // Русский вестник. 2002. № 21-23. Специальный выпуск).
На всех снимках, сделанных после февральского переворота 1917 г., не могут не поражать несоразмерные со скромными задачами убежища огромные размеры этой церкви. Не так давно научный сотрудник одного из царскосельских музеев Г.В. Семенова, обследовав хранящийся в фонде Феодоровского городка архив Серафимовского убежища (РГИА. Ф. 489. Оп. 1. Д. 55), выдвинула предположение, что храм был не отдельно стоящим, а домовым, находившимся в составе главного здания этого учреждения. Исследовательница привела аналогию с проектами строившихся одновременно поблизости от убежища деревянных казарм для воздушной охраны (http://tzar.ru/science/research/sickbay).
Но есть и более основательные доказательства. Великие Княжны Ольга и Мария Николаевны, будучи, несомненно, обе глубоко церковными, в дневниковых записях о похоронах Г.Е. Распутина писали об «Аниной постройке», не церкви или храме: «поехали к месту Аниной постройки»; «на постройках у Ани».
После знакомства с отрывком из показаний в 1917 г. Чрезвычайной следственной комиссии санитара А.И. Жука можно считать выясненным также и автора проекта построек. Им был выпускник архитектурного отделения Академии Художеств Всеволод Иванович Яковлев (1884†1950), архитектор Царскосельского управления квартирного довольствия войск, уже до этого занимавшийся проектированием казарм. Присутствовал он и на погребении Г.Е. Распутина, с которым был знаком лично. После революции вышли его книги, среди которых были две, в которых, пусть и в несколько искаженном свете (по условиям времени), был упомянут Г.Е. Распутин: «Охрана Царской резиденции» (1926) и «Александровский дворец-музей в Детском Селе» (1928). К осени 1916 г. успели вывести фундаменты главного здания, имевшего весьма значительные размеры. С наступлением холодов работы были прекращены.


123.
Архитектор В.И. Яковлев.

Не менее важной проблемой является местоположение самой этой постройки. Путаница вызвана несколькими обстоятельствами. В условиях недоступности информации, хранящейся в музеях Царского Села (автор этих строк не раз пытался получить доступ к ней, но всякий раз безуспешно), приходилось опираться, с одной стороны, на первоначальный неосуществленный проект архитектора С.А. Данини (что и делал М.Ю. Мещанинов), а с другой кропотливо исследовать мартовские газетно-журнальные статьи 1917 г. (как ваш покорный слуга), писавшиеся в условиях поспешности и секретности (ведь речь шла о находившихся рядом объектах противовоздушной обороны). Прибавьте к этому то, что одной из целей их авторов было затемнение сути дела.

124.
Аэрофотосъемка 1937 г. с очертаниями фундаментов главного здания Серафимовского лазарета-убежища и обозначением развалин построек располагавшейся по соседству Воздушной батареи.

Все исследования, основанные на перечисленных выше данных, закономерно приводили к выводам о связи Серафимовского убежища с территорией Александровского парка. Однако, на самом деле, располагалось оно далеко за его пределами.
125.
Общий вид доведенного до второго этажа Серафимовского убежища, помогали строить которое и охраняли военнослужащие Отдельной батареи. «Солнце России». Пг. 1917. № 9. С. 22.

Место погребения (окончание)

Со строительством на отведенном участке Серафимовского лазарета-убежища теснейшим образом оказалась связанной Отдельная батарея для воздушной артиллерийской обороны Императорской резиденции под начальством полковника В.Н. Мальцева (1873†после 1918).

126.
Знак Офицерской артиллерийской школы стрельбы в Царском селе. 1909-1917 гг.

Эти функции Владимiр Никанорович, командир роты дислоцировавшейся в Царском Селе Офицерской артиллерийской школы стрельбы, тогда еще капитан, начал исполнять, начиная с октября 1914 г. Однако лишь в апреле 1915 г. это подразделение получило статус Отдельной батареи.

127.
Одно из подразделений Отдельной специальной артиллерийской батареи при Офицерской артиллерийской школе на позициях. 1915 г.

В ее состав, кроме подвижной полубатареи на автомобилях, входили стационарные пулеметные расчеты: на Белой башне в Александровском парке, на Певческой башне у Екатерининского Дворца, на Орловской башне близ Софийских казарм царскосельского гарнизона и на крыше церкви в селе Большое Кузьмино. На память невольно приходят строчки из стихотворения Анны Ахматовой:

На Белой башне дремлет пулемет,
Вокруг дворца гусарские разъезды…


128.
Трехдюймовая противоаэропланная пушка, смонтированная на грузовике, из состава Отдельной батареи полковника В.Н. Мальцева, защищавшая небо над Императорской резиденцией в Царском Селе.

Одно из подразделений Отдельной батареи находилось как раз рядом с Серафимовским убежищем. А поскольку полковник В.Н. Мальцев сам занимался строительством казармы для солдат воздушной охраны, осуществлявшегося по проекту архитектора В.Н. Максимова, то он, по просьбе А.А. Вырубовой, и взялся присматривать за ее строительством и стройматериалами. Неудивительно поэтому, что именно солдаты его части рыли могилу Г.Е. Распутину, а сам полковник принимал участие в погребении Царского Друга.

129.
Император Николай II, Императрица Александра Феодоровна и сестры милосердия во дворе лазарета Офицерской артиллерийской школы в Царском Селе (район Софии).

Служба полковника В.Н. Мальцева продолжалась вплоть до переворота. 28 февраля 1917 г. его солдаты с пулеметами, орудиями и броневиками стали на защиту Императорской резиденции.
2 марта офицера арестовали одним из первых и отрешили от занимаемой должности. В годы гражданской войны В.Н. Мальцев в чине генерал-майора находился в составе Вооруженных сил Юга России. Дальнейшая его судьба пока неизвестна.
Торжественная закладка будущего домового храма Преподобного Серафима в строящемся главном здании лазарета-убежища произошла 5 ноября 1916 г. «Закладка Аниной церкви, – сообщала Императрица Государю в письме 5 ноября 1916 г., – прошла хорошо, Наш Друг был там, а также славный епископ Исидор, епископ Мельхиседек и наш Батюшка…»


130.
Трапезная палата Феодоровского городка, в которой 5 ноября 1916 г. состоялся прием по случаю закладки храма Серафимовского убежища. Фото 1917 г.

Кроме епископа Мелхиседека (Паевского) и епископа Исидора (Колоколова), служили духовник Царской Семьи, пресвитер собора Спаса Нерукотворного Образа в Зимнем Дворце протоиерей Александр Петрович Васильев (1868†1918) и его родственник, настоятель Феодоровского Государева собора митрофорный протоиерей Афанасий Иванович Беляев (1845†1921), после февральского переворота и вплоть до самого отъезда из Царского Села в августе 1917 г. Императорской Семьи состоявший Ее духовником. Маститым отцам-протоиереям сослужили два иеромонаха, в числе которых был, вероятно, и о. Досифей (Разумов).

131.
Протоиерей Афанасий Беляев. Фото 1912 г.

Кроме того, на закладке присутствовали: Государыня, Великие Княжны Ольга, Татьяна, Мария и Анастасия Николаевны, Г.Е. Распутин, А.А. Вырубова, обер-гофмейстерина Императрицы княгиня Е.А. Нарышкина, Лейб-медик Е.С. Боткин, главный уполномоченный по всем учреждениям Красного Креста Царского Села генерал-майор С.Н. Вильчковский, ктитор Феодоровского Государева собора полковник Д.Н. Ломан и его супруга, заведующая хозяйством лазарета Великих Княжон Марии и Анастасии О.В. Ломан, архитектор В.И. Яковлев, инженеры, рабочие-строители, а также персонал Серафимовского убежища.
После закладки был прием в Трапезной палате Феодоровского городка, который устроил для участников полковник Д.Н. Ломан. Он же пригласил гостей сфотографироваться. Снимал служивший при Феодоровском соборе фотограф.


132.
Интерьер Трапезной палаты. Фото 1916 г.

На групповом фото были запечатлены Г.Е. Распутин, епископ Исидор, полковник Д.Н. Ломан, командир Отдельной батареи полковник В.Н. Мальцев, супруга петербургского знакомого Г.Е. Распутина Л.А. Молчанова, заведующая хозяйством в Серафимовском лазарете Н.И. Воскобойникова, фельдшерица Ф.С. Войно и служившие там сестры милосердия (Бендина, Кощеева, родная сестра Воскобойниковой и др.).
В кадр попали балалаечники и певчие, исполнившие для гостей русские народные песни.
Это был последний прижизненный снимок Г.Е. Распутина, который вполне может быть найден, поскольку, попав в руки одного из убийц Царского Друга (В.М. Пуришкевича), он был размножен им в целях компрометации (путем ложной интерпретации запечатленного на снимке) в большом количестве копий (по сведениям Государыни, девять тысяч экземпляров).
133.
Общий вид части главного здания Серафимовского лазарета. Фото 1917 г.

Предание земле

В пять утра 21 декабря санитарная машина с гробом Г.Е. Распутина в сопровождении А.Н. Лаптинской и агентов полиции покинула Чесменскую богадельню, направляясь в сторону Царского Села. На месте, у «Аниной постройки» ждали солдаты Отдельной батареи, приготовившие могилу.

134.
Нижние чины Офицерской артиллерийской школы стрельбы. Царское Село. 1913 г.

Гроб был простой деревянный с православным крестом на крышке, поверх которого положили икону Божией Матери «Знамение», привезенную Государыней, ездившей с дочерьми и А.А. Вырубовой, из Новгорода и переданную Григорию Ефимовичу, через Анну Александровну, днем 16 декабря, прямо накануне убийства. На обороте деревянного образа расписались все участники того последнего паломничества, совершенного по благословению старца.
Государь с Наследником выехали из Ставки сразу же по получении известия об убийстве Григория Ефимовича, прибыв в Царское Село 19 декабря в шесть утра. «Возмущен и потрясен, – писал, еще будучи в дороге, Государь. – В молитвах и мыслях вместе с вами». «Почему вы не накажете убийц? – обратился Царевич Алексий к Родителям. – Вы же повесили тех, кто убил Столыпина!»


135.
Новгородская икона «Знамение» середины XII в. (празднование 27 ноября) имеет на полях изображения предстоящих: великомученика Георгия Победоносца, мученика Иакова Персианина, преподобного Петра Афонского и Онуфрия (Макария Египетского?). Журнал «Огонек» (Пг. 1917. № 11. С. 107).

«Утро выдалось чудное, – вспоминала одна из участниц погребения. – Ярко-голубое небо, сверкающее солнце, блестящий, словно алмазная россыпь, снежный наст. Кругом царили мир и покой».
Дубовый гроб вложили в цинковую оболочку, опустили в могилу и стали дожидаться Царской Семьи. Ровно в девять к отрытой могиле подъехала вся Царская Семья, кроме оставленного дома Цесаревича.


136.
Недостроенный домовый храм Преподобного Серафима в лазарете-убежище. Рисунок. «Казнь Гришки Распутина». Альманах «Свобода». Пг. 1917. Вып. 1.

Заупокойную литию отслужил о. Александр Васильев, менее чем через два года убитый во время красного террора.

137.
Протоиерей Александр Васильев. Фото 1912 г.

Пел причетник Феодоровского Государева собора Ищенко. Отходную молитву прочитал иеромонах Досифей (Разумов). Разделить с Царской Семьей горе пришли А.А. Вырубова, Ю.А. Ден, фельдшерица Ф.С. Войно, санитар А.И. Жук, А.Н. Лаптинская, полковники В.Н. Мальцев и Д.Н. Ломан, архитектор В.И. Яковлев.

138.
Фрагмент главного здания Серафимовского убежища. Крестом обозначен люк, ведший в могилу Г.Е. Распутина. «Петроградская газета». 1917. № 85. 13 апреля.

По свидетельству участников погребения, могила находилась «в левой стороне будущей церкви» (Великая Княжна Ольга Николаевна); «в середине храма, в левой крестовине» (А.И. Жук).

Profile

sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner