sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ТАРКОВСКИЕ: ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (часть 33)


Андрей Тарковский и Анатолий Солоницын во время съемок фильма «Андрей Рублев».


Сложение круга (окончание)


Особо значимы для нас актеры из «круга Тарковского», совершенно явно обозначившегося в этой ленте. Это те, кого мы уже знаем по предыдущей картине и последующим.
Среди них супруга режиссера Ирма Тарковская, исполнившая роль Дурочки.




Персонаж этот – важнейший, имеющий первостепенное значение на протяжении всего фильма.
По сути это настоящая русская Блаженная, вместе с которой монах Андрей «Крест свой несет», как выразился один православный кинокритик, обозначив его как «совместный союз-молчание».



Киноновелла «Набег». Монтажная запись: «Успенский собор. Обгоревший иконостас. Посередине собора на коленях стоит Андрей. Лежат убитые. Пробегает черная кошка. Кошка мяукает. Среди мертвых сидит Дурочка. Заплетает косу у убитой девушки».


В фильме мы видим и другого известного нам по предыдущей картине «Иваново детство» актера – Николая Гринько, играющего роль Даниила Черного, старшего собрата Андрея Рублева.


Даниил Черный (Николай Гринько).

Еще один, также нам уже известный актер, – Николая Бурляев, снялся в роли Бориски Моторина, главного персонажа венчающей фильм киноновеллы «Колокол».






Появление Бурляева в «Андрее Рублеве» было, однако, далеко не безусловным.
«После “Иванова детства”, – вспоминал Николай Петрович, – у нас с Тарковским сложились дружеские отношения. И, конечно, в его новой картине “Андрей Рублев” я тоже рассчитывал получить работу.
В сценарии мне приглянулась роль Бориски. Но Андрей отдал ее 30-летнему актеру, и мне стоило больших усилий убедить режиссера “омолодить” этого “сына колокольных дел мастера”.
Я добился этого, действуя через близкое окружение Андрея – оператора Вадима Юсова и консультанта Савелия Ямщикова».



Савва Ямщиков, Вадим Юсов и Анатолий Солоницын на съемках фильма «Андрей Рублев». 1966 г.

Подробнее рассказал об этом Савва Ямщиков.
По его словам, Николай Бурляев, снимавшейся в это время в эпизодической роли корнета в экранизации пушкинской «Метели», оказался в это время в Суздале.
На уговоры консультанта картины дать Бурляеву роль Бориски Тарковский долго отнекивался, ссылаясь на «знаменитость» и «затёртость» молодого актера после «Иванова детства», но, в конце концов, сдался и утвердил.




Именно это обстоятельство, по словам Саввы Ямщикова, сыграло решающую роль во всей дальнейшей судьбе актера:
«Состоявшаяся на съемках “Андрея Рублева” встреча с историей, наши разговоры о прошлом и настоящем Отечества во многом определили дальнейшую жизнь Николая Бурляева.




Последовательность и стойкость, с какими он сейчас борется против пошлости в искусстве; проводимый Бурляевым ежегодный фестиваль православного кино “Золотой витязь”, задуманный им для телевидения цикл “Светочи Православия” – всё начиналось на фильме Тарковского».


Андрей Тарковский и Николай Бурляев на съемочной площадке.

Первоначально роль Бориски предназначалась актеру Юрию Назарову.
«Я был как раз тем 30-летним актером, – рассказывал он, – которому первоначально предназначалась роль Бориски. Но Коля сыграл ее просто блестяще...»
Сибиряк из Новосибирска, Юрий Владимiрович, как и Андрей Тарковский, принадлежал к поколению «детей войны» (родился в 1937 году).
«По молодости, – вспоминает он, – быть рефлексирующим интеллигентом модно было. От тоски поступил в Щукинское училище, которое вскорости бросил, чтобы, так сказать, пойти в народ. Мне было семнадцать лет, хотелось увидеть жизнь, как она на самом деле. Ректор мне сказал замечательную вещь: “Ты думаешь, что ты у нас самый порядочный, а мы типа дерьма, а мы тебе платим стипендию, будь добр за полгода отчитайся”. Но я сдал сессию – и уехал в Казахстан. И я там увидел народ, у которого кроме моих интеллигентских проблем своих было достаточно».
Разнорабочий на строительстве железнодорожных мостов в Казахстане, в стройколонне в Новосибирске, в сибирском колхозе, молотобоец в станичной кузне на Дону – таков послужной список бывшего студента «Щуки».
Однако тяга к актерскому ремеслу все же победила. Он поступил в Высшее театральное училище имени М.С. Щепкина, которое и закончил в 1960-м, став сначала актером театра Ленкома, а с 1963 г. – Театра-студии киноактера.
Дебют в кино состоялся в 1957 г. в фильме Сергея Юткевича «Рассказы о Ленине», в котором Юрий Назаров сыграл небольшую роль молодого рабочего.
Всего за свою актерскую карьеру он снялся более чем в 200 фильмах. Главным образом это роли второго плана, однако с ярко выраженным характером.
Молодого артиста с чисто народной русской внешностью, светло-русыми волосами Андрей Тарковский заприметил сразу. Он пробовал его еще на роль капитана Холина а «Ивановом детстве», сыграл которую в итоге Валентин Зубков.
Первым фильмом режиссера, в котором снялся Юрий Назаров, стал «Андрей Рублев».
Причем, сыграл он в нем сразу две роли: Великого и Малого князя.



В роли Великого и Малого князя (справа налево) Юрий Назаров.

Вообще-то роль князей писалась специально под Василия Шукшина.
По словам сестры режиссера Марины Арсеньевны, «он поражал Андрея самобытностью. Их даже вдвоем на курс брать не хотели: Шукшина из-за излишней простоты и сапог, а Андрея из-за интеллигентности и томика “Война и мiр” под мышкой. Но к моменту съемок фильма их пути разошлись».
На съемках «Андрея Рублева» Юрию Назарову впервые пришлось сесть на коня.




Участие в этом фильме, по его признанию, одна из самых дорогих и важных для него работ.
Один из разделов вышедшей в 2008 г. книги Ю.В. Назарова «Только не о кино» озаглавлена «Чем мне дорог Тарковский».
Автор пишет: «У меня в душе, в памяти, в очень глубокой моей любви к нему и благодарности (конечно же, ему в свое время не высказанных) живет свой Тарковский. Возможно, очень мало похожий на “всеобщего”. Наверняка неполный. Мой. Локальный. […]
Сам я – реалист. По натуре, по душе, по идеологии (мiровосприятию). И естественно, что мне дорога именно эта сторона его творчества – реалистическая. Но в общем-то и все его “странности”, если на них смотреть философски, – это нормальный художнический, а может, и художественный реализм».



Великий князь (Юрий Назаров) и Андрей Рублев (Анатолий Солоницын).

«Андрей Рублев», уверен актер, занимает в русском кинематографе примерно такое же место, как «Война и мiр» Толстого в русской литературе.
Юрий Владимiрович будет играть и в другом (очень дорогом Андрею Тарковскому) фильме «Зеркало». Там он исполнит запомнившуюся зрителям роль контуженного военрука.



Юрий Владимiрович Назаров.

Однако подлинным открытием фильма стал Анатолий Солоницын (1934–1982), исполнивший главную роль.
Сценарий «Андрея Рублева» был опубликован в четвертом и пятом номерах журнала «Искусство кино» за 1964 год.
Молодой актер Свердловского драматического театра Анатолий Солоницын прочитал его и буквально заболел фильмом.
Взяв в театре отгулы, он отправился в Москву.
Возможно, тут дал знать о себе прадед актера – «ветлужский летописец» и богомаз XVIII века Захар Солоницын, ежедневно ходивший молиться в соседнее село, поскольку в деревне, где он жил, храма не было.
Идти приходилось лесом. Вот и проложил молитвенник себе путь топором, известный всем последующим поколениям жителей тех мест как «Захарова тропа».
С таким же упорством торил себе дорогу к высокому искусству и его правнук – Анатолий Солоницын.
А желающих сыграть роль Андрея Рублева было немало.
Описывая возникший среди актерской братии ажиотаж в связи с известием о том, что прославившийся «Ивановым детством» режиссер собирается снимать новый фильм, да еще исторический, Савва Ямщиков вспоминал о том, как многие из них примеривали на себя роль Рублева:
«Говорили то об одном, то о другом, и тоже невероятно талантливом актере. Пробы в гриме и пробы без грима, новые звонки в театры и на студии, сотни фотографий анфас и в профиль.
Что же мешало окончательному решению? Популярность, узнаваемость “звезд” экрана и столичной сцены. Андрей не раз говорил мне: “Вот бы такого, чтоб и зрители совсем не знали, и в самую точку попасть”.
Однажды он вызвал меня в режиссерскую комнату и веером разложил на столе фотографии. Я заметил, что глаз у Андрея горит, и значит, это не просто очередная проба сто первого претендента. Смотрю на фотографии и вижу: лицо абсолютно незнакомое, но такое “рублёвское”, хотя, как известно, изображений великого мастера мы не имеем.
“Да, удивительно похож. Но из Свердловска. Не знаю, что он за актер, все-таки провинция”, – Андрей колебался.




Но я-то совсем иначе относился к провинции. Исходив-изъездив русскую глубинку вдоль и поперек, сколько ярчайших, самобытнейших талантов повстречал!
Поэтому поспешил развеять режиссерские сомнения: “Ты же умеешь работать с актерами, а лицо, фактура потрясающие”».
Помимо вполне понятного риска “поставить не на ту лошадку”, существовало и еще одно немаловажное препятствие: на роль Андрея Рублева был уже утвержден Станислав Любшин, и режиссеру стоило немалого труда всё переиграть.




А теперь надобно, хотя бы и весьма кратко, рассказать об этом человеке, ставшем «вечным спутником» режиссера, буквально до самой гробовой доски.
Анатолий Алексеевич родился в Богородске Горьковского края в семье известного журналиста – ответственного секретаря газеты «Горьковская правда».
В том году, когда он появился на свет, главным событием, за которым без преувеличения следила вся страна, была челюскинская эпопея. Потому отец и решил назвать сына Отто – в честь руководителя экспедиции Отто Юльевича Шмидта.
После неудачи в 1955 г. при поступлении в ГИТИС Анатолий Солоницын уехал на Урал, поступив в только что открывшуюся студию при Свердловском драматическом театре, которую он окончил в 1960 году.
Однако в театре, в труппу которого он поступил, заметных ролей ему не давали.



Андрей Рублев (Анатолий Солоницын) и Даниил Черный (Николай Гринько).

Получив роль в фильме, актер целиком сосредоточился на ней, уволившись из театра.
Для Анатолия Солоницына фильм начинался с молчания. Первой предстояло снять последнюю новеллу «Колокол», в которой главный герой должен был внезапно заговорить после принятого им несколько лет назад обета молчания.
Готовившись к этому, актер, по настоянию режиссера, молчал три месяца, а в последние перед началом съемки дни, правда уже по собственной инициативе, перетянул даже горло шарфом.
«Представляешь, какой у него будет голос после этих трех месяцев немоты?!» – говорил Андрей Тарковский Савве Ямщикову.




Много времени проводивший тогда с актером Савва Ямщиков позднее рассказывал: «Более благодарного слушателя, чем он, трудно себе представить. Тактичный, внимательный, невероятно дотошный, он часами готов был ходить со мной по музеям, вникал в тонкости иконописи, сидел в библиотеках над научными трудами по истории Древней Руси. Очень он оказался мне близок – и чисто по-человечески, и как великолепный, тончайший актер».
У большинства смотревших потом фильм возникло впечатление, что актер и сам человек верующий.
Дочь его Лариса свидетельствовала: «У нас дома всегда был красный угол, где хранилась семейная икона Николая Чудотворца».
Брат Алексей уточняет: «Мы были, конечно, стихийно верующими. А осознанной его вера стала после “Рублева”. Сама личность иконописца, живопись Феофана Грека, Даниила Черного, пребывание в этих храмах сильно повлияли на Анатолия. Он не был в партии, крест носил постоянно. Я даже боялся, что ему это повредит в работе, сломает карьеру».



Дочь Анатолия Солоницына Лариса: «Мне было лет 17, я работала в Питере в кинотеатре вечерним администратором. Тогда снова начали показывать Тарковского. Меня совершенно заворожил этот фильм. Через два-три дня я уже выучила его наизусть. И иногда, даже не заходя в зал, просто слушала у дверей. Там есть момент, когда отец разговаривает с маленькой княжной, и у него в голосе те же интонации, как он говорил со мной. Абсолютно. И теперь у меня это единственная возможность услышать тот его голос».


Режиссёр высоко ценил актёрские способности Солоницына.
«Начиная с “Андрея Рублева”, – утверждала Маргарита Терехова, – Тарковский не мыслил своих картин без Солоницына. Если роли для Анатолия в фильме не было, она придумывалась специально, подобно Прохожему в “Зеркале”».
Кроме фильмов, Анатолий Солоницын исполнял также роль Гамлета в театре Ленкома в постановке Андрея Тарковского.



Андрей Тарковский и Анатолий Солоницын.

О потрясающей жертвенности актера свидетельствует история с так и неосуществленной экранизацией «Идиота», в которой Солоницын должен был играть автора (Достоевского).
Для достижения еще большего сходства Анатолий Алексеевич хотел сделать пластическую операцию. Тарковский опешил: «С ума сошел, ты же тогда больше играть не сможешь с лицом-то Федора Михайловича!» На что актёр спокойно ответил: «Если я сыграю Достоевского, зачем мне что-то ещё играть?».
Кстати, впоследствии Солоницын всё-таки сыграл Достоевского в фильме «Двадцать шесть дней из жизни Достоевского» и за эту роль получил приз Берлинского кинофестиваля.
Случались и искушения.
О некоторых из них рассказала в очерке об Анатолии Солонинцыне журналистка Светлана Самоделова:
«“От ролей Ленина и Распутина его уберег Бог”, – так считает брат артиста – Алексей. А вождя мiрового пролетариата Солоницын сыграть хотел. Для него Ленин был, прежде всего, яркий характер. Анатолий любил пугать друзей, внезапно изменив походку, жесты и заговорив “по-ленински”. Вместо друга Тольки появлялся Ильич. Коллеги по театру утверждали, что под “пролетария в кепке” Солоницыну и гримироваться особенно не надо было.
К столетию со дня рождения вождя поток ленинских постановок в стране рос как снежный ком. Во многих спектаклях периферийных театров и студий вождь превращался в карикатуру. Поэтому каждую кандидатуру на роль Ильича нужно было согласовывать на самом верху. Директор студии Шляк с фотопробами Солоницына вылетел из Новосибирска в Москву.
Генеральный директор “Мосфильма” Сизов, рассматривая фотографии, удивлялся: “Похож! Вылитый Ильич. Кто артист?” Шляк с гордостью сказал: “Солоницын”. Сизов насторожился: “Какой Солоницын? Который Рублева играл? Вчера, значит, монаха, а сегодня Ленина? Нет, этого разрешить я не могу…”»
А вот Г.Е. Распутина в фильме Элема Климова «Агония» Анатолий Солоницын, несмотря на настойчивые уговоры режиссера, играть категорически отказался.
Прожив 47 лет, актер снялся в 46 картинах. Однако для большинства зрителей он так и остался «Андреем Рублевым».
На мемориальной доске на его доме-музее в нижегородской глубинке он запечатлен именно в образе монаха Андрея. Надпись гласит: «30 августа 1934 года в городе Богородске родился великий актер Анатолий Алексеевич Солоницын».




Другим столь же близким Андрею Тарковскому человеком стала Тамара Огородникова – директор фильма «Андрей Рублев», снимавшаяся в этой и других картинах режиссера.
Тамара Георгиевна, окончившая в свое время дирижерско-хоровое отделение Академического музыкального училища при Московской консерватории имени Чайковского, работала тогда главным редактором на киностудии «Мосфильм», позднее (в начале 1970-х) – заместителем директора творческого объединения «Экран». Именно она помогала Сергею Параджанову, другу Андрею Тарковского, в постановке фильма «Чудо в Оденсе» вплоть до ареста этого режиссера в 1973 году.
«На “Рублева” я пришла сама, – рассказывала она. – Просто прочитала сценарий – он был в “Искусстве кино” напечатан».
В ту пору ей как раз исполнилось сорок лет.
«Когда мы должны были снимать Голгофу, – продолжает свой рассказ Тамара Георгиевна, – он сказал: “Я хочу вас снять”. […] Там еще должны были Юсова снимать в роли Пилата, но от этой сцены Андрей Арсеньевич отказался. […]
Андрей Арсеньевич говорил мне, что, по его мнению, русский человек – прежний – должен был иметь такую внешность, как у меня».



«Мать Иисуса» (Тамара Огородникова). Фильм «Андрей Рублев».

«Андрей Рублев» положил начало их долголетнему сотрудничеству.
«Позднее, когда он снимал “Солярис”, – говорила Т.Г. Огородникова, – я стала директором объединения, где он работал. Он снимал у нас еще “Зеркало”. […]
…Он предложил мне сниматься в “Солярисе”. […] …Говорил, [что это,] может быть, тетка или домоправительница – в общем, женщина, цементирующая семью; та, кто остается на Земле, – так примерно».



Анна, тетка Криса (Тамара Огордникова). Фильм «Солярис».

Роль Тамары Огородниковой в следующей, после «Соляриса», ленте Андрея Тарковского («Зеркало») обозначена как «няня, соседка, странная женщина за чайным столиком».


Тамара Огородникова: «…Эпизод в "Зеркале", с чтением письма Пушкина, где он меня снял, – он ведь вначале был гораздо больше, там Игнат много читал из этого письма. Но религиозную часть Андрею Арсеньевичу предложили выбросить, и он выбросил. Согласился».


«Он видел в этой женщине, – объясняла понимание этого персонажа режиссером Тамара Георгиевна, – даже не интеллигенцию русскую, а какую-то преемственность, что-то давнее, из глубины откуда-то идущее (Мише Ромадину [художнику] тоже так казалось).
Андрей Арсеньевич видел во мне какой-то тип […] внешности народной прежних времен – и который перебрасывается в наше время».




Тамара Огродникова занимала определенное место и в последующих замыслах Андрея Тарковского.
Еще во время съемок «Зеркала» он сказал ей, чтобы та «изучала “Идиота”: там есть генеральша с двумя дочерьми... Епанчина... Он сказал, что хочет меня снимать в этой роли. А Маргарита Терехова – ее он представлял как Настасью Филипповну. […]
…Он жалел, что меня нет в “Сталкере”. Просто он считал, что если я буду у него сниматься, то все будет удачно. А почему – не знаю».



Продолжение следует.
Tags: «Андрей Рублев» Тарковского, Анатолий Солоницын, Вадим Юсов, Ирма Рауш, Николай Бурляев, Николай Гринько, Тамара Огородникова, Юрий Назаров
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 5 comments