sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

МЫСЛИ НА ОБДУМЫВАНИЕ




РОССiЯ versus UNITED STATES


Волкохищна Америка
Людми в нравах, в царствах дика.

Иеродиакон КАРИОН (Истомин). 1692 г.


Россия и Америка – тема эта поистине неисчерпаема.
Для осмысления некоторых ее аспектов мы выбрали всего несколько цитат, позволяющих посмотреть на этот злободневный вопрос в несколько необычном ракурсе.



Нью-Йорк, расцвеченный флагами США в день получения известия о февральском перевороте 1917 г. в России.

Преподобный Серафим Саровский:
«НА ВСЕПОГИБЕЛЬ ЛИНКОЛЬНА»


Первая цитата – из письма Н.А. Мотовилова, «Служки Божией Матери и Серафима», написанного им 15 апреля 1865 г. Императору Александру II:
«...По особому священнотаиному от Великого старца Серафима извещению, данному мне в 1 день апреля 1865 о гибели Линкольна, хоть и не ярого, но все-таки аболяциониста, а как выразился он, Великий отец Серафим, Господу и Божией Матери не только неугодно такое страшное угнетение, раззорение и неправедное уничижение, которое возобладавшими надо всем декабристами, ярыми аболиционистами, творится повсюду у нас в России, но и самые обиды Линкольном и североамериканцами – Южных Штатов рабовладельцев – всецело неугодны благости Божией, а потому на образе Божией Матери Радости всех Радостей, имевшей по тому повелению его, Батюшки отца Серафима, послаться к Президенту южных и именно рабовладельческих штатов – велено было скрепить надписью НА ВСЕПОГИБЕЛЬ ЛИНКОЛЬНА».



Яков Шифф – американский еврейский банкир русской революции.


Митрополит Иосиф (Петровых):
«СТРАНА СВОБОДЫ» АМЕРИКА ИЗГНАЛА ИМЯ ХРИСТОВО ИЗ СВОИХ ШКОЛ


Следующие слова принадлежат митрополиту Иосифу (Петровых, 1872†1937). Они были сказаны им еще в 1909 г., в бытность его архимандритом:
«Ныне многие жалуются на тяжелые времена для Церкви... Понимая слова Спасителя во всей точности, мы должны ждать для Церкви еще более худших времен... Без всякого преувеличения, она должна в действительности пережить состояние, близкое к совершенной погибели и одолению вратами ада.
Быть может, у нас, совершенно как в стране свободы – Америке, изгонят из школ самое Имя Христово. Церковные молитвенные собрания применят к обыкновенным сходкам с полицейского разрешения, как в другой стране свободы – Франции, и достояния церковные, вместе с самым правом веры, обратят в собственность государства.
Быть может, вера Христова опять запрячется в леса, пустыни, катакомбы, и исповедание ее будет только тайное, а безнравственные и кощунственные представления явными. Все это может быть!
Борьба со Христом должна быть отчаянная, до напряжения последних усилий человеческих и адовых, и вот тогда-то только, может быть, и дано будет аду и человеку со всею очевидностью уверить нас в неложной силе и крепости драгоценного обетования Христова: “Созижду Церковь Мою, и врата адова не одолеют Ея” (Мф. 16, 18)».



Адольф Гитлер и сторонница его идей, английская актриса Юнити Валькирия Митфорд (1914–1948). Дочь британского аристократа и двоюродной сестры супруги Уинстона Черчилля, она не раз приезжала в Германию (впервые в 1934 г.). Встреча ее с Гитлером произошла 9 февраля 1935 г. в мюнхенском ресторане «Osteria Bavaria», в котором Фюрер часто бывал. Впоследствии они встречались не менее ста раз. 3 сентября 1939 г., после объявления Великобританией войны Германии, Юнити стрелялась из подаренного ей Гитлером пистолета, но выжила. 8 ноября 1939 г. состоялась их последняя встреча. Митфорд просила отправить ее на родину. Поселившись в Шотландии, она скончалась 28 мая 1948 г. от менингита, вызванного отеком головного мозга вокруг неизвлеченной пули.


А. Гитлер:
«В МIРЕ ОСТАНУТСЯ ЛИШЬ ДВЕ СИЛЫ,
СПОСОБНЫЕ РЕАЛЬНО СОСТЯЗАТЬСЯ МЕЖДУ СОБОЙ»


В феврале-апреле 1945 г. в Берлине Гитлер диктовал стенографистке свое Политическое завещание.
Приведем отрывки из последней, датированной 2 апреля, записи, касающейся нашего времени:
«В случае поражения Рейха, в ожидании подъема азиатского, африканского и, возможно, южноамериканского национализма, в мiре останутся лишь две силы, способные реально состязаться между собой: Соединенные Штаты и Советская Россия.
Законы истории и географии приговорили эти две силы померяться силами как в военном, так и экономическом и политическом плане.
Те же законы обрекли их стать противниками Европы.
Обе эти державы, несомненно, в более или менее короткие сроки пожелают заручиться поддержкой единственного великого народа, оставшегося после войны – немецкого народа.
Я, настойчиво заявляю: этого не должно произойти ни в коем случае. Немцы не должны играть роль пешки в партии, разыгрываемой русскими или американцами».



Гитлер за несколько часов до самоубийства во дворе Рейхсканцелярии. Фото с сайта Businessinsider.

«В настоящий момент мне трудно сказать, какой иудаизм, с идеологической точки зрения, для нас будет более вредоносным – американский, капиталистический или его большевицкий, коммунистический вариант.
Действительно, русские под давлением обстоятельств могут окончательно избавиться от еврейского марксизма, однако, лишь для того, чтобы возродить вечный панславянизм в его самом жестоком и диком облике».




«Что касается американцев, то если им не удастся в ближайшее время сбросить иго нью-йоркских евреев, их гибель последует незамедлительно – они так и не достигнут возраста зрелости. Их огромная материальная мощь при столь же поразительной слабости духа навевает образ ребенка, страдающего гигантизмом. Возникает вопрос, не является ли американская цивилизация, цивилизацией, обреченной развалится столь же стремительно, как она и возникла».



«Если Северной Америке не удастся сменить себе идеологическую доктрину на менее злокачественную, чем та, которая сейчас у них […], весьма сомнительно, что ей ещё долгое время удастся оставаться преимущественно белым континентом.
Очень скоро станет очевидно, что у этого колосса на глиняных ногах, после своего фантастического подъема, осталось только и сил, чтобы вызвать свое собственное низвержение.
И что за прекрасный шанс, предоставит этот падение желтым расам!
С точки зрения, как истории, так и справедливости желтые расы будут иметь абсолютно те же аргументы, чтобы оккупировать американский континент, какие имели европейцы в шестнадцатом столетии.



Теперь уже и в Европе...

Их многочисленные и голодные массы примут на себя единственное право, распознаваемое историей – право голодных людей на утоление голода – разумеется, если это право подкреплено силой!»


«За свободу тогда – 4 июля 1776 г. 1917 г. – За свободу теперь!». Американский плакат, приветствующий государственный переворот в России.


А. Токвиль:
АМЕРИКЕ И РОСИИ ПРЕДСТОИТ
«ДЕРЖАТЬ ОДНАЖДЫ В СВОИХ РУКАХ СУДЬБЫ ПОЛОВИНЫ МIРА»


На неизбежное в будущем противостояние Америки и России указывал еще известный в свое время французский политический деятель и философ Алексис де Токвиль (1805–1859).
Совершив в 1831 г. поездку в Северную Америку, он написал историко-политический трактат «Демократия в Америке», в первой книге которого, вышедшей в 1835 г., коснулся этого вопроса.
Работа эта считается «лучшей книгой о демократии» и одновременно «лучшей книгой об Америке». ЕЕ еще называют также «классическим изложением идеологии либеральной демократии».
В ней автор, между прочим, предвидел распространение «американского опыта» и на всю Европу:
«…Мне представилось, что та самая демократия, которая господствовала в американском обществе, СТРЕМИТЕЛЬНО ИДЕТ К ВЛАСТИ В ЕВРОПЕ [...] Вся эта книга была написана в состоянии священного трепета, охватившего душу автора при виде этой НЕУДЕРЖИВОЙ РЕВОЛЮЦИИ».
Однако книга эта, впрочем, также, как и сам ее автор, не столь уж проста, как это представлялось.
Как показали недавние усилия нашего соотечественника, взявшего на себя труд разыскать французский первоисточник и сверить его с русским перевод, многое оказалось перевернутым с ног на голову.
И вряд ли, прибавим мы, случайно.
Противопоставляя «Новый Свет и Российскую Империю – общество либеральной демократии и общество, построенное на единовластии», – Токвиль, по бытовавшей до сих пор версии, будто бы писал:
«В настоящее время на земле существуют два великих народа, которые, начав с различных точек, приближаются, по-видимому, к одной и той же цели: это русские и англо-американцы... Для одного главное действие есть свобода, для другого РАБСТВО».




Эта цитата, приводившаяся во многих исследованиях, при ближайшем рассмотрении оказалась, однако, намеренно сфальсифицированной.
«Ошибка при переводе и цитировании, – пишет обративший на это внимание автор нового исправленного перевода, – произошла из-за невнимания авторов к многозначительности оттенков французского слова servitude.
В оригинальном тексте Токвиля отсутствует прямое слово “рабство” (esclavage), как и указание на рабовладение в Российской Империи.
Для русского человека основным и неизменным в веках оставалось служение Отчизне, долг перед Родиной, обязательство, ответственность, но никак не рабство.
Два слова “Служу Отечеству!” давно стали атрибутом русской цивилизации».
Вряд ли, однако, дело было в одной лишь невнимательности и небрежности.
Дело в том, что перевод на русский язык трактата Токвиля был осуществлен в 1860 г. революционером-народовольцем Александром Якубовичем.
Следующий перевод вышел в 1897 г. в Москве.
Наконец, третий появился в весьма «подходящее» время и при соответствующей поддержке: в 1992 году, при содействии Информационного агентства США.
Последним, понятно, было ни к чему менять прежние удобные им смыслы.
Но вот, однако, новый перевод этого места из книги Токвиля, очищенный от более чем полуторавековых искажений, выполненный Александром Геннадьевичем Савойским, экспертом российской правительственной делегации на 69-й сессии Генеральной Ассамблеи ООН:
«В настоящее время на земле существуют два великих народа, которые, начав с разных точек, двигаются, похоже, к одной и той же цели. Это русские и англо-американцы.
Оба эти народа развивались незаметно; и пока внимание человечества было занято другим, они неожиданно переместились в первый ряд среди наций, и мир почти в одно и то же время узнал об их рождении и величии.
Все другие народы кажутся достигшими своих естественных пределов и способными только к самосохранению; но эти два народа находятся в процессе роста. Все другие нации остановились в своём развитии или продолжают его с большими трудностями. Эти же два народа движутся вперёд быстрыми и лёгкими шагами по пути, который не имеет предела.
Американец сражается против препятствий, которые ему посылает природа; россиянин – против людей. Один борется с пустыней и иноземцами, другой – с хорошо вооружённой цивилизацией так же, как американец одерживает победы с помощью плуга земледельца, а русский – солдатским штыком.
Для достижения своей цели американец полагается на личный интерес и действует без ограничения силы и без управления разумом людей [т.е. без координации человеческого сознания и при отсутствии элементарного мышления. Специалисты называют это “свободой” и предлагают несколько иной перевод: В Америке для достижения целей полагаются на личный интерес и дают полный простор силе и разуму человека. – С.А.Г.]
Россиянин, в определённом смысле, вбирает (концентрирует) в человеке всю мощь общества. [Фальсифицированный более ранний перевод: “Что касается России, то можно сказать, что там вся сила общества сосредоточена в руках одного человека”.]
Для одного главным движущим средством является свобода; для другого – СЛУЖЕНИЕ [В фальсифицированном переводе: “РАБСТВО”].
У них разная отправная точка, их пути различны; однако, каждый из них, похоже, призван преднамеренным таинством Провидения держать однажды в своих руках судьбы половины мiра».




Разъяснив заложенные Токвилем в его книге смыслы, касающиеся расхождения между Русской и Американской цивилизациями, а в связи с этим и их будущего, обратим внимание на реакцию на трактат русских современников французского автора, которым не требовался переводчик.
Первая книга, напомним, вышла в Париже в 1835 г., а уже 15 февраля 1836 г. А.И. Тургенев сделал в дневнике такую запись: «...Вчера провел вечер на чтении Токвиля “О демократии (в Америке)”».
Александр Иванович – либерал, западник и масон, а еще – давний друг А.С. Пушкина, которому, для его журнала «Современник», он и послал информацию о книге Токвиля с подчищенной специально для цензора цитатой в сопровождении усыпляющего его бдительность комментария: «Талейран называет его книгу умнейшею и примечательнейшею книгою нашего времени; а он знает и Америку, и сам аристократ, так как и Токвиль, которого все связи с Сэнжерменском предместьем».
Подлинную суть этого человека, впрочем, как и его окружения, раскрывают вот эти строчки из письма, написанного А.И. Тургеневу одним из его друзей-единомышленников – князем П.А. Вяземским:
«Неужели можно честному русскому быть русским в России? Разумеется, нельзя; так о чем же жалеть?
Русский патриотизм может заключаться в одной ненависти к России – такой, как она нам представляется. Этот патриотизм весьма переносчив.
Другой любви к отечеству у нас не понимаю...
Любовь к России, заключающаяся в желании жить в России, есть химера, недостойная возвышенного человека.
Россию можно любить как б…., которую любишь со всеми ее недостатками, проказами, но нельзя любить как жену, потому что в любви к жене должна быть примесь уважения, а настоящую Россию уважать нельзя».
Собственно, это классическое кредо Смердякова: «Я ненавижу Россию. Я всю ее ненавижу».
И совершенно неважно, что один – плод барского блуда и воображения писателя, а второй – вполне реальное лицо и законный князь-Рюрикович.
Как весьма проницательно писала поэт и публицист Татьяна Глушкова: «Смердяковщина – явление не национальное (пусть дурное национальное). Она заведомо вненациональна, верный знак полной денационализации личности.
Точно также она – не извращение христианства, выверт или “надрыв” его, а – внехристианская, внеправославная данность, на христианство даже не оглядывающаяся, существующая параллельно ему и независимо от него.
Смердяковщина со своим “Бога нет” и “всё позволено”, – это, собственно, сатанизм».
Не случайно, видимо, что оба эти вольных каменщика (и Тургенев, и Вяземский) стали, когда пришло время, при гробе Пушкина «в почетный караул»:

http://www.nashaepoha.ru/?page=obj93178&lang=1&id=1992



А.С. Пушкин:
«ДУХ ВЕКА ВОТ КУДА ЗАШЕЛ!»


Как же, однако, реагировал на книгу Токвиля сам А.С. Пушкин?
Узнав о ней, он тотчас же приобрел ее и самым внимательным образом ознакомился.
«…Нынешний Император, – писал поэт 19 октября 1836 г. П.Я. Чаадаеву, – первый воздвиг плотину (очень слабую еще) против наводнения демократией, худшей, чем в Америке (читали ли вы Токвиля? Я еще весь разгорячен его книгой и совсем напуган ею)».
Что же так испугало Александра Сергеевича?
Восхваляя демократию в Америке, Токвиль прогнозировал возникновение там НОВЫХ ФОРМ ПОЛИТИЧЕСКОГО ДЕСПОТИЗМА.
«Такая тирания большинства может привести к автократии и всевластию одного, по отношению к которому все равны в своем ничтожестве», – весьма точно определял он суть этого явления.
При этом автор подмечал: «Воздух здесь пропитан корыстолюбием, и человеческий мозг […] не практикуется ни в чем ином, кроме как в погоне за богатством».
Последние слова у Пушкина, несомненно, наложились на известные ему размышления другого глубоко почитавшегося им французского мыслителя – Сисмонди, писавшего об американцах:
«Основной интерес в жизни – барыш, и в самой свободной стране самое свободу стали ценить меньше, чем прибыль. Расчетливость и дух делячества присущи даже детям [...] Дух этот накладывает на моральную физиономию народа такое пятно, которое нелегко будет стереть».
Именно над этими проблемами Русский Гений напряженно размышлял все последние месяцы своей жизни.
Кое-что было им сформулировано на бумаге и даже напечатано.
Так, в третьей книге «Современника» за 1836 г. появилась его известная статья «Джон Теннер», первые страницы которой были вдохновлены его чтением трактата Токвиля:
«С некоторого времени Северо-Американские Штаты обращают на себя в Европе внимание людей наиболее мыслящих.
Не политические происшествия тому виною: Америка спокойно совершает свое поприще, доныне безопасная и цветущая, сильная миром, упроченным ей географическим ее положением, гордая своими учреждениями.
Но несколько глубоких умов в недавнее время занялись исследованием нравов и постановлений американских, и их наблюдения возбудили снова вопросы, которые полагали давно уже решенными.
Уважение к сему новому народу и к его уложению, плоду новейшего просвещения, сильно поколебалось.
С изумлением увидели демократию в ее отвратительном цинизме, в ее жестоких предрассудках, в ее нестерпимом тиранстве.
Все благородное, безкорыстное, все возвышающее душу человеческую – подавленное неумолимым эгоизмом и страстию к довольству (comfort); большинство, нагло притесняющее общество; рабство негров посреди образованности и свободы; родословные гонения в народе, не имеющем дворянства; со стороны избирателей алчность и зависть; со стороны управляющих робость и подобострастие; талант, из уважения к равенству, принужденный к добровольному остракизму; богач, надевающий оборванный кафтан, дабы на улице не оскорбить надменной нищеты, им втайне презираемой: такова картина Американских Штатов…»
В том же 1836 г. А.С. Пушкин возвратился к замыслу неоконченной своей поэмы «Езерский», напечатав несколько строф из нее в «Современнике»:


Мне жаль, что тех родов боярских
Бледнеет блеск и никнет дух;
Мне жаль, что нет князей Пожарских,
Что о других пропал и слух,
. . . . . . . . . . . . .
Что геральдического льва
Демократическим копытом
Теперь лягает и осел:
Дух века вот куда зашел!



Осел – символ Демократической партии в США.

Вернемся, однако, к Алексису Токвилю. Пик карьеры этого лидера консервативной «Партии порядка» пришелся на 1849 год, когда он стал министром иностранных дел Франции.
Находясь на этом посту, он пытался коренным образом изменить традиционную французскую политику по отношению к германским государствам.
«Мое личное мнение, – писал он в своих мемуарах, – заключается в том, что нашему Западу угрожает опасность рано или поздно подвергнуться игу или по меньшей мере непосредственному и непреодолимому влиянию русских Царей; поэтому я полагаю, что нам необходимо содействовать объединению всех немецких племен, чтобы противопоставить их России.
Положение Европы изменилось; мы также должны изменить наши старые руководящие правила и не бояться усиления наших соседей для того, чтобы они были в состоянии, – когда это окажется нужным, – отражать вместе с нами нападения нашего общего врага».

Итоги этого плана известны.
Объединенная Европа существует.
Лидерство Германии в ней очевидно.
Вот только Франции, увы, практически уже нет.
Правда, за это время в Европе появился новый игрок, собирающий под свои знамена тех, кто уцелел – заокеанские Соединенные Штаты Америки.
Что касается России, то упование наше неизменно: ВЕЛИК РУССКИЙ БОГ!
Tags: Мысли на обдумывание
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments