sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

К ПОНИМАНИЮ ЛИЧНОСТИ «LE PRINCE DE L`OMBRE» (46)




Лубянка наносит удар (продолжение)


Описанная нами в прошлом по́сте деятельность ОГПУ посеяла в эмиграции раздор и нестроения.
Вот как оценивает положение своих соотечественников потомок русских эмигрантов Александр Борисович Жевахов в своей книге «Les Russes blancs», вышедшей в 2013 г. в Париже:
«Белые русские рассчитывали на помощь Европы, которая однако не испытывала ни участия, ни интереса. Особенно подрывали доверие к русским эмигрантам их связи с Германией, так как французы больше боялись германского реванша, чем большевицкой угрозы. Тем более что в окружение начинавшего политическую карьеру Гитлера входили несколько русских монархистов».
«Русские эмигранты оказались неспособны осознать свой новый, девальвированный статус». При этом «никто не желает принимать уроков или проповедей от людей, выброшенных из собственной страны… Пусть русские эмигранты работают в своих новых странах, поют и пляшут, чтобы развлекать Европу: это полезнее, чем речи о божественных основах человеческого существования. […] Что до коммунистических угроз, спасибо, европейские спецслужбы и полиция знают свое дело!»
Так безпечно вела себя думавшая, что она победила, утвердив вечный мир, Европа, находившаяся, еще не ведая о том, в преддверии еще более страшной и разрушительной войны, прошедшей не только по телам, но и по душам…
«…Один из читателей написал мне, – делился в одном из интервью своими размышлениями автор книги, – будто я представляю русскую эмиграцию, как балаган. Но ведь я не придумал разногласия между русскими генералами. Как говорил Ленин, факты – упрямая вещь. Хорошо известно, что Врангель и Кутепов далеко не всегда были согласны, что Великие Князья Николай и Кирилл враждовали.
– Вы описываете эти фантастические операции ЧК против белой эмиграции…
– Это правда, операция с Шульгиным, – это настоящая фантастика, особенно если учесть, что тогда не было современных технологий. Большевики были гораздо эффективнее, я говорю это, как профессионал – сотрудник Министерства обороны и Министерства внутренних дел. Впрочем, никто не знает, действительно ли Шульгин верил, что находится среди монархистов, или всё же заподозрил что-то… Об этом мог сказать только он сам, но не сказал – ведь это стало бы признанием его ошибки. […]
– Совсем не хочу защищать большевиков, но все же – почему только они? Разве не было гитлеровского фашизма? Разве не говорили в Америке: “Хороший коммунист – мертвый коммунист”? Разве не было ужасов Великой французской революции XVIII века? Вы сами в вашей книге показываете, что белые относились к красным с такой же жестокостью, как и красные к белым.
– Нельзя сравнивать Царскую охранку и ЧК! По сравнению с ЧК охранка – это детский сад. При Царе люди убегали из Сибири, а кто и когда убегал из советских лагерей? Поэтому русская эмиграция и хотела сказать Западу, что советский строй изменил человеческую историю. Теперь вся история делится на “до” и “после”. Да, обращение белых с красными во время Гражданской войны было ужасным, но я говорю о том, что произошло после гражданской войны, – массовые преследования невоенных, ГУЛАГ…
Я не знаю, существовали ли лагеря до советской власти. Некоторые утверждают, что они были при Наполеоне, но я не уверен. Действительно, в 1792 году во Франции были массовые убийства, людей топили в Сене, но это продолжалось лишь месяц! А при советской власти это стало системой. То, что написал Солженицын, русские эмигранты говорили еще в 20-е годы, но их не слушали, и это очень обидно».



Александр Борисович Жевахов родился в Париже. Происходит он из рода грузинских князей Жеваховых, находясь таким образом в родстве с последним предреволюционным товарищем Обер-Прокурора Св. Синода князем Н.Д. Жеваховым.
https://sergey-v-fomin.livejournal.com/239351.html

Описанная в прошлом по́сте операция «Трест» окончилась в год десятилетия Октябрьского переворота. Завершилась она по воле ее организаторов: поставленные задачи (нейтрализация боевого настроя военной эмиграции, захват руководителей антибольшевицкого сопротивления, дезинформация западных спецслужб) были выполнены, а усиливавшиеся подозрения в среде белых грозили провалом. Становилось ясным, что игру нужно было сворачивать, находясь в выигрышном положении, нанеся напоследок репутационный удар.
Едва ли не самый громкий скандал произошел с В.В. Шульгиным, ставшим – после выхода в январе 1927 г. в Берлине его книги «Три столицы» – по его собственным словам, самым знаменитым человеком в русской эмиграции.
В самом начале октября 1927 г. в одном из самых популярных эмигрантских изданий – выходившем в Париже еженедельнике «Иллюстрированная Россия» – появилась хлесткая статья «В сетях ГПУ». Главки раскрывали суть дела: «Сверх-Азефы. – Провокационный трест. – Якушев – он же Федоров. – Опперпут. – Дело Рейлли. – Тайна поездки В.В. Шульгина в сов. Россию».
Название последней главки, наряду с заголовком всей публикации, было вынесено даже на обложку журнала.

https://e11enai.livejournal.com/6483.html
Автором статьи был небезызвестный публицист Владимiр Львович Бурцев (1862–1942), получивший в свое время прозвище «Шерлока Холмса русской революции», кстати говоря, 11 августа 1920 г. в Париже дававший показания Н.А. Соколову.
Публикация эта навсегда похоронила авторитет В.В. Шульгина, как политического деятеля, вынужденного уехать в Югославию и жить там в безвестности, дожидаясь, когда после войны за ним придут смершевцы.



Василий Витальевич Шульгин. Фото 1934 г.

Примечательно, что и сам автор статьи В.Л. Бурцев тоже попался в сети ГПУ, да вот только «разоблачать» его самого было некому.
Именно он помог в 1921 г. легализоваться в Париже Н.Н. Алексееву, возглавлявшему группу чекистов, посланных для слежки за русскими эмигрантами.

http://memorial.krsk.ru/Articles/2009Teplyakov.htm
Сам Николая Николаевич Алексеев (1893–1937), работавший во французской столице под легендой «русского помещика», – личность зловещая. Впоследствии он был заместителем Секретно-оперативного управления ГПУ, резидентом в Лондоне (1924), начальником Информационного отдела (1926), полномочным представителем ОГПУ по Центрально-Черноземной области (1930) а затем по Западно-Сибирскому краю (1932). Под его руководством были арестованы и высланы на Север десятки тысяч крестьян, сфабрикованы дела о «заговоре в сельском хозяйстве» и о «белогвардейском заговоре». Последние должности, которые занимал Н.Н. Алексеев: помощник начальника ГУЛАГ НКВД и заместитель начальника Волгостроя. Преступника расстреляли в 1937 г., но в 1956-м реабилитировали.


Обложка журнала «Иллюстрированная Россия» (Париж. 1927. № 41. 8 октября) с очерком В.Л. Бурцева.

Разоблачения сильно подорвали авторитет генерала А.П. Кутепова – одного из наиболее дееспособных и решительно настроенных вождей Белого движения.
«Разгром ряда организаций в России и появившиеся на страницах зарубежной русской печати разоблачения известного провокатора Опперпута-Стауница-Касаткина, – писал 9 июня 1927 г. барон П.Н. Врангель своему другу генералу И.Г. Барбовичу, – вскрывают в полной мере весь крах трехлетней работы А.П. Кутепова. То, о чем я неоднократно говорил и Великому Князю, и самому Александру Павловичу, оказалось, к сожалению, правдой. А.П. попал всецело в руки советских Азефов, явившись невольным пособником излавливания, именем Великого Князя, внутри России врагов советской власти».
«С А.П. Кутеповым, – сообщал Петр Николаевич тому же адресату 21 июня 1927 г., – я говорил совершенно откровенно, высказав ему мое мнение, что он преувеличил свои силы, взялся за дело, к которому не подготовлен, и указал, что нравственный долг его, после обнаружившегося краха его трехлетней работы, от этого дела отойти. Однако, едва ли он это сделает. Ведь это было бы открытое признание своей несостоятельности. Для того, чтобы на это решиться, надо быть человеком исключительной честности и гражданского мужества».



Генерал П.Н. Врангель, митрополит Антоний (Храповицкий), архиепископ Анастасий (Грибановский) и Ольга Михайловна Врангель. Белград. Апрель. 1927 г.

Сам барон П.Н. Врангель стоял на весьма осторожных (в каком-то смысле даже «теплохладных») позициях «непредрешенчества» и «невмешательства Армии в политику». Однако это не помогло, в конечном счете, ни России, ни Армии, ни самому генералу.
25 апреля 1928 г. на 50-м году жизни он скончался в Брюсселе от скоротечной чахотки, будучи инфицированным подосланным к нему чекистским агентом.



Вынос тела генерала П.Н. Врангеля в Брюсселе.
На нижнем снимке (справа налево): генералы А.П. Кутепов, П.Н. Шатилов, А.А. фон Лампе, полковник В.И. Базаревский и генерал В.В. Марушевский.

https://humus.livejournal.com/2650943.html


Созданный П.Н. Врангелем 1 сентября 1924 г. Русский Обще-Воинский Союз на Лубянке почитали главным своим противником. Пусть пока он и находился на удобных Советам позициях «невмешательства» и «непредрешенчества», однако в любой момент, полагали в Москве, всё могло резко измениться.
Так, собственно, и произошло, когда председателем РОВС – после смерти барона П.Н. Врангеля – Великий Князь Николай Николаевич назначил генерала А.П. Кутепова.
Александр Павлович был, как известно, сторонником активных действий. Неудача с «Трестом» лишь поначалу обезкуражила генерала. Вгорячах он даже заявил, что после случившегося оставит военно-политическую деятельность и будет зарабатывать себе на жизнь столярными работами. Однако, как и предполагал П.Н. Врангель, провал лишь раззадорил его, толкнув на еще более рискованные действия. Смертники из Союза Национальных Террористов двинулись в советскую Россию, проведя несколько действительно громких актов.
Дело завершилось похищением 26 января 1930 г. среди бела дня в самом центре Парижа генерала. Руководил операцией заместитель начальника КРО ОГПУ С.В. Пузицкий. На месте работала «группа Яши» – начальника 1-го отделения ИНО ОГПУ Якова Исааковича Серебрянского – ученика известного террориста Якова Блюмкина:

https://sergey-v-fomin.livejournal.com/241437.html
После ликвидации А.П. Кутепова пост Председателя РОВС занял генерал Е.К. Миллер. Еще с июня 1923 г. Евгений Карлович находился в распоряжении Великого Князя Николая Николаевича, который в ноябре того же года доверил ему заведовать своими средствами. В 1925 г. генерал был старшим помощником Председателя РОВС. Занятие им в 1930-м места руководителя Союза, таким образом, было логически предопределено его положением.


Генерал Евгений Карлович Миллер (1867–1939).

Сотрудничество его с Великим Князем и уроки, которые он извлек из судеб своих предшественников, не прошли для него даром. Активные действия на территории СССР им были немедленно свернуты.
«Эмигранты, – заявил генерал в беседе 13 августа 1930 г. с корреспондентом лондонской газеты “Morning Post”, – убеждены, что рано или поздно русский народ сам свергнет советскую власть, а их задача – содействовать контрреволюционному движению, нарастающему в стране».
Дело было, однако, не только в более умеренной позиции, которую занимал Е.К. Миллер в общественно-политической сфере.
Трудно поверить, но в вопросе о «синей сафьяновой шкатулке» с мощами Святых Царственных Мучеников, оказавшейся в руках самозваной «Коллегии Хранителей», РОВС, в лице его нового руководителя, оказался на стороне этой темной силы, о чем свидетельствует циркулярное письмо 1933 г., в котором генерал требовал от членов Союза воздерживаться от дачи подписи под печатным обращением о предании погребению останков Царственных Мучеников.
Текст его мы находим в деле Канцелярии Архиерейского Синода «по вопросу о надлежащем хранении, отпевании и погребении останков Государя Императора Николая II Александровича и Его Августейшего Семейства»:
«18 апреля 1933 г. № 340. г. Париж.
Циркулярно.
Все начальникам, подчиненным непосредственно Председателю Р.О.В. Союза.
Некоторое время тому назад издающийся в Белграде газетою “Царский Вестник”, а также легитимными кругами, стали распространяться в Югославии и в других странах печатные обращения о предании погребению останков Царственных мучеников, с собиранием подписей под этими обращениями.
Подробное объяснение Митрополиту Антонию, принявшему, по своей неосведомленности, живое в этом деле участие, уже дано преемником М.Н. Гирса – В.А. Маклаковым.
Начальник IV Отдела РОВС, генерал Барбович, предложил чинам вверенного ему Отдела воздержаться от дачи под упомянутыми обращениями своих подписей.



Генерал-лейтенант Иван Гаврилович Барбович (1874–1947) – один из самых знаменитых белых кавалерийских начальников, личный друг барона П.Н. Врангеля. В 1920 г., командуя конной дивизией, прикрывал отход Белой Армии к Новороссийску. В эмиграции в Югославии был начальником кадров 1-й кавалерийской дивизии. В созданном в 1924 г. РОВС был назначен сначала заместителем 4-го отдела (курировавшим Грецию, Румынию и Югославию), а с 21.1.1933 г. и его начальником. Скончался в Мюнхене.

Всецело одобряя решение генерала Барбовича, прошу Вас, ввиду возможности появления этих обращений и в районе вверенного Вам Отдела, осведомить подведомственных Вам чинов о необходимости воздерживаться от дачи своих подписей под обращением.
По существу же дела, относительно якобы “останков” – я могу сказать следующее:
к “останкам” может быть отнесено разве лишь: 1) обгорелый женский палец (две фаланги), 2) несколько обгорелых костей, принадлежащих, несомненно, млекопитающимся, 3) несколько кусков человеческой кожи, 4) комок земли, пропитанный салом.
Можно ли говорить о торжественных похоронах вышеперечисленного? Остальные же предметы (их более четырехсот), которые вместе с вышеперечисленными составляют так называемые вещественные доказательства к судебному следствию, произведенному следователем Соколовым, уже никак не являются “останками”.
Всё это я знаю непосредственно от следователя Соколова, который, приехав зимою 1920-21 г. в Париж, обратился ко мне с просьбой хранить у меня второй экземпляр следственных материалов – конечно, кроме вещественных доказательств следствия, которые [4 сл. вымараны.] находились при подлинном следствии, привезенном Жаненом.
Несколько месяцев чемоданы Соколова с копией следствия хранились у меня на квартире, а вещественные доказательства, среди которых имеется и то, что я перечислил, были тогда же переданы на хранение М.Н. Гирсом особой комиссии, в условиях совершенно исключающих возможность утраты их, даже и в случае смерти кого-либо из членов коллегии, как этого опасались некоторые при известии о кончине М.Н. Гирса.
Тем, кому сообщаемые мною сведения покажутся недостаточными, надлежит обратиться к труду Соколова “Убийство Царской Семьи”, в каковом труде до мельчайших подробностей приведен и список вещественных доказательств.
Приложение: выписка из французского перевода книги следователя Соколова.
Генерал МИЛЛЕР» (ГАРФ. Ф. 6343. Оп. 1. Д. 289. Л. 100).



Знак Унтер-офицерских курсов РОВС.

В сохранившемся в деле упомянутом в циркулярном письме приложении читаем:
«В 1924 г. в Париже была издана на французском языке (в издательстве Пайо) книга содержащая перевод главных актов и документов, привезенных Соколовым следственного производства с подробными заключениями и характеристиками от самого Соколова. Эта книга озаглавлена Так: Nicolas Sokoloff, juge d`instruction. “Enquête judiciaire sur l’assassinat de la Famille Impériale Russe”. Payot. Paris. 1924.
На стр. 244 до 254 этой книги (в Главе 21) опубликован список всех предметов, извлеченных из Шахты “Четырех Братьев”, куда были брошены Останки всех лиц, умерщвленных в Ипатьевском доме в Екатеринбурге, а также предметов, найденных около Шахты.
Этот список содержит в себе 65 статей, из коих предметы, означенные под №№ 62, 64 и 65, указаны в следующих выражениях:
Статья 62. “Палец и два кусочка человеческой кожи”. (Более подробное описание изложено ниже.)
Статья 64. “Обломки костей от млекопитающих, в общей численности 42-х обломков. По внешнему виду ясно, что эти обломки происходят от раздробленных и сожженных костей”. (Более подробное описание изложено ниже.)
Статья 65. “Остатки землистой смеси с посторонним веществом, происходящие от того, что жировые части сожженных тел растопились от действия огня и, вследствие разлития их, смешались с почвенной землей”. (общее Примечание ко всем статьям списка изложено ниже.)



Обломки костей, обнаруженных Н.А. Соколовым во время осмотра глиняной площадки рядом с костром. 6 мая и 1 июня 1919 г.

Примечание к статье 62-й:
“Заключение экспертизы:
1) Палец представляет два сустава, по-видимому, указательного пальца;
2) Этот палец происходит от весьма холеной руки;
3) Рука была женская, с длинными утонченными пальцами;
4) Палец был отрублен острым лезвием;
5) Лицо, коему палец этот принадлежал, было среднего возраста;
6) Оба кусочка кожи оторваны от руки, но нет возможности определить, от какой ее части”.
Примечание к статье 64-й:
“Упомянутые здесь 42 костных обломка были лично найдены мною (т.е. следователем Соколовым). На самом деле найдено их было большее количество. Лесничий Редников дал по сему поводу следующее показание: 'Я утверждаю, что найдено было около шахты несколько обломков раздробленных и сожженных костей. То были осколки крупных костей млекопитающих, по-видимому кости от членов. На них было заметно сильное воздействие огня'. Редников передал эти кости военному начальству, которое велело их бросить, считая их 'безполезными предметами', так как в эти дни еще не подозревали, какое происшествие было около отверстия шахты”.



Куски земли, пропитанной жировыми массами во время сжигания, найденных 8 июля 1919 г. при промывке грунта, засыпанного в малый колодец шахты № 7.

“Падение правительства адмирала Колчака лишило меня (т.е. следователя Соколова) всякой возможности подвергнуть упомянутые обломки научной экспертизе. Тем не менее, доктор Белоградский, коему я показал оные, дал мне о них следующее заключение: 'Мне кажется, что это кости человеческого происхождения. Видно, что они были отрублены и подвергнуты действию сильно разъедающего разрушительного средства'…”
Общее Примечание ко всем статьям списка:
“Все вышеупомянутые предметы найдены были поблизости открытой шахты. Самые незаметные из них извлечены из верхнего слоя земли, в который они были втоптаны. Более крупные и наиболее видные, как например палец…. И кости, были открыты на дне шахты, куда они были сначала брошены, а потом засыпаны землею”» (Там же. Л. 91-91 об.).



Раскопки у шахт на руднике «Четырех Братьев». 1919 г.

Этот циркуляр всем организациям РОВС был приложен к письму генерала Е.К. Миллера митрополиту Антонию (Храповицкому), написанному три года спустя – 27 июля 1936 г. и напечатанному на официальном бланке Председателя Русского Обще-Воинского Союза с личной подписью.
В нем генерал – за внешне вежливой формой – дает по существу отповедь Первоиерарху Русской Православной Церкви Заграницей:
«Ваше Преосвященство Всемилостивейший Архипастырь. До моего сведения дошло, что Ваше Преосвященство, в проповеди, сказанной перед началом панихид по зверски убиенным ГОСУДАРЕ ИМПЕРАТОРЕ НИКОЛАЕ II и Его Августейшей семье, коснулись вопроса о судьбе останков умученных и высказали ту мысль, что, вместо христианского погребения останки эти находятся в руках врагов русской государственности и хранятся в неподобающем месте.
Так как я не сомневаюсь, что, в данном случае, Вы были кем-то введены в заблуждение, как и многие русские люди, то я позволяю себе послать Вам то мое циркулярное сообщение, которое я разослал по Русскому Обще-Воинскому Союзу три года тому назад и выражаю надежду, что Вы усмотрите из него, что останков, которые могли бы почитаться заслуживающими погребения и были бы действительно останками царственных мучеников – не имеется.
Испрашивая Святых молитв Ваших, остаюсь Вашего Преосвященства покорный слуга [подпись]» (Там же. Л. 99).



Митрополит Антоний (Храповицкий).

Нетрудно предположить как на то циркулярное письмо 1933 г. отреагировал генерал М.К. Дитерихс, сразу же после похищения генерала А.П. Кутепова в январе 1930 г. объявивший себя начальником Дальневосточного отдела РОВС. За неимением возможности воздействовать на ситуацию в столь отдаленном месте генерал Е.К. Миллер утвердил это назначение.
Михаил Константинович, несомненно, сразу же понял, в чьих интересах действует новый Председатель Союза. Он хорошо помнил строку из письма к нему Н.А. Соколова, написанного в Париже 22 апреля 1922 г.: «Обращался к Миллеру, – ничего не вышло».

http://sergey-v-fomin.livejournal.com/224058.html
Понять причину всего этого много чего повидавшему М.К. Дитерихсу было не трудно: Евгений Карлович следовал в фарватере политики Великого Князя Николая Николаевича, подлинную цену которому Михаил Константинович, пусть и с запозданием, как мы об этом писали, всё же понял. А теперь вот, выходит, «подмасливал» Е.К. Миллер по каким-то не вполне ясным причинам и В.А. Маклакова – масона высших степеней, руководившего ныне, после смерти М.Н. Гирса, «Коллегией Хранителей».


Продолжение следует.
Tags: Цареубийство
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 6 comments