sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ТАРКОВСКИЕ: ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (часть 181)


Пытки в тюрьме Аюд Николае Грача и Мирчи Вулкэнеску. Часть клейма современной румынской иконы.


Испытание миром (продолжение)


«Без справедливости не представляется возможным человеческое сосуществование».
Мирча ВУЛКЭНЕСКУ.


«Можно убить миллион человек, свергнуть царя, устроить великую революцию, взорвать динамитом полсвета, но нельзя спасти одного человека».
Юрий ТРИФОНОВ.


«Большое преступление коммунистов в том, – заявил обратившимся к нему журналистам ремесленник из Брашова Николае Пуркэря, отбывавший 17-летний срок тюремного заключения, – что они убивали людей с огромными возможностями. Они уничтожили элиту… Они убили наиболее умных и способных…»
Среди Святых тюрем было немало интеллектуалов, а меж них, в свою очередь, заметную часть составляли те, которые входили в Легион Михаила Архангела.
Одним из ярких представителей этой значительной части политических узников режима был философ Мирча Вулкэнеску, рассуждавший сходным с брашовским резчиком по дереву образом.
«Народ, потерявший элиту, – подчеркивал он, – оказывается вне истории».
Именно эту элиту страны на глазах ремесленника и интеллектуала и уничтожали заправлявшие теперь всем коммунисты.
То есть происходило то, что и должно было произойти с приходом их к власти, о чем предупреждал русский мыслитель Иван Ильин:
«Революция есть не “спасение”, а начало гибели. Она разнуздывает людей; она научает людей пренебрежению к праву и закону. Народ, не уважающий права и закона, – потеряет все свои права и будет порабощен».
«Большевизм не меняется никогда. […] Коммунисты ничему не научились и ничего не забыли […] …Вновь шла в ход разнузданная демагогия, вновь производились массовые аресты, ссылки и расстрелы…»



Мирча Вулкэнеску.

Известный румынский философ и богослов, экономист и социолог Мирча Вулкэнеску родился в Бухаресте 3 марта 1904 г. в семье финансового контролера. Детство его совпало с первой мiровой войной, в которую Румыния вступила в 1916 г., а потому гимназию он вынужден был заканчивать не в столице, а на востоке страны – в Яссах, куда его семья вынуждена была выехать после занятия Бухареста германской армией.
В 1921-1925 гг. он учился в Бухарестском университете (на факультетах права и философско-филологическом), будучи глубоко впечатленным лекциями профессоров Димитрие Густи (1880–1955) и Нае Ионеску (1890–1940).



Снимок 1927 г.

Осенью 1925 г. Вулкэнеску выехал в Париж, где намеревался получить докторскую степень в области права и социологии, однако вынужден был, в конце концов, вернуться на родину, где в 1928 г. приступил к работе в выходившей в Бухаресте газете легионеров «Cuvântul» («Слово»), возглавлял которую профессор Нае Ионеску.



Не оставляет Мирча Вулкэнеску также и попыток продолжать свою научную деятельность. В 1929-1930 учебном году в качестве профессора-ассистента его берет в Румынский социологический институт основатель этой отрасли знания в стране профессор Димитрие Густи.


С супругой Маргаритой Иоаной (1897–1987), урожденной Никулеску.

В 1933 г. газета «Cuvântul» была прекращена, а на следующий год Мирча Вулкэнеску в сотрудничестве с литератором и критиком Петру Комарнеску основали известный впоследствии журнал «Criterion», в котором активно печатались авторы круга профессора Нае Ионеску.


С дочерью Сандрой.

«Поколением Критерион» – по названию журнала – стало именоваться возникшее в 1937 г. объединение молодых мыслителей, группировавшихся вокруг профессора Нае Ионеску.
С июня 1935 г. начинается государственная служба Мирчи Вулкэнеску. Вплоть до сентября 1937 г. он занимал должность генерального директора таможни.




Следующее приглашение во власть философа произошло в необычное (учитывая его принадлежность к Легиону) время.
В шесть утра 25 января 1941 г. в квартире Вулкэнеску раздался телефонный звонок. Кондукэтор генерал Ион Антонеску спросил, примет ли он назначение Государственным секретарем в Министерстве финансов.



С младшей дочерью Марией Иоаной (Мэриукой). 1939 г.

Странность этого предложения очевидна. Только что закончился Легионерский бунт, в результате которого Антонеску расправился не только с прямыми, но и не причастными к нему потенциальными участниками. В тюрьмы бросали даже за саму принадлежность к гардизму.
Исключение в отношении Вулкэнеску, полагают его биографы, было сделано по причине того, что среди чиновников Министерства финансов он считался наиболее крупным специалистом. Не была секретом и известная многим внутренняя его мотивация: делать для страны всё, не взирая на самые тяжкие личные последствия.



С семьей на отдыхе.

Этот выбор оказался весьма удачным. Своими умелыми действиями госсекретарь, состоя в этой должности с 27 января 1941 г. и вплоть до переворота 23 августа 1944 г., сумел во многом компенсировать трудное экономическое положение Румынии, особенно осложнившееся к концу войны.
Вулкэнеску был упорным, цепким переговорщиком с немецкими коллегами, за которыми – не забудем – стояла вся мощь Третьего Рейха.
Действовал он по принципу: «Мы даем немцам нефть и зерно, а они нам – золото».
В результате запасы Национального банка Румынии в 1941-1944 гг. пополнились восемью с половиной вагонами германского золота (26 тонн).



В 1941 г.

Таким образом, заявил Вулкэнеску в своем последнем слове на суде в 1946 г., золотой запас страны по сравнению с апрелем 1941 г. увеличился почти в два раза. «Золото же, как всем известно, означает – через выход на любой рынок – возможность свободы, являясь признаком экономической независимости».
Экспортируя три основных продукта (зерно, древесину и нефть), причем в гораздо меньших количествах, чем в обычное (мирное) время, Румыния была обезпечена импортом необходимых товаров в рекордных количествах, полностью удовлетворявших страну.
О размышлениях Вулкэнеску в этот период позволяет, отчасти, судить вышедшая в 1943 г. его книга «Румынское измерение существования».



В 1944 г., накануне советской оккупации, существенная часть золотого запаса из Центрального Банка Румынии (более 200 тонн) была спрятана в скалах, в одном из старейших монастырей Валахии – Тисмане. Эта сверхсекретная операция получила название «Нептун». Благодаря этой предусмотрительности, золото не было взято в качестве военной добычи. После того как в феврале 1947 г. местоположение золота было открыто, его использовали для выплаты долгов Румынии СССР, согласно мирному договору, подписанному в 1947 г. в Париже, а также для развития экономики. Особо тесное советско-румынское сотрудничество продолжалось вплоть до 1956 г. По подсчетам экономистов, золотой запас страны с 244,9 тонны в 1944 г. к 1953 г. сократился до 53, 3 тонн.
На снимке – интерьер одного из помещений Музея сокровищ в Тисмане, открытого в 2016 г.

Вскоре после переворота 23 августа 1944 г. Мирча Вулкэнеску был вновь призван к государственной деятельности: на сей раз в качестве главы департамента Государственного долга. В этот период начинаются его посещения Анфимовского монастыря в Бухаресте и его, пусть и непродолжительное, участие в движение «Неопалимая Купина», о котором мы уже писали.
«Непродолжительное» же потому, что 30 августа 1946 г. философа вновь арестовали и 9 октября судили вместе со второй партией бывших членов правительства маршала Антонеску по обвинению в военных преступлениях.




Осужденного на восемь лет, его водворили в тюрьму Аюд, полную представителей румынской интеллектуальной элиты. В результате там возникла практика чтения лекций по самым разным отраслям знаний. Тем самым, писал один из заключенных, обыкновенный ремесленник, «эти люди проявляли свою любовь к окружающим».


Мирча Вулкэнеску в заключении. Рисунок дочери Мэриуки. Тюрьма Вэкэрешты. Январь 1947 г.

Мучители, однако, вскоре узнали об этом, квалифицировав импровизированные конференции заключенных, как подрывные действия, направленные на поддержание духа узников.
Мирчу Вулкэнеску выделили как одного из руководителей этого мнимого протеста, решив отправить его в особое отделение тюрьмы, специально предназначенное для слома личности заключенного.



Репрессиям подверглась и семья философа. Его дочь Мэриука в 1952-1954 гг. находилась в трудовом лагере. Первый из снимков сделан незадолго до ареста; второй – уже из дела Секуритате.

Бетонная камера, куда бросили Мирчу Вулкэнеску, была узкая; в ней не было ни нар, ни единой скамейки. Спать можно было только на цементном полу, покрытом лужицами воды. Приближалась зима, однако оконное стекло было намеренно выбито, для свежего, как объясняли, воздуха.
Раздетые догола заключенные страдали не только от холода и сырости, но и от голода: скудный тюремные паек в этом специальном отделении, по сравнении с обычным, был сильно урезан.
В камере вместе с Вулкэнеску было 12 человек. Через несколько дней один из молодых больных сокамерников, которому было отказано в медицинской помощи, не выдержав, рухнул.
Пребывание на цементном полу было равносильно смерти, и тогда Мирча Вулкэнеску, пишут его биографы, совершил подвиг, достойный занесения в Патерик.
Он сел на холодный сырой пол, приняв на колени своего обезсиленного больного собрата.


«СВЯТЫЕ ТЮРЕМ»:

«Мирча Вулкэнеску. Лик Христианского Мученика».

В конце концов, тот пришел в себя. Однако для Вулкэнеску пребывание на цементном полу обернулось тяжкой болезнью легких.
В лечении ему отказали и 28 октября 1952 г. он скончался, сказав незадолго до смерти своим сокамерникам: «Не мстите!»



Крест на символической могиле Мирчи Вулкэнеску. Аюд.

Современный румынский историк еврейского происхождения Михай Мачь (университет Орадя) в одной из своих публикаций, посвященных развенчанию Легиона Михаила Архангела (полной умолчаний, передергиваний и подлогов), вынужден был все же, скрепя сердце, признать:
«…Мирча Вулканеску, как и многие другие, умер как святой. Его гибель показывает абсурдность и произвол коммунистического суда над ним. Действительно Вулканеску умер тюрьме, жертвуя собой для спасения другого узника. Это неоспоримо и этот благородный поступок достоин упоминания. Более того, будучи поставленным в невыносимые условия, мыслитель был подтолкнут к смерти, что равносильно убийству».



Памятная доска на доме в Бухаресте, в котором жил Мирча Вулкэнеску. Strada Popa Soare 16.
Дочери философа, Мэриука и Сандра Вулкэнеску с митрополитом Иосифом после панихиды по их отцу в кафедральном румынском соборе в Париже. 22 мая 2011 г.



Но сей ученый муж не был бы тем, кем он был, если бы не прибавил к этому, что всё равно на философе (в силу самого факта формальной принадлежности к правительству маршала Антонеску) «лежит ответственность за радикальные антисемитские меры (экспроприации, депортации, принудительный труд)».


Мэриука Вулкэнеску на открытии бюста своему отцу в Бухаресте на площади Святого Штефана рядом с домом, в котором жил философ. 2009 г.

В 2009 г. было установлено, что причиной гибели румынского философа был намеренный отказ ему в госпитализации, воспрепятствовали которой, отвечая на письменный запрос из тюрьмы, лично шеф Главного управления народной безопасности генерал-лейтенант Георге Пинтилие и его заместитель Александр Никольский/Грюнберг – соплеменник историка из Орадя.


Мэриука Вулкэнеску в день памяти своего отца 28 октября 2014 г.
Семейный алтарь в бухарестской квартире Мэриуки Вулкэнеску.




Продолжение следует.
Tags: История Румынии, Легион Михаила Архангела
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments