sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ТАРКОВСКИЕ: ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (часть 171)


Фрагмент одного из памятников, установленных в последнее время погибшим в Бэрэганской степи, с именами тех, кто остался там навсегда.


Испытание миром (продолжение)


Среди зноя и пыли
. . . . . . . . . .
Тлеют белые кости,
Над костями шумят ветерки.

«Конармейская песня».


Одним из мест, куда, начиная с 1949 г., водворяли депортируемых, был канал «Дунай – Черное море» в Добрудже.
К возведению этого грандиозного сооружения протяженностью в 75 километров – между Чернаводэ и портом Констанца – приступили в мае 1949 г., приостановив работы лишь в 1955-м.
Решение о строительстве было принято вскоре после разговора Дежа со Сталиным во время его визита в Москву в 1948 году.



Подлинных фотографий со строительства Канала сохранилось не так много. При этом следует иметь в виду, что все они прошли официальную цензуру.


Канал Георгиу-Деж открыто называл «могилой румынской буржуазии».
Правда, однако, заключалась в том, что на деле «Канал» прошли многие крестьяне, члены некоммунистических т.н. «исторических» партий, выдающиеся интеллектуалы, священники и монахи, посланные туда для «перековки» – по советскому рецепту «Беломорканала» – в новых, нужных «народной Румынии», по мнению ее руководителей и кураторов, людей.
Вся местность в районе строительства была покрыта концлагерями. Мужскими и женскими. В начале 1950-х там находилось до 80 тысяч трудармейцев.
Копали вручную.



А вот так реконструирована реальность в фильме румынского режиссера Николае Мэрджиняну «Белые Ворота».


Безчеловечные условия труда и содержания, а также пытки привели к массовым жертвам. В этом румынский генсек оказался прав: множество людей действительно здесь нашли свою могилу. Как правило, безымянную…

Хотелось бы всех поименно назвать,
Да отняли список, и негде узнать.


Тела мучеников режима были зарыты в основания фундаментов «великой социалистической стройки».

– Мой Маноле, мой Маноле!
Муж мой дорогой, Маноле!
Кирпичи мой голос глушат,
Моего ребенка душат! –
Страшно зазвучал в тиши
Зов замученной души,
В небе завертелись тучи…
– Смерть моя – ты жизни лучше!
. . . . . . . . . . . . . . . . .
Там, где жизнь с душой рассталась,
Что потом образовалось?
Небольшое озерко,
Солоно и глубоко, –
В нем от века и до века
Живы слезы человека.

«Мастер Маноле».

В народе стройку называли «Каналом Смерти».
Канал с полным основанием можно было также назвать Красным или Кровавым. Согласно исследованию историка Флорина Мэтреску, в 1949 г. здесь трудилось 60 тысяч человек, а в 1951 г. число подневольных строителей возросло до 600 тысяч человек. Доля умерших в какой-то момент доходила до 400 человек в день.
17 июня 2012 г., в день праздника Всех Румынских Святых, в Добрудже, в местности под названием Белые Ворота (Поарта Албэ), там, где будет построен монастырь в честь Святых Мучеников, местный архиепископ Феодосий в сослужении известного старца, архимандрита Иустина (Пырву) отслужил Божественную Литургию и освятил фундамент храма будущей обители.
Среди молившихся были выжившие узники коммунистических тюрем. Кроме уже помянутого старца Иустина, присутствовали священник Георге Оанча, Георге Кушэ, Влад Николау (Пую) и Ион Негоицэ.



На снимке: архимандрит Иустин (справа) в день освящения храма Всех Румынских Святых.

Третья волна депортаций в Румынии получила название Бэрэганской – по названию равнинной степи на востоке Румынии к северу от Дуная.
Одними из первых сюда были водворены более 200 крестьянских семей из уездов Влашка и Илфов, выселенных из своих сел после восстания 1950 г., о котором мы писали в прошлом посте
.



Ныне под Бэрэганской ссылкой, как правило, имеют в виду насильственные депортации сюда в 1951-1956 гг. части населения Баната (уезды Тимиш, Караш-Северин и Мехединц), расположенного на румыно-югославской границе.
Спусковым крючком этого выселения послужило обострение советско-югославских отношений. Целью было выселение с этой пограничной территории «неблагонадежного» населения.



Жители города Бокша (уезд Караш-Северин) дефилируют с портретом Сталина.

Под категорию «неблагонадежных» подпадали люди по трем признакам: политическим, классовым и национальным.
Это были люди, заподозренные в связях с враждебными «румынскому социализму» режимами и организациями: сторонники Королевской власти, маршала Антонеску, Легиона Михаила Архангела, а также те, кто сотрудничал с германскими и итальянскими властями во время прошедшей войны, а также симпатизировал Тито после нее.
Депортировали 2344 коллаборациониста и их семьи.
После начала в конце 1940-х годов коллективизации к прежним классово враждебным элементам (землевладельцам и частным предпринимателям) прибавились кулаки. Таковых насчитывалось до 20 тысяч.



Румынская семья из Баната в традиционных народных костюмах.

Так уж исторически сложилось, что на территории Баната проживало этнически пестрое население. Кроме основного румынского здесь издавна поселились сербы, немцы, венгры, аромуны, болгары и другие народы.
Во время второй мiровой войны часть банатских швабов поступили на службу в 7-ю добровольческую дивизию СС. «Принц Евгений», сформированную в 1942 г. из фольксдойчей Хорватии, Сербии, Венгрии и Румынии.
Известно, однако, что после того, как в августе 1944 г. Румыния объявила войну Германии, более 15 тысяч этнических немцев, опасаясь расправы, бежали на территорию Германии (в основном это были члены семей, воевавших в добровольческой дивизии).
Кого же в таком случае депортировали в 1951 г. (из 40 тысяч выселяемых 10 тысяч составляли немцы) остается не совсем ясным.



Немецкая семья в Бэрэганской степи.

В села, покинутые в 1944 г. банатскими немцами, поселились бежавшее в то время из Бессарабии и Северной Буковины население, прекрасно помнившее, что произошло с оставшимися дома в 1940 году.
Но теперь Прут был всего лишь формальной границей. 2998 семей бессарабцев и буковинцев (6477 человек) отправили строить социализм в Бэрэганскую степь.



Беженцы из Бессарабии и Северной Буковины. Румыния. 1944 г.


Туда же вывезли и более двух тысяч сербов, фигурировавших в списках «неблагонадежных», как «лица, симпатизирующие Тито», и, одновременно, как кулаки, поскольку имели в собственности скот.
Несколько сербов-«титоистов» в 1949-1951 гг. было казнено, около десятка были приговорены к пожизненному заключению.
Под раздачу попали и 3557 аромун (македонских румын) – близких к румынам в языковом отношении, однако – благодаря жизни в горах в окружении иноязычного населения – сохранивших множество архаичных черт. (В настоящее время этот 300-тысячный православный народ проживает на территории Греции, Македонии, Болгарии и Румынии.)
В нашем же случае (в Банате) аромуны оказались, как беженцы из т.н. «Пиндского княжества» – автономного государства, созданного на оккупированной территории Греции (Эпир, Фессалия, часть Македонии) и находившегося в 1941-1944 гг. под совместным управлением Итальянского Королевства и Болгарского Царства.
Первым правителем этого государства был лидер добровольческой организации «V Римский Легион» (в честь исторического легиона «Macedonica») греческий аристократ аромунского происхождения Князь Алкивиад Диаманди ди Самарина (1893–1948), выпускник греческого лицея в Салониках и Коммерческой академии в Бухаресте, участник первой мiровой войны, офицер Румынской Королевской армии.
Князь Алкивиад I правил в 1941-1942 гг., когда в результате активных действий греческих партизан вынужден был бежать в Румынию.



Алкивиад Диаманди был арестован коммунистической секретной службой 21 февраля 1948 г. по обвинению в «заговоре против государственной безопасности». Через три месяца, 9 июля в ходе интенсивных допросов он умер в бухарестской Секуритате при подозрительных обстоятельствах. Тело его не вскрывали, в документах причина смерти указана, как инфаркт миокарда. Выяснилось, однако, что в действительности смерть наступила в результате пыток и намеренного неоказания медицинской помощи.
В 1995 г. вдова Флорика Диаманди и сын Константин подали в Военную прокуратуру Румынии жалобу, от которой в 1998 г. получили официальное заключение о том, что Алкивиад Диаманди был «арестован по анонимному доносу, не обнаружено ни одного документа, подтверждающего законность его ареста».
Виновными были признаны прокурор Военной прокуратуры Военного трибунала II армейского корпуса капитан Николае Зотеску и начальник 5-го управления уголовных расследований ГУНБ Мишу Дулгеру / Моисей Дулбергер (на нижнем снимке).



Занявший место Князя Алкивиада Регент Николае Матушь / Никола Матусси (1898–после 1981), в 1943 г. также вынужден был искать спасения в Румынии. При коммунистическом режиме он, по обвинению в «пособничестве фашизму», в течение 20 лет находился в заключении в одном из лагерей Канала Смерти. Вернувшись в Грецию в 1964 г., был признан невиновным в военных преступлениях и до самой своей кончины проживал в Афинах.
Нелегкой оказалась и судьба аромынских беженцев в Банате, поголовно высланных в Бэрэганскую степь. Подозрение властей усиливало то обстоятельство, что немало представителей этой народности было в составе Легиона Михаила Архангела.



Группа аромун в национальных костюмах.

Уже после переворота 1989 г. стал известен обнаруженный в Тимишоаре документ 1956 г., в котором одна из целей этой наиболее значительной волны депортаций была обозначена, как этническая чистка региона от немцев, сербов и аромынов.
В общей сложности эта акция затронула более 12 500 семей (по разным оценкам от сорока с половиной до 60 тысяч человек), проживавших в 300 населенных пунктах.
Современные исследователи полагают, что в 1951-1956 гг. в Бэрэган было отправлено 40 320 человек.



«Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути». Он «всегда готов», находится под парами.

В ночь с 17 на 18 июня 1951 г. в дома к людям, чьи имена были внесены в списки, пришли полицейские и приказали собираться. Взять можно было только то, что могли унести в руках.
Был день Пятидесятницы – по-румынски Rusaliile (в самом названии явственен южнославянский, еще дохристианских времен, корень), по-русски Троица.
Людей доставили на ближайшие железнодорожные станции, где их уже ждали зарезервированные железнодорожные составы: 2 656 пассажирских и 6 211 грузовых вагонов.
Районы операции выселения – из опасения, как бы кто не скрылся и не сбежал за границу, – плотно оцепили и патрулировали полицейские и солдаты войск госбезопасности. Поближе к границе дополнительно перебросили еще 9 тысяч военнослужащих. Привлекли также десять тысяч курсантов академии погранвойск из города Орадя и из училища пожарной службы. Кроме того, в резерве находилось еще почти что две тысячи солдат армии.
В путь отправлялись не только мужчины и женщины, но старики и дети всех возрастов, без разбору.




По прибытии на место, людей высаживали прямо в поле, вдали от какого-либо жилья.



Переселенцам было приказано самим поднимать дома. На каждом участке был вбит кол с табличкой, на которой значился номер.



Дома – примитивные глинобитные хаты, – стены которых были сложены из самана, изготовлявшегося самими их обитателями. Крыши сооружали из сухого камыша, который тут был в изобилии.



Самые сильные и сплоченные сумели выжить, наладить быт, отстроиться…



Бэрэганская степь была одним из самых малонаселенных и захудалых в экономическом отношении районов Румынии. Основным видом деятельности было здесь отгонное скотоводство.
Депортация, таким образом, имела попутную социально-экономическую задачу: ускорить развитие региона.




Основным занятием высланных была работа в организованных здесь колхозах, занимавшихся разведением овец и другого скота, а также, отчасти, на небольших предприятиях легкой промышленности.
В паспортах переселенцев ставилась особая отметка, прикрепляющая каждого к определенному месту проживания, удаляться от которого далее чем на 15 километров, под страхом наказания, человек не имел права.




Разрушению всей этой системы содействовал целый ряд международных обстоятельств.
В начале 1950-х всем интернированным немцам было разрешено покинуть СССР. В таких обстоятельствах высылка румынских немцев в Бэрэганскую степь вызвала активный протест в Западной Германии. В резолюции Германского парламента от 17 октября 1951 г. эти действия Румынского правительства были расценены как «преступления против человечности».
Было выражено также требование принять соответствующие шаги и в Организации Объединенных Наций. Собиравшаяся вступать в ООН Румыния, вынуждена была 7 декабря 1955 г., накануне этого события, принять постановление об освобождении и возвращении из Бэрэгана депортированных.




Так, большинство ссыльных возвратились в 1956 г. в Банат, где их трудоустроили в колхозы.
Отстроенные ими в Бэрэгане населенные пункты просуществовали до 1964 г. Их использовали в качестве лагерей для политзаключенных. После, когда эти последние, будучи «помилованными», смогли возвратиться к нормальной жизни, все постройки были методично разрушены, а земля – во исполнение партийной воли «сделать бывшее небывшим» – вспахана.
Так красные пахари переворачивали нашу жизнь всюду, где только доставал их кровавый плуг!




Исследователи подсчитали, что в период депортации с 1951 по 1956 годы в Бэрэганской земле упокоилось свыше 1700 человек, в том числе 174 ребенка.



В 1990 г. в Тимишоаре была создана Ассоциация бывших депортированных в Бэрэган.


«Я умер в Бэрэгане (1951-1956)».

Совместно с Ассоциацией бывших политзаключенных из Турну-Северина они взяли на себя труд по составлению сборников документов и воспоминаний, установке памятников, организации конференций и дней памяти.
В 1996 г. в ознаменование 45-летия трагического события в Парке Справедливости в Тимишоаре был открыт Памятник Депортации.




Следует отдать должное: в Румынии – в отличие от нашей страны, – несмотря на наблюдающийся в последние годы и там некоторый откат, возникшие после 1989 г. общественные организации сумели подтолкнуть оставшихся в живых свидетелей написать воспоминания, издать книги (в том числе и сборники документов), заинтересовать журналистов, включая работающих на телевидении, а в результате всколыхнуть общественное сознание, получив широкий отклик жителей страны.
«Нашему» «Мемориалу» такая задача оказалась не по плечу, прежде всего потому, что он изначально был «приватизирован» потомками (идейными и кровными) тех, кто, собственно, разжег когда-то в России костер революции, а затем раздул его в пожар гражданской войны – красных кочегаров. (Вспомним известные слова писателя Юрия Трифонова, сына русского комиссара из донских казаков и еврейки Лурье: «Отец стоял близко к огню. Он был одним из тех, кто раздувал пламя: неустанным работников, кочегаром революции, одним из истопников этой гигантской топки».)
Подобный бэкграунд «Мемориала», разумеется, не мог служить консолидации вокруг него русского общества. Инстинктивное или намеренное сокрытие, а то и героизация первопалачей 1917-1930 гг. не может не отвращать!



Церемония памяти невинных жертв коммунистического режима в день 64-й годовщины Депортации у памятника в Тимишоаре. 2015 г.
В акции принял участие Митрополит Баната Иоанн с духовенством и члены Ассоциация бывших депортированных в Бэрэган, съехавшиеся со всей страны.


В последние годы к размыванию сознания подключилась и еще одна, с виду противоположная, сторона.
«…Губернатор Колымы Владимир Печеный, – пишет в одном из апрельских номеров этого года в патриотической газете “Завтра” один из ее руководителей Андрей Фефелов, – вместо восстановления промышленности региона и уничтоженных Гайдаром посёлков, вместо строительства комфортабельных домов и создания дорог для Севера занят выполнением дорогостоящей программы по установке многочисленных памятников “жертв репрессий”. По всему знаменитому тракту будут открыты музеи Гулага, которые не что иное, как инструмент манипуляции обществом в духе всеобщего покаяния ни за что [sic!]. […]
Русский народ не хочет жить в атмосфере постоянного стресса и в конечном итоге жёстко ответит тем, кто пытается привить ему комплекс неполноценности, кто занят сознательным игнорированием наших выдающихся исторических успехов, включая великую Победу над нацизмом в 1945 году. […]
…Всякие десоветизации, десталинизации и прочую русофобскую ересь – следует приравнивать к диверсионным действиям и пресекать по законам военного времени» (а заодно уж, товарищ Андрей, коли речь зашла о «ереси», – и отлучить от Церкви!)

http://zavtra.ru/blogs/iudin_duh_solzhenizma

Совершенно позорное, достойное разве что «комиссара в «пыльном шлеме» или чекиста в кожанке резника, заявление.
Сын певца людоедских «красных смыслов» товарищ Фефелов, возможно, сильно удивится, если ему скажут, что ямами с людьми с дырками в затылке, оставленными «славными дзержинцами», словно незаживающими ранами, покрыта не только Колыма, но и вся наша земля с севера до юга и с запада до востока. После войны проказа эта, как видим, перешагнула даже государственную границу СССР…
Одна из самых последних жутких находок сделана только что в Тирасполе (Приднестровье). Кроме костей и черепов в том массовом захоронении обнаружены мужские ботинки и сапоги, черепаховый гребень и пара легких летних женских туфелек...

https://www.kp.md/daily/26690.7/3713917/


Духовенство и потомки сосланных в Бэрэган в парке Драгалина Дробеты-Турну-Северина у памятника жертвам. 18 июня 2014 г.

Хотелось бы напомнить в связи со сказанным слова П.А. Столыпина: «Народ, не имеющий национального самосознания – есть навоз, на котором произрастают другие народы».


Продолжение следует.
Tags: «Мастер Маноле», История Румынии
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments