sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

РАСПУТИН: СОЗДАНИЕ МАТРИЦЫ (14)


«Оргия Распутина в царском тереме». Рисунок Н. Иванова 1917 г. Из книги Рене Фюлёп-Миллер «Святой демон. Распутин и женщины» 1927 г. Фрагмент.


Немецкий «шедевр»


И все же, следует признать, больше всего шума наделала на Западе книга Рене Фюлёпа-Миллера «Святой демон. Распутин и женщины», увидевшая свет в 1927 году (Лейпциг-Цюрих) и немедленно, как по мановению волшебной палочки, переведенная на многие языки.


René Fülöp-Miller. Der heilige Teufel. Rasputin und die Frauen. Grethlein & Co. Leipzig-Zürich. 1927. Издательский переплет и титульный лист.


Кто же был автор этого бестселлера?
Рене Фюлёп-Миллер – австрийско-американский писатель – считается историком культуры и даже специалистом в области русской литературы.



Рене Фюлёп-Миллер.

В действительности его звали Филипп Мюллер. Родился он 17 марта 1891 г. в городе Карансебеш, в Банате, входившем в то время в состав Австро-Венгерской Империи.
Отец его, Филипп Якоб Мюллер был местным фармацевтом, владельцем аптеки.



Аптека Филиппа Якоба Мюллера в Карансебеше. Начало ХХ века.

После окончания местной гимназии и педагогического лицея, в 1909 г. будущий писатель некоторое время учился в трансильванском Клуже, а затем выехал за границу. Изучал в Венском, Парижском и Лозанском университетах фармакологию, медицину, психиатрию и философию.
После окончания учебы Филипп Мюллер возвратилсяся в Карансебеш, где недолго работал в отцовской аптеке. Однако к аптекарскому делу он был равнодушен, его влекли литературные занятия.
Способствовали тому и политические события. После окончания первой мiровой войны Карансебеш вместе с остальной Трансильванией вошел в состав Румынского Королевства.



Фюлёп-Миллер в своем венском кабинете.

Филипп Мюллер покинул родные места. Он начинает сотрудничать с берлинской, венской и парижской прессой, много путешествует. Побывал в США, Африке, Малой Азии и Советском Союзе, описав свои впечатления в очерках, публиковавшихся на страницах европейской прессы.
Интерес к советской России не был случайным. Его сильно занимал Ф.М. Достоевский и Л.Н. Толстой. Но не только: еще и политические процессы, которые происходили на родине этих великих писателей.
В 1925 г. в Мюнхене на немецком языке выходят его книги: «Достоевский за рулеткой», «Воспоминания супруги Достоевского», «Дневник жены Достоевского», а в 1929 г. в Будапеште на венгерском языке – «Неизвестный Толстой. По официальным бумагам семьи Толстого)».



Издательская обложка и титульный лист переиздания книги «Святой демон. Распутин и женщины». Paul Zsolnay Verlag. Berlin-Wien- Leipzig. 1927.


Другая заинтересовавшая его тема также нашла отражение в написанных и изданных им книгах: «Дух и лицо большевизма. Представление и критика культурной жизни советской России» (Цюрих. 1926), «Ленин и Ганди» (Лейпциг. 1927), «Русский театр. Его сущность и история с особым учетом периода Революции» (Лейпциг. 1928).
Однако была и еще одна тема, интерес к которой проявился в результате посещения СССР, а, может быть, даже и зародился там: последнее Царствование, Семья Императора Николая II.
Изучал он тему не по одним лишь появившимся в печати публикациям, а, как и в случае с Толстым и Достоевским, по архивам, то есть имел допуск и благоволение властей.



Рене Фюлёп-Миллер за работой.

При этом свои тексты он наполнял особыми смыслами, хорошо понимая, о чем и как нужно писать. Это хорошо видно по отбору им тем.
В 1930 г. вышла написанная им книга «Охрана – русская секретная полиция». Тогда же в Лейпциге на немецком вышло еще одно осуществленное им издание: «При трех Царях. Воспоминания обер-гофмейстерины Елизаветы Нарышкиной-Куракиной».
Княгиня Елизавета Алексеевна Нарышкина, урожденная княжна Куракина (1838–1928) когда-то лично знала Ф.М. Достоевского (что, несомненно, усиливало интерес Фюлёп-Миллера к ней), однако было нечто и помимо этого. Княгиня была обер-гофмейстериной Императрицы Александры Феодоровны, называвшей ее в Своих письмах и дневниках «мадам Зизи».
Сразу же после февральского переворота Е.А. Нарышкина оставалась в Александровском Дворце, разделив арест вместе с Царской Семьей. На основании дневниковых записей впоследствии она написала воспоминания, впервые изданные, как мы уже писали, на немецком языке Фюлёп-Миллером в 1930-м, а на следующий год – на итальянском. На русском языке они впервые были напечатаны в 1936 г. в парижских «Последних новостях», издававшихся П.Н. Милюковым.
Последняя деталь не случайна: как известно, княгиня была ярой обличительницей Г.Е. Распутина и противницей А.А. Вырубовой, чем весьма огорчала Государыню.



«Распутин – святой дьявол». Испанское издание. Барселона. Iberia. 1929.

Но прежде, в 1927 г., вышла главная (и по популярности, и по тиражам, и по влиянию на общественное мнение Евпропы и Америки) книга Фюлёп-Миллера: «Святой демон. Распутин и женщины».
Судя по ней, в СССР ее автор, имея, видимо, солидную поддержку в каких-то государственно-партийных структурах, получил доступ к материалам о Г.Е. Распутине, в том числе и к фотографиям, которые с тех пор и воспроизводятся во многих зарубежных и отечественных изданиях, так или иначе связанных с Царским Другом.
Среди них была и известная теперь фальшивка: «фотография» «Царицыно чаепитие», первый вброс которой произвел московский журнал «Огонек» в последнем номере 1926 г. Следующий залп произвел уже Фюлёп-Миллер в своей лейпцигско-цюрихской книге в 1927-м.
Хотя кто знает, кто на самом деле был инициатором и создателем этой подделки, продолжающей и до сей поры восприниматься некоторыми авторами и издателями за подлинный снимок.



Подробный разбор этой фотофальшивки, вопроизведенной в книге Фюлёп-Миллера, см.:
http://sergey-v-fomin.livejournal.com/2032.html

Что же вынес мiр из этой книги, безграмотной с точки зрения описания русской действительности и клеветнической по отношению к Г.Е. Распутину и Царственным Мученикам?
Томас Манн: «Это необыкновенное повествование, волнующее, жуткое и очень поучительное».
Кнут Гамсун: «Шедевр текста, иллюстраций и оформления».
Стефан Цвейг: «Даже Достоевский или Толстой не нашли такой захватывающий образ, как этот “святой дьявол”. […] Эта книга кажется мне наиболее важным документом современного Востока, который должен прочитать каждый, кто хочет понять Россию и события того времени. […] Я уверен, что эта книга окажет глубокое просветительское влияние на всю культурную общественность далеко за пределами Германии».
Ромен Роллан: «…Необыкновенная книга о жизни, кажется, что на ней печать Достоевского».



«Распутин и женщины». Париж. Payot. 1930.

Подоспела и пресса:
Германия: «…Трагедия, все участники которой, от императора до мужика, исполняют танец смерти. Мы потрясенно читаем трагическую историю дома Романовых»
(«Последние известия», Мюнхен).
Австрия: «Все, что о России, о русских людях знаешь, чувствуешь, представляешь, подтверждает чудовищная фигура Распутина…» (Новая свободная пресса, Вена). «Необыкновенно захватывающий образ государства и нравов, созданный только для зрелых, исторически образованных людей» («Имперская почта», Вена).
Франция: «…Эти полные реализма страницы содержат ключ к пониманию таинственных причин российской катастрофы…» («Свобода», Париж).
Швейцария: «…Творение, могущее принадлежать Достоевскому, но которое, хочется верить, даже превзошло произведения этого великого писателя» («Женевская газета»).
Испания: «…Образ Распутина, непостижимый для западных людей, представляет собой типичный русский феномен…» («Эль соль», Мадрид).
Голландия: «…Автор создал это произведение по достоверным источникам, и поэтому он написал первую, достойную доверия книгу о странной русской личности, судьбу которой повторил царь и его семья» («Северные новости», Гронинген).
Греция: «…Его книга о Распутине является самым выдающимся документом недоступной нам истории предвоенной России» («Народ», Афины).



«Распутин и последний Царь». Милан. 1930.

США: «Многочисленные удивительные, трагические и странные характеры производят ошеломляющее правдивое впечатление…» («Нью-Йорк Таймс»).
Индия: «Картина предреволюционного общества, которую он нам дает, позволяет понять революцию…» («Почта Мадраса»).
Китай: «Это достоверное описание пронизанной суевериями и мистикой религиозной ситуации в России позволяет нам понять невероятно противоречивые черты этого “святого дьявола”…» («Время», Шанхай).
Африка: «…Представлена необыкновенная, приводящая нас в замешательство личность, имевшая дьявольское влияние на царский двор и великую нацию» («Местный вестник», Дурбан).
Австралия: «Автор объясняет многое, бывшее до этого не ясным, прежде всего, как удалось телесно и духовно неопрятному русскому крестьянину стать доверенным советчиком при дворе российского самодержца и чуть ли не правителем империи» («Австралия», Мельбурн).



Нью-Йоркское издание.

И, наконец, наш соотечественник:
Д.С. Мережковский: «Это первая серьезная книга о нем, и я не могу постичь, что ее смог написать не русский».
Достаточно, конечно, вспомнить духовно грязные антихристианские романы Мережковского «Юлиан Отступник» и «Воскресшие боги: Леонардо да Винчи», чтобы понять, что привлекало Мережковского в жизни и чему он предпочитал верить.
Стоит ли удивляться после этого вселенского заворота мозгов, что, едва дождавшись перестройки, и у нас тут же переиздали этот «шедевр», причем двумя изданиями в двух самостоятельных переводах (!): в московской «Республике» и петербургском «Печатном дворе».
Параллельно главы публиковались в периодике: «Труд», 1989; «Простор», 1990; «Нева», 1994, – причем иногда, представьте, опять-таки в самостоятельных переводах.
При этом издатели совершенно безстыдно (иногда вопреки содержанию предисловий) утверждали, что эта книга «удачная попытка раскрыть русский феномен Григория Распутина», что она «основана на архивных материалах русской эмиграции».



Веронское издание. 1933 г.

Ну, а что же сам автор? Вернемся к нему.
По мере роста популярности книг Фюлёп-Миллер получает международное признание, будучи принятым в члены литературных и научных обществ Лондона и Берлина.
Однако, начиная с 1933 г., обстановка в Германии претерпевает большие изменения.
В 1939 г. писатель вынужден был бежать в Норвегию. Причиной, утверждают некоторые авторы, была его жена, по национальности еврейка. Однако и он сам, не забудем, был сыном аптекаря…



Рене Фюлёп-Миллер и его жена.

Как бы то ни было, но и в Норвегии супруги не задержались надолго, сумев выбраться в США.
Там Фюлёп-Миллер продолжил заниматься привычным делом: писал статьи и книжки.



Рене Фюлёп-Миллер в США. 1950-е годы.

Одновременно он преподавал социологию и историю русской культуры в университетах Нью-Йорка и Лос-Анджелеса, а также в старейшем в Америке Дартмутском коллежде в Гановере (штат Нью-Гэмпшир).


Один из последних снимков Рене Фюлёп-Миллера.

Скончался Рене Фюлёп-Миллер 7 мая 1963 г. в том же Гановере, где долгое время преподавал.


Продолжение следует.
Tags: Спор о Распутине
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments