sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

РАСПУТИН: СОЗДАНИЕ МАТРИЦЫ (10)




Взаимодействие СССР и эмиграции


Итак, начатое в России дело было продолжено в эмиграции.
Немало клеветал на Царя, Царицу и Их Друга председатель последней Государственной думы М.В. Родзянко. Первую свою книгу воспоминаний он выпустил еще в 1919 г. на юге России. Затем он ее переиздал в 1922 г. в Берлине в составе известного альманаха «Архив русской революции» И.В. Гессена. В следующем, 1923-м она вышла в альманахе «Былое», печатавшемся в СССР П.Е. Щеголевым, который в свое время, еще по горячим следам событий, просил Родзянко написать мемуары. Тогда Михаил Владимiрович отказал.



Обложка 64-страничной книги М.В. Родзянко «Государственная дума и Февральская 1917 г. революция», напечатанная в 1919 г. в Ростове-на-Дону.

В 1926 г. в Берлине в «Архиве русской революции» вышла другая часть записок М.В. Родзянко «Крушение Империи». На следующий год она была выпущена в Ленинграде в партийном издательстве «Прибой».


Издательская обложка книги М.В. Родзянко, вышедшей в 1927 г. в ленинградском издательстве «Прибой».

В том же 1927 г. в Лондоне вышел английский перевод воспоминаний Родзянко под весьма характерным названием: «Царство Распутина».


Rodzianko M. The Reign of Rasputin. London. Philpot. 1927.


Обложка той же книги, вышедшей в парижском издательстве «Payot» в 1927 г.

В уже упоминавшемся нами «Архиве русской революции» в 1922 г. вышла работа А.А. Блока «Последние дни старого режима».
Тут уже было обратное движение. Работа была впервые издана в СССР в 1920 г., также в уже знакомом нам журнале «Былое» (№ 15).



Обложка первого отдельного издания книги А.А. Блока «Последние дни императорской власти», напечатанной в 1921 г. в петроградском издательстве «Алконост».

Исходя уже из этих первых приведенных нами фактов можно прийти к выводу о том, что издательства СССР и стран Западной Европы в отношении книжной продукции, содержащей критику Царской власти (и, следовательно, касающейся также и Г.Е. Распутина), функционировали подобно сообщающимся сосудам. (Тема заслуживающая отдельного большого разговора.)
Такая совместная работа хорошо просматривается, например, и в издании воспоминаний Е.Ф. Джанумовой.
По данным агентов Охранного отделения за март 1915 г. автор – «жена московского купца, 35 лет. Петроградский адрес: Мойка, 60». Эмигрировав после революции, по некоторым данным, она жила в Берлине.
Воспоминания Джанумовой впервые увидели свет в 1923 г. за границей. Известны их публикации в газетах А.Ф. Керенского «Дни» (февраль) в Париже и «Новом русском слове» (апрель-май) в Нью-Йорке; в эсеровском журнале «Современные записки» (№ 14), выходившем в Париже в издательстве Я.Е. Поволоцкого.
В том же году воспоминания были изданы в СССР, а также переведены на французский язык и напечатаны в парижском издательстве «Fayard».



Обложка книги «Мои встречи с Распутиным» Е.Ф. Джанумовой, преизданной в московско-петроградском издательстве «Петроград» в 1923 г.

После проверки некоторых сведений, содержащихся в книге Елены Францевны, оказалось, что многие из них не соответствуют действительности, противореча имеющимся надежным документам.
«…Откровенность ее, – справедливо пишет современный исследователь из Тюмени А.В. Чернышов, – особого доверия не внушает. “Дневник” имеет резко выраженные черты сочиненности и литературности. […] Пошлость – главный герой “Дневника” Джанумовой. Пошлость в манерах и натуре Распутина, пошлость – во всех его поклонницах и приближенных, пошлость – в обстановке, кутежах и отношении к людям. Но за пошленькими словами и цыганскими романсами, переплетаясь с ними, звучат трагические ноты похоронного марша – Династии Романовых, и Царская Россия втаптывались в грязь…»
В отличие от названных нами, большинство воспоминаний, написанных русскими в эмиграции, в СССР не переиздавались.
О полных разного рода инсинуациями воспоминаниях премьер-министра графа В.Н. Коковцова и протопресвитера военного и морского духовенства о. Георгия Шавельского и самих этих личностях мы не раз еще поговорим далее.



Обложка первого тома воспоминаний графа В.Н. Коковцова «Из моего прошлого», увидевших свет в парижском издании журнала «Иллюстрированная Россия» в 1933 г.

В том же 1933 г. в эмигрантской периодике появились первые главы воспоминаний начальника канцелярии Министерства Императорского Двора и Уделов генерал-лейтенанта А.А. Мосолова (1900†1916), также отличавшихся клеветническим характером по отношению к Г.Е. Распутину.


Генерал Александр Александрович Мосолов.

Это последнее обстоятельство объясняется, прежде всего, членством Александра Александровича в масонской ложе.
Масоном называл его М. Горький; в 1915 г. генерал был особенно близок Великому Князю Николаю Михайловичу, чье масонство и фронда Императору уже ни для кого не секрет. Тесные связи поддерживал А.А. Мосолов и с «красной Матой Хари» – М.И. Закревской-Бенкендорф-Будберг – сотрудницей многих разведок, в том числе и ЧК, третьей и последней женщиной Горького.



Визитная карточка генерал-Лейтенанта А.А. Мосолова с указанием его петербургского адреса: Фонтанка, 20.

Не случайной в связи с этим представляется первая наиболее полная публикация мемуаров А.А. Мосолова именно в парижских «Последних новостях» (1933–1934) П.Н. Милюкова. Первое отдельное издание этих воспоминаний вышло позднее.


Обложка первого отдельного издания мемуаров А.А. Мосолова, вышедших в 1937 г. в рижском издательстве «Филин» в 1937 г. под редакцией А.А. Пиленко.

Но было и еще нечто. Это нечто – духовность генерала.
О ней несколько лет назад поведала его племянница эмигрантка А.Г. Шатилова, как и ее дядя весьма критически настроенная к Г.Е. Распутину.
«Один из моих дядей, А. Мосолов (заведовавший канцелярией личных прошений к Государю), – пишет она, – […] обладал “даром” заговаривать кровь. Его сын Сергей Мосолов, во время второй мiровой войны поступивший в добровольческие противокоммунистические части в Белграде, получил эту способность от своего отца. А передача заключалась в следующем: отец написал текст заговора на бумажке, Сережа его выучил наизусть. Затем отец сжег бумажку на свечке и приказал сыну съесть пепел [Ср. со словами Царя-Мученика, произнесенными в сонном видении, признанным праведным старцем о. Николаем Псковоезерским истинным: «Нас пережгли в порошок и выпили!..» – С.Ф.]. Сразу же отец потерял способность заговаривать кровь, а сын ее получил» (Русский вестник. 2002. № 14-16. С. 16).



Дарственная надпись генерала А.А. Мосолова на титульном листе рижского издания его воспоминаний. Собрание музея «Наша эпоха» (Москва).

Специального разговора заслуживает также автор приведенного мемуарного отрывка – племянница генерала – Анастасия Георгиевна Шатилова (1925†2005), дочь одного из главных идеологов Зарубежной Церкви епископа Григория (графа Граббе, 1902†1995).
С 1950-х гг. она помогала своему отцу, протопресвитеру Георгию Граббе правителю дел Синодальной канцелярии (с 1931), а потом секретарю Синода (с 1967) и заведующему отделом Внешних сношений во время правления трех Первоиерархов Зарубежной Церкви Антония, Анастасия и Филарета.
Ставший впоследствии епископом Григорием, он состоял в масонской ложе «Лафайет-Астория» и сотрудничал с ЦРУ. Был известен тем, что 30.9.1964 г. венчал «сына Николая Александровича Романова и Александры Гессенской», а в действительности бывшего коммуниста, сотрудника польской разведки (в описываемое время – ЦРУ), католика (!) Голеневского (наст. фамилия Раймонд Турыньский) на немецкой протестантке (!) Ирмгардт Кампф. Таинство он совершил не в храме, а прямо на квартире. Позднее выяснилось, что у Голеневского, венчанного Граббе как первобрачного, в Польше была жена и дети. Свидетелями были американцы отец и сын Спеллеры, неизвестно даже крещенные в какой-либо религии или нет.
Посетивший в 1994 г. в США Архиерея священник из России (М. Ардов) вспоминал: «…Хотя владыка Григорий и был уже “не у дел”, у него сохранилась большая переписка, он продолжал влиять на ход церковных событий. И всем этим, потому как он сам был уже стар и немощен, ведала его старшая дочь Анастасия Георгиевна».
А.Г. Шатилова издавала бюллетень «Церковные новости» – «независимый орган православной церковной мысли», в котором пропагандировала раскольническую церковную деятельность на территории России. На протяжении последних 10 лет она ежегодно приезжала в Россию, проводя по нескольку недель в Суздале, где принимала деятельное участие в работе канцелярии т.н. «архиерейского синода» самозванной РПАЦ Валентина Русанцова.
Дело в том, что епископ Григорий (Граббе) стоял у истоков «Российской православной (автономной) церкви». За несколько месяцев до своей кончины он, по свидетельству о. М. Ардова, посетил Москву и Суздаль, распорядившись, чтобы «на его похоронах не присутствовал ни один из архиереев Зарубежной Церкви».



Анастасия Георгиевна Шатилова.

Незадолго до кончины А.Г. Шатиловой, в сентябре 2005 года, умер ее младший брат епископ Антоний (Граббе), в свое время из-за угрозы Синодального суда перешедший из-под юрисдикции РПЦЗ к грекам-стростильникам. Скандал разгорелся после того, как стало известно, что он был причастен к продаже принадлежавших Православной Церкви земельных участков в Святой Земле.
В одной из последних своих статей А.Г. Шатилова писала: «Московская Патриархия не благодатная Церковь, а – еретическое сборище». Скончалась она в Нью-Йорке после травмы, полученной ею в начале сентября в Суздале, на лестнице Синодального дома РПАЦ.



Продолжение следует.
Tags: Спор о Распутине
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments