sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ВЕЛИКАЯ?.. БЕЗКРОВНАЯ?.. РУССКАЯ?.. (13)


Этот пост мы иллюстрируем фотографии современных «памятников городовым», вдруг появившимися недавно во многих русских городах, хотелось бы думать, что, хотя бы отчасти, как знак покаяния, за сотворенное в безумном помрачении сто лет назад.


Последняя опора


«Среди общей подлости, – свидетельствовал молодой адвокат, – одни полицейские вели себя героями. Это единственное благородное воспоминание, оставшееся у меня. Их подвергали изощренным издевательствам и мучениям, а они не поддавались и так стойко, так гордо погибали!»

ЧЕЛЯБИНСК:


Да и немудрено. «…Обыкновенно в городовые попадали только самые лучшие солдаты в отношении пройденной ими строевой службы, выказанной смышлености и добросовестности, поведения и нравственных качеств. Таким образом, попадали в городовые русские солдаты самой первой категории, т.е. такие, которыми граждане всякого другого государства, кроме России, гордились бы…»
Получали же они за свою ответственную и неблагодарную службу 20-30 рублей в месяц. Это к вопросу о выгодах …


КАЛУГА:


6 марта был упразднен фактически разгромленный корпус жандармов, а 10 марта ликвидировали Департамент полиции. Был упразднен институт осведомителей.
…Но вот как уже совершенно открыто писали петроградские газеты ровно через шесть месяцев после революционного разгула:


НИЖНИЙ НОВГОРОД:


«В ПЕРЕПУГЕ
На днях на проспекте Свободы подрались извозчик с милиционером.
Извозчик оказался здоровенным детиною.
Милиционер, очутившись в железных тисках сильных рук своего противника, забыл от отсутствии самодержавных блюстителей порядка и крикнул во всю глотку:
– Го-род-ово-ой!!!»


ЕЛАБУГА:


Но ведь профессионалы вызывали революцию в Россию вовсе не в интересах народа, используя лишь его темные инстинкты в своих интересах…
Чистка продолжалась и позднее (о ней мы практически ничего не знаем). Сохранилось лишь обращение прокурора Петроградской судебной палаты П.Н. Переверзева к населению, опубликованное в официальном органе Временного правительства в конце марта.


САРАТОВ:


Он просил «всех лиц, имеющих о чинах наружной полиции сведения, свидетельствующие о предосудительности их деятельности и несовместимости ее с установившимся государственным строем, сообщить об этом в ближайшие два дня в канцелярию прокурора […]. Заявления должны быть за подписью и с указанием адреса».
Таким образом, политическое доносительство и стукачество утверждалось «сверху» и, как видим, отнюдь не после октября 1917-го.


ВЛАДИКАВКАЗ:


Итак, единственная реальная сила (полицейские и жандармы) в ночь с 27 на 28 февраля была сломлена.
Были, конечно, еще и войска…
«…Оставшиеся верными правительству войсковые части, – писал знавший толк в военном деле очевидец (С. Мстиславский), – были оттянуты к центру города на Дворцовую площадь. Этим совершена была грубейшая ошибка: оттянув свои войска к центру города, в район казенных учреждений и дворцов, лишенный складов и лавок, – Хабалов дал восстанию охватить их со всех сторон, отрезав от продовольственных магазинов и от складов огнестрельных припасов.


ЯРОСЛАВЛЬ:


Если бы он вырвался своевременно из зоны восстания, за городскую черту, – он мог бы, прикрыв подход фронтовых подкреплений, изолировать “очаг мятежа” и, усилившись отрядом Иванова, перейти затем в планомерное концентрическое наступление.

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ:


Такой метод действий давал правительствам – в прошлой истории восстаний – неизменно-твердый и быстрый успех.
Мы почти были уверены, что Петроградский штаб избрал именно этот метод действий: этим мы и объясняли тот факт, что в течение целого дня противника нигде не было видно. Оказалось, однако, что “верные Его Величеству” сами себя заперли в капкан у подножия Александровской колонны, и бездействие их объясняется совсем другими причинами».


НОВОСИБИРСК:


В ночь с 27 на 28 февраля «Таврический Дворец горел тысячью электрических лампочек… как в пасхальную ночь… Это была ночь воскресения русской жизни».
Высыпавшая на улицу разношерстная взбунтовавшаяся толпа провела ту ночь у догорающих правоохранительных зданий и разведенных костров, нередко предводительствуемая, по словам очевидцев, «кучками девиц, поющих “Марсельезу”, с красным флагом».


РЖЕВ:


Запевали в том числе и «Рабочую Марсельезу»:

На воров, на собак – на богатых!
Да на злого вампира-царя!
Бей, губи их, злодеев проклятых!
Засветись, лучшей жизни заря!


ОМСК:


«Все возбуждены необычайным положением, когда вдруг не стало никакого начальства, никакой полиции, никаких обязанностей, ничего запретного», – очень точно передавал тогда настроения толпы один из Царских министров (Э.Б. Кригер-Войновский).


Продолжение следует.
Tags: Переворот 1917 г.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments