sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ЕЩЕ РАЗ ОБ ИРИНЕ ЭНЕРИ


Объявление о концерте Ирины Энери в петербургской газете «Новое время». 1914 г.


Не было среди них людей случайных…


Изучение биографии Григория Ефимовича Распутина привело меня, в конце концов, к выводу: подавляющее большинство клеветавших на него в разное время делало это не случайно. Причина, как правило, была не в ошибках, незнании или недопонимании, а в личности, связях и духовном состоянии конкретного человека.
Что же касается убийства, то среди его участников (даже тех, кто хотя бы в малой степени был прикосновенен к нему) вовсе не было людей случайных.
Недавно мне еще раз пришлось убедиться в этом.
Некоторое время назад я получил письмо от Марины Александровны Витухновской: «Благодарю Вас за очень интересный материал о пианистке Ирине Энери. Я – историк, живу в Финляндии и пишу книжку о двоюродном дяде Ирины по матери, генерале Оскаре Энкеле, который был перед Первой мiровой войной главой русской военной разведки. Меня очень заинтересовала связь Ирины с убийством Распутина; Оскар Карлович, по свидетельству его сослуживца Шостаковского, занимался дискредитацией Распутина по линии военной разведки…»
Речь, напомню, идет об Ирине Алексеевне Сухотиной (1897–1980), урожденной Горяиновой, более известной под сценическим псевдонимом «Ирина Энери».
Она была супругой поручика Сергей Михайловича Сухотина (1887–1926), одного из убийц Г.Е. Распутина, знавшей не только о готовившемся преступлении, но и разделявшей убеждения заговорщиков. Вместе с женой В.М. Пуришкевича в санитарном поезде последнего она ожидала развязки убийства в Юсуповском дворце.
Обо всем этом нам уже приходилось писать:

http://sergey-v-fomin.livejournal.com/24596.html
http://sergey-v-fomin.livejournal.com/24974.html
http://sergey-v-fomin.livejournal.com/25674.html

И вот теперь новый поворот: оказывается дискредитацией Царского Друга в предвоенную пору занимался двоюродный дядя пианистки по матери (Марии Ивановне Брониковской, в первом браке Бирюковой, во втором – Горяиновой) – Оскар Энкель, профессиональный военный разведчик.
Что же это был за человек? – Ответ на этот вопрос я получил из статьи М.А. Витухновской-Кауппала 2008 г. «Военный разведчик Оскар Энкель перед вызовами истории: из имперской России в независимую Финляндию», любезно присланной мне автором.
Уроженец Петербурга Оскар Карлович Энкель (1878–1960), по происхождению швед из Великого Княжества Финляндского, был сыном генерал-лейтенанта Карла Энкеля, директора Фридрихсгамского кадетского корпуса, одним из воспитанников которого был барон Карл Густав Маннергейм, что во многом и предопределило дальнейшую судьбу Оскара Энкеля, однокашника будущего маршала.
Окончив корпус по первому разряду, Оскар Энкель был выпущен в 1897 г. подпоручиком в Лейб-Гвардии Семеновский полк. Три года спустя он поступил в Николаевскую Академию Генерального Штаба, которую окончил с отличием в 1903 году, как раз накануне Русско-японской войны, во время которой капитан Энкель и был определен в разведку при штабе 2-й Маньчжурской армии.



Капитан Оскар Карлович Энкель – выпускник Николаевской Академии Генерального Штаба.

Вскоре после окончания Японской кампании Оскар Энкель достиг чина полковника, заняв должность помощника делопроизводителя 5-го делопроизводства части 1-го обер-квартирмейстерства Главного управления Генерального Штаба, став, таким образом, одним из руководителей разведки Российской Империи.
Весной 1914 г., накануне Великой войны, полковник Энкель получил назначение в Рим.
«Очевидно, – читаем в статье М.А. Витухновской, – назначение Энкеля на должность военного агента в Италии, стране, которая располагалась в выгодной близости к странам Оси и могла служить базой для разведывательной деятельности, объяснялось прежде всего необходимостью укрепить военную разведку России в преддверии войны. Кроме того, Антанта надеялась склонить Италию к вступлению в войну на своей стороне. Энкель, уже зарекомендовавший себя как талантливый организатор разведки, был здесь особенно уместен. Однако существует одно мемуарное свидетельство, которое вносит особую краску в картину событий, предшествовавших перемещению Энкеля из Петербурга в Италию. Мы не вправе обойти его молчанием».
Речь идет о воспоминаниях Павла Петровича Шостаковского (1882–1962) – выпускника Александровского военного училища (1896), офицера Лейб-Гвардии Семеновского полка, сослуживца О.К. Энкеля.
Вскоре, однако, Павел Петрович вышел в отставку; был начальником Петербургского отдела Международного общества спальных вагонов и европейских скорых поездов, а с 1910 г. – директором Российского таксомоторного общества.
Однако с началом войны Шостаковский вернулся в Армию, в звании штабс-капитана занимая должности сначала помощника начальника полевых железных дорог и железнодорожных войск Северо-Западного фронта, а затем – находясь на службе в автомобильной прожекторной команде Гвардейского тяжелого дивизиона.
В 1915 г. для обезпечения поставок технического оборудования для Русской армии его направили в Италию, где однополчане вновь могли встретиться.
После революции Шостаковский с супругой по льду Финского залива бежали за границу. В 1928 г. они обосновались в Аргентине. В годы второй мiровой войны Павел Петрович возглавлял там Славянский комитет, оказывавший помощь СССР. Кроме того, он сблизился с митрополитом Вениамином (Федченковым) – представителем Московской Патриархии в США. В 1947 г. Шостаковский подал прошение о возвращении на родину.
В 1960 г. в Минске вышли его мемуары «Путь к правде», в которых он и рассказал о своем однополчанине и его участии в травле Г.Е. Распутина.
«Шостаковский, – пишет в указанной статье М.А. Витухновская, – сообщает, что Энкель относился к группе “фрондёров”, “недовольных” Царём, которые открыто возмущались близостью Распутина к Царской Семье. Он был, уверяет Шостаковский, начальником того подразделения контрразведки, которому в числе прочих дел была поручена слежка за Распутиным. Оскар Карлович “не стесняясь, рассказывал скандальнейшие подробности времяпрепровождения Распутина”, свидетельствует мемуарист.
Интересно следующее его наблюдение: “Странное чувство испытывал я, слушая эти рассказы. Мне, кроме всего, казалось, что звучит в них презрение ‘культурного’ шведа к ‘дикой’ стране, в которой такой проходимец, как Распутин, мог иметь влияние на Монарха”.
Шостаковский, видимо, забывает, что наиболее сильное влияние Распутин оказывал отнюдь не на Царя, а на Его Супругу, Которая, как известно, была не “дикой” русской, а чистокровной немкой.
Интересна версия событий, выдвигаемая Шостаковским. Он уверенно сообщает читателю, что откровения Энкеля служили вполне определённой цели – подготовке русского общественного мнения к свержению Николая II.
Этот план, по версии Шостаковского, был разработан в Англии и Франции, “на лондонской ‘Даунинг стрит, 10’ и на ‘Кэ д`орсэ’ в Париже. Союзники решили заменить ‘неспособного’ Николая II ‘способным’ Михаилом. […] Переворот считался единственным средством отсрочить надвигавшуюся революцию и спасти Династию, установив твёрдый конституционный режим, каковой должен был обезпечить участие России в неизбежной мiровой войне”.
Нам не встречались материалы, подтверждающие эту ошеломляющую концепцию. Поиск источников происхождения этой конспирологической версии, выяснение степени её достоверности или возможности её опровергнуть – дело будущего.
Известно, что в предвоенные и особенно военные годы в России возникали и быстро распространялись самые разнообразные и фантастические слухи, и, возможно, Шостаковским был подхвачен и развит один из них.
Вполне возможно, впрочем, что какое-то основание у этой версии было. Мы будем продолжать поиски источников, связанных с этим сюжетом, пока же, за отсутствием материала, воздержимся от каких бы то ни было интерпретаций версии Шостаковского».
Заметим, что последние наши разыскания в связи с участием в заговоре с целью убийства Царского Друга английской и французской спецслужб и дипломатов подтверждают эту версию. (См. в нашем ЖЖ материалы с меткой «Убийство Распутина: английский след».)



Полковник О.К. Энкель – русский военный агент в Риме. Фотография предоставлена М.А. Витухновской.

Что касается полковника Энкеля, то в 1917 г. произошел его болезненный разрыв с целым рядом высших чинов Генерального Штаба, принявших сторону большевиков. (Напомним, что непосредственный его начальник, генерал-квартирмейстер Н.М. Потапов в июле 1917 г. вступил в контакт с Военной организацией Петербургского комитета РСДРП.)
Однако даже после прихода большевиков к власти полковник не спешит на свою малую родину, в Финляндию, надеясь, что переворот в Петрограде – дело временное.
В мае 1918 г. он вступил в образованный в Риме «Союз возрождения России в единении с союзниками». В ноябре Главнокомандующий Добрармией генерал А.И. Деникин назначил полковника О.К. Энкеля «состоять при Главнокомандующем Восточным фронтом генерале Франше д`Эсперре», штаб-квартира которого находилась в Белграде.
Только в мае 1919 г. Энкель, наконец, приезжает в Финляндию.
«Связи Маннергейма с Энкелем, – пишет М.А. Витухновская, – особая страница в биографии обоих. Их жизненные пути неоднократно пересекались – начиная с того, что отец Энкеля был директором того Фридриксхамнского кадетского корпуса, где учился Маннергейм. Именно генерал Карл Энкель и исключил Маннергейма из училища за плохое поведение. Оскар Энкель тогда был мальчишкой – он был моложе Маннергейма на 11 лет.
Впоследствии Энкель и Маннергейм, оба служившие в элитных частях русской армии, не выпускали друг друга из вида. Интересно, например, что знаменитая двухлетняя разведывательная экспедиция Маннергейма в Северный Китай началась в 1906 году, именно тогда, когда Энкель отвечал за восточное направление военной разведки. Можно допустить, что идея направить Маннергейма в Китай в качестве разведчика принадлежала его младшему соотечественнику.
И, по некоторым свидетельствам, именно Маннергейм пригласил Энкеля на службу в Финляндскую армию после окончания ожесточённой гражданской войны».



Генерал-лейтенант Энкель – начальник Генерального штаба Финляндии. Фотография предоставлена М.А. Витухновской.

Дальнейшая военная карьера Оскара Карловича вкратце была такова.
В 1919 г. он был назначен начальником береговой обороны.
Будучи начальником Генерального штаба Финляндии (1919-1924), именно он начал на Карельском перешейке строительство Линии Маннергейма.
Во время Зимней войны отставного генерал-лейтенанта Энкеля направили специальным представителем Маннергейма в Париж и Лондон, где он вел переговоры по формированию иностранных добровольческих отрядов.
Последней услугой маршалу стало участие генерала в 1944 г. в заключении Московского перемирия.
Tags: Убийство Распутина: русские участники
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments