sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

«КОРАБЛЬ» ДЛЯ ДУРАКОВ, или Кое-что о «народном Православии» (часть 7)

9.
Подарок И.А Чурикову в день ангела от юродивого Мити Козельского (Дмитрия Попова, по прозвищу «Коляба», согласно дарованной Государем фамилии – Ознобышин) и иеромонаха Мардария (Ускоковича, 1889†1935), уроженца Черногории, скончавшего свои дни епископом Американским и Канадским. Картина представляет собой коллаж с фотографии 1910 г. Надпись гласит: «Братец Иоанн Самарский. От Мити Козельского. 15.1.1914 г.» Чуриков попирает символ пьянства – зеленого змия. Слева от него изображены «отрезвившиеся», справа – «алкоголики». Каждого пришедшего к нему 15 января 1914 г. поздравить с именинами Иван Алексеевич одаривал яблоком. Всего их было роздано шесть тысяч штук. Митя Козельский неоднократно посещал Вырицу и Обухово. В 1929 г. он был осужден по процессу чуриковцев и погиб в Соловецком лагере.

Не мытьем, так катаньем (продолжение)

Именно после этого инцидента церковная печать заняла по отношению к И.А. Чурикову единодушно критическую позицию. В июне 1912 г. миссионерский совет Петербургской епархии призвал духовенство объявлять прихожанам после службы о недопустимости посещения бесед И.А. Чурикова. Даже общение его со своими давними приверженцами было практически запрещено. У дома «Общества народных трезвенников» был выставлен полицейский пост. Дозволялся только прием записок, да и то только по понедельникам с шести утра до двух дня. В записках его просили помочь избавиться от пьянства. В ответ просители получали в кулечке три кусочка сахара («как символ перехода от горькой жизни к сладкой»). Больные – небольшой пузыречек с древесным маслицем, которым они сами должны были помазываться и по вере их получать просимое от Бога. Табакокуры – ладан. Каждый гостинец сопровождался небольшим письменным наставлением. И всё это совершенно безвозмездно. Позднее некоторые потерявшие совесть миссионеры выдавали это за введение якобы «братцем Иоанном» своего причастия, не взирая на то, что в православной традиции такие дары всегда были. Вспомним, например, знаменитые сухарики Батюшки Серафима. Помню я сам, приезжая к старцу Николаю Псковоезерскому на остров, не раз получал из его рук то буханку хлеба, то банку рыбных консервов. Сам И.А. Чуриков впоследствии твердо заявлял: «…Такого перехода от Св. Тайн на сахар я не хотел. Всё это произошло от ропота духовных лиц».
Иван Алексеевич долго терпел эти воздвигнутые на него гонения, подчиняясь требованиям как светских, так и духовных властей. Вскоре, однако, его ждал новый удар: 2 ноября 1912 г. скончался Петербургский митрополит Антоний. Его место занял митрополит Владимiр (Богоявленский), сменивший епархиального миссионера: место Д.И. Боголюбова занял И.Г. Айвазов (1872†1964).
Иван Георгиевич принадлежал к сторонникам весьма широкого толкования т.н. «хлыстовства», к которому он безоговорочно причислял иоаннитов, Г.Е. Распутина и чуриковцев. С митрополитом Владимiром миссионер близко сошелся в бытность того еще на Московской кафедре и как раз на хлыстовской проблеме: «С так называемыми “братцами” и их “беседками” митрополит Владимiр уже имел ближайшее соприкосновение еще в Самарской епархии. Вот почему он сразу опознал подлинный облик и московских “братцев”, выучеников Самарского “братца” Чурикова. За православною личиною “братцев” митрополит Владимiр ясно увидел старых хлыстов, самых опасных врагов Церкви, опасных именно своею показною православною внешностью, манящею к ним православных. И вот митрополит Владимiр начал решительную борьбу с московскими “братцами”».
Однако, чтобы поосновательнее решить вопрос с И.А. Чуриквым (дабы тот в очередной раз не сорвался с крючка), требовалось определенное время. Благодаря существовавшей в России давней практике такой повод был. Ждали Великого Поста, когда Иван Алексеевич должен был пойти в церковь на исповедь. Однако тот тоже хорошо понимал, что его там ожидает. В храм он не пошел, объяснив это следующим образом: «Я 20 лет ходил к пастырям, исповедался и причащался у них, до тех пор, пока местный священник Колесников не устроил скандал на моей бесе¬де и не разогнал три тысячи человек трезвенников. Мои беседы были закрыты, а Колесников награжден золотым крестом, этим они убили во мне веру в них. И теперь я не могу им верить и ходить к ним, пока они не примирятся со мною».
29 сентября 1915 г. о. Иоанн Колесников действительно был переведен в храм иконы Божией Матери «Всех Скорбящих Радости» за Литейным двором (Воскресенский проспект, 3) и возведен в сан протоиерея. Служба его там продолжалась до 29 июня 1917 г.
Возможно, И.А. Чурикову казалось, что он упредил готовившийся удар, однако угодил в другую ловушку. 4 февраля 1914 г. он был вызван в епархиальное управление, где в присутствии епископа Никандра, председателя Епархиального миссионерского совета, его допрашивал И.Г. Айвазов, выдвинувший против него позволявшее классифицировать Ивана Алексеевича как хлыста обвинение: «Вас почитают за Христа. Из писем, адресованных на ваше имя, имеющихся у меня, видно, что вас прямо обоготворяют». Позиция противников И.А. Чурикова в церковной среде странным образом совпала с мнением либеральной богоискательской интеллигенции. Так небезызвестный Д.В. Философов писал об «обоготворении Иванушки», толкуя о народном ницшеанстве наоборот, когда «сверхчеловека обоготворяют при помощи христианства». Этот участник любовного треугольника (Мережковский-Гиппиус-Философов) называл Ивана Алексеевича народным эквивалентом сверхчеловека, русским воплощением Заратустры. Совпадая по сути, эти оценки миссионера и богоискателя, разнились лишь в знаке оценки самого явления, воспринимаемого, впрочем, и теми и другими в искаженном свете.
Вечером 4 марта 1914 г. в Александро-Невской Лавре состоялось заседание Епархиального миссионерского совета, на которое был приглашен и И.А. Чуриков. Он категорически отвергал возводимые на него обвинения, основанные на «неточностях» при записи его слов в журнале миссионерского совета и даже на свидетельствах газетных статей, что, зная степень добросовестности журналистов, было вообще делом вопиющим и не могло даже подлежать серьезному обсуждению, особенно в таком деле. Однако Ивана Алексеевича слушали только для вида. Дело завели не для того, чтобы разбираться, а с целью покончить с проблемой раз и навсегда.
Но, зададимся вопросом, насколько вообще были основательны все эти обвинения?
«Сам Чуриков, – писали очевидцы, – постоянно останавливал своих ревностных восхвалителей: “Что вы меня восхваляете? Вас исцелил Господь по вере вашей, а я только напомнил вам о Христе и о Его учении. Исполните заповеди Господни и вас Христос не оставит милостию”…»
Понимали это и те представители церковной иерархии, кто желал того. В марте 1914 г. И.А. Чуриков на Епархиальном миссионерском совете рассказал о своей беседе с Петербургским митрополитом Антонием: «С 1894 года до 1905 года я посылал для отрезвления приходивших ко мне людей в Св. Церковь со словами: “Идите ко священнику, исповедуйтесь и причаститесь во оставление дурных привычек”. И когда это отрезвление народа предалось большей гласности, то митрополит Антоний призвал меня к себе и сказал:
– На вас подымается ропот и жалобы среди духовенства.
– За что же на меня роптать? – спросил я, – я посылаю людей в церковь за исцелением к Св. Тайнам.
– Да, правда, – отвечал Владыка Антоний, – вы посылаете людей в церковь за отрезвлением к Св. Тайнам, и Св. Тайны исцеляют их от пьянства и болезней, но народ приписывает вам славу, поэтому советую вам прекратить личные приемы».
На самом деле многие страждущие запомнили сказанное им И.А. Чуриковым на всю жизнь, записав состоявшийся между ними разговор в назидание единомышленникам и потомкам:
–Что ты от Бога хочешь?
– Хочу, чтобы не пить вина, жить с семейством, которое я через пьянство давно потерял. Я очень страдаю от вина, не могу, чтобы не пить.
– Да, это можно. Всё возможно верующему. Веришь ли в Бога?
– Нет, ругал Его скверными словами.
– Господь сказал, если только будете веровать, что только попросите у Отца Моего Небесного во Имя Мое, будет вам.
– Помолись, чтобы мне веровать хоть немного.
– И вы хотите что-нибудь получить от меня? Нет у меня ничего, кроме этого: давайте попросите у Бога, я верю, по вере вашей даст вам Господь.
Помолились. Братец дал просфорку со святой водой и сказал:
– Исцеляет вас Господь на этом святом хлебе и на этой святой воде заключил с вами договор работать Господу. Вам надо сейчас дать причастие, но я простой человек, я не в силе этого делать, примите хоть это пока.. Это тоже из Церкви. Батюшка над эти тоже совершал молитвы.
Однако никого все эти «детали» уже не интересовали. В июле 1914 г. епархиальное начальство подвергло И.А. Чурикова отлучению от Причастия «впредь до искреннего раскаяния его в своих заблуждениях и объявления им полного послушания церковной власти». Однако через несколько дней началась Великая война и стало уже не до хлыстов и не до трезвенников.

Продолжение следует.
Tags: Распутин в Петербурге
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments