sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

«КОРАБЛЬ» ДЛЯ ДУРАКОВ, или Кое-что о «народном Православии» (часть 3)

7.
Трезвенники на Сухаревской площади в Москве. Предвоенный снимок.

«Апостол народной трезвости» (окончание)

К сожалению, рано было радоваться, что правда восторжествовала. Весной 1900 г. Ивана Алексеевича вновь арестовывали. В самый день Пасхи, 9 апреля, полицейский надзиратель объявил ему об отправке в арестное отделение Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря за «учения, противные Православной Церкви». Последователи обратились за помощью к вдовствующей Императрице Марии Феодоровне. 20 мая Чуриков, отсидев в монастыре-тюрьме 24 дня, был освобожден. Другой Августейшей заступницей Братца была Великая Княгиня Елизавета Феодоровна. В свое время она «написала кому-то записочку, – тут уж никакие консистории ничего сделать не могли; Иван Алексеевич был немедленно освобожден и вскоре приехал в Петербург в качестве свободного гражданина и начал здесь проповедовать вполне открыто, на глазах у полиции».
Большой помощью И.А. Чурикову была поддержка, которую ему оказал новый Петербургский Владыка Антоний (Вадковский), сам активно занимавшийся борьбой с пьянством в народе и даже основавший Александро-Невское общество трезвости.
«Я получил от митрополита, – сообщал в сентябре 1900 г. одному из своих последователей Иван Алексеевич, – благословение говорить слово Евангелия свободно… Имею собственную квартиру для приема любителей слушать слово Евангелия, которых помещается до четырехсот человек, а иногда и более, два раза в неделю, т.е. в понедельник с 12 часов, в субботу с 12 часов и в воскресенье с 2-х часов. Ныне таковая обязанность возложена на меня… благословением Владыки – митрополита… квартиру наняло общество трезвости…»
Удалось найти понимание и у светских властей. На исходе ноября 1910 г. министр внутренних дел П.А. Столыпин получил от И.А. Чурикова бумагу, в которой тот сообщал о том, что пристав 4-го участка Санкт-Петербурга повелел закрыть проводимые им духовно-нравственные беседы в Обществе трезвенников, которые, как считал проситель, приносят большую «пользу погибшему от пьянства народу». «Я состою, – писал далее Иван Алексеевич, – истинным православным христианином и верным сыном Православной Церкви и желаю воспользоваться Высочайшей милостью, законом 17 апреля 1905 года и 17 октября 1906 года не для бегства от Святой Церкви, но для того, чтобы свободно читать Евангелие на пользу Святой Церкви и на пользу погибшему от пьянства народу». 15 января 1911 г. проситель получил официальное извещение: «Проживающий в доме № 1 по Петровскому проспекту крестьянин Иван Чуриков по приказанию Градоначальника сим извещается, что Министр внутренних дел разрешил возобновление молитвенных собраний так называемых “трезвенников” под его, Чурикова руководством».
Популярности движению трезвенников и самого И.А. Чурикова содействовала печать. Начиная с 1900 г. о нем писали и спорили постоянно. Причем среди авторов было немало людей известных. Однако гораздо более важными для нас являются публикации в церковной печати. Ряд обстоятельных статей положительного содержания помещают на своих страницах академический орган «Церковный вестник» и пользовавшийся авторитетом в то время журнал «Приходской священник».
Особенно заметными были статьи миссионера-проповедника протоиерея Димитрия Боголюбова (1869†1953) приходившегося земляком А.И. Чурикову: Дмитрий Иванович происходил из семьи сельского псаломщика Самарской губернии. Будучи с 1903 г. Петербургским епархиальным миссионером, он не раз выступал против применения полицейских мер по отношению к старообрядцам и расширительного (а по существу произвольного) толкования сектантства. При этом о. Димитрий призывал к «народно-органической миссии Церкви», в которой наряду с духовенством должен был участвовать, по его мнению, православный народ. Закончил Д.И. Боголюбов свои дни в звании профессора Московской Духовной академии.
По словам исследователей, этот миссионер «проявлял к Чурикову истинно христианское, человеческое отношение». Важно отметить, что первоначально во время своих миссионерских бесед он говорил против него, но потом, познакомившись с ним поближе, будучи человеком добросовестным, изменил свой взгляд на него: «Крестьянин Самарской губернии Иван Алексеевич Чуриков для петербургского простонародья – личность довольно примечательная. С его именем здесь соединяется большое движение в сторону протрезвления народа и упорядочения его хозяйского обихода. И потому для простого народа Чуриков – не просто Иван Алексеевич, а “дорогой Братец Иоанн”, – молитвенник и печальник народный. Для него он подобен развернутому знамени: и всё, что написано на этом знамени, священно, и для массы народной весьма дорого и убедительно. Поэтому в одном письме на мое имя какой-то почитатель Чурикова называет его “братом, показавшим народу живое Евангелие и неисчерпаемое море чудес”».
В одной из своих статей о. Димитрий подчеркивал, что о личности и деятельности Ивана Алексеевича «должно судить на основании устойчивого и достоверного материала».
Немало кривотолков вызывало отношение И.А. Чурикова к Церкви. В связи с этим до сих пор имеет хождение много выдумок, часто носящих намеренно клеветнический характер.
«Я никогда не отлучусь, – заявлял Иван Алексеевич еще в 1898 г., обращаясь к петербургским братьям, – от Православной нашей Церкви, за которую наши отцы кровь пролили. Готов умереть и я, и согласен переносить всякий глагол лжущий и гонения ради Церкви и Евангелия, потому что я родился в ней и крестился в ней, и научился в ней терпеть».
«…Прошу Вашего Высокопреосвященного благословения, – обращался И.А. Чуриков к Петербургскому Владыке Антонию, – о безпрепятственности, дабы мне можно было таскать заблудших к Церкви». И действительно: «Сколько рассталось с порочной жизнью пьянства и которые по десять лет не были на духу Причастия, а потом стали ревнителями Церкви так, как раньше ревновали к кабаку…» По его словам, он «убеждал пьяниц порочных каяться и представлял оных в Спасо-Колтовскую церковь […] для принятия Св. Тайн во оставление дурных привычек».
«…Я их в церковь заставляю ходить и пастырей признавать. Как же без церкви?!», – фиксировали слова И.А. Чурикова даже люди враждебно относившиеся к нему.
В 1915 г. он с полным основанием мог писать министру внутренних дел Н.А. Маклакову: «Несколько тысяч беззаконных пьяниц обратились из трактирной жизни в лоно Православной Церкви».
А народ всё шел и шел. «…Ныне, – писал Иван Алексеевич в 1900 г., – Господь сподобил меня приобретать братьев по тысяче человек в неделю». Возникает «Общество народных трезвенников» первоначально числом в 120 человек, которое официально регистрируется в Св. Синоде. Движение это не ограничивается одним Петербургом, а постепенно переходит в другие крупные городские центры, проникает в провинцию, село и деревню.
В 1905 г. в Вырице под Петербургом обосновывается община трезвенников. На приобретенном там наделе земли начало свою деятельность основанное И.А. Чуриковым
«Общество взаимной помощи», специализировавшееся на производстве мясных и молочных продуктов. В мае 1914 г. Вырицу посетил член Государственного Совета академик М.М. Ковалевский. «Секрет его успеха, – пришел к выводу ученый, – лежит не только в глубокой вере в Слово Божие…, но в сознании того, что обращенных можно удержать от пьянства лишь постоянным производительным занятием. Его борьба с вековечным злом сказалась не в одних лишь поучениях и обличениях, а в постоянном заботливом отношении о тех, кого он обратил на путь трезвости. Одному он дал добрый совет, другого научил, как взяться для того, чтобы от праздности и распутства перейти к деловой жизни, третьему – собрать рабочих помощников из обращенных им и, трудясь вместе с ними, снабжая его заготовленным кирпичом, поставить ему усадьбу и сарай. Покидая поселок трезвенников, я вынес то убеждение, что если бы людям, как братец Чуриков, не ставили преград в их благотворной деятельности, вся Россия в скором времени покрылась бы поселками вроде колонии трезвенников в Вырице. А такие поселки говорят несравненно больше воображению русского поселянина, чем случайно попадающие в его руки печатные проповеди и светские брошюры о вреде пьянства. Из личного посещения этих поселков он знакомится с тем, чего может достигнуть, отказавшись от прежней разгульной жизни».
Расширяя деятельность общества трезвенников, в 1910 г. в другом пригороде Петербурга, Обухове, приступили к проведению проповеднические собрания, построив для этой цели большой каменный дом.
Рост популярности трезвеннического движения и снятие обвинений во «вредоносной деятельности» после Манифестов 1905-1906 гг., всё это, разумеется, затруднило деятельность преследователей И.А. Чурикова, но не заставило их вовсе отказаться от поставленных целей: они изобретали всё новые и новые хитроумные способы, чтобы избавиться от конкурента и восхитителя, как они считали, их исключительных прав.

Продолжение следует.
Tags: Распутин в Петербурге
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments