sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

«КОРАБЛЬ» ДЛЯ ДУРАКОВ, или Кое-что о «народном Православии» (часть 3)

7.
Трезвенники на Сухаревской площади в Москве. Предвоенный снимок.

«Апостол народной трезвости» (окончание)

К сожалению, рано было радоваться, что правда восторжествовала. Весной 1900 г. Ивана Алексеевича вновь арестовывали. В самый день Пасхи, 9 апреля, полицейский надзиратель объявил ему об отправке в арестное отделение Суздальского Спасо-Евфимиева монастыря за «учения, противные Православной Церкви». Последователи обратились за помощью к вдовствующей Императрице Марии Феодоровне. 20 мая Чуриков, отсидев в монастыре-тюрьме 24 дня, был освобожден. Другой Августейшей заступницей Братца была Великая Княгиня Елизавета Феодоровна. В свое время она «написала кому-то записочку, – тут уж никакие консистории ничего сделать не могли; Иван Алексеевич был немедленно освобожден и вскоре приехал в Петербург в качестве свободного гражданина и начал здесь проповедовать вполне открыто, на глазах у полиции».
Большой помощью И.А. Чурикову была поддержка, которую ему оказал новый Петербургский Владыка Антоний (Вадковский), сам активно занимавшийся борьбой с пьянством в народе и даже основавший Александро-Невское общество трезвости.
«Я получил от митрополита, – сообщал в сентябре 1900 г. одному из своих последователей Иван Алексеевич, – благословение говорить слово Евангелия свободно… Имею собственную квартиру для приема любителей слушать слово Евангелия, которых помещается до четырехсот человек, а иногда и более, два раза в неделю, т.е. в понедельник с 12 часов, в субботу с 12 часов и в воскресенье с 2-х часов. Ныне таковая обязанность возложена на меня… благословением Владыки – митрополита… квартиру наняло общество трезвости…»
Удалось найти понимание и у светских властей. На исходе ноября 1910 г. министр внутренних дел П.А. Столыпин получил от И.А. Чурикова бумагу, в которой тот сообщал о том, что пристав 4-го участка Санкт-Петербурга повелел закрыть проводимые им духовно-нравственные беседы в Обществе трезвенников, которые, как считал проситель, приносят большую «пользу погибшему от пьянства народу». «Я состою, – писал далее Иван Алексеевич, – истинным православным христианином и верным сыном Православной Церкви и желаю воспользоваться Высочайшей милостью, законом 17 апреля 1905 года и 17 октября 1906 года не для бегства от Святой Церкви, но для того, чтобы свободно читать Евангелие на пользу Святой Церкви и на пользу погибшему от пьянства народу». 15 января 1911 г. проситель получил официальное извещение: «Проживающий в доме № 1 по Петровскому проспекту крестьянин Иван Чуриков по приказанию Градоначальника сим извещается, что Министр внутренних дел разрешил возобновление молитвенных собраний так называемых “трезвенников” под его, Чурикова руководством».
Популярности движению трезвенников и самого И.А. Чурикова содействовала печать. Начиная с 1900 г. о нем писали и спорили постоянно. Причем среди авторов было немало людей известных. Однако гораздо более важными для нас являются публикации в церковной печати. Ряд обстоятельных статей положительного содержания помещают на своих страницах академический орган «Церковный вестник» и пользовавшийся авторитетом в то время журнал «Приходской священник».
Особенно заметными были статьи миссионера-проповедника протоиерея Димитрия Боголюбова (1869†1953) приходившегося земляком А.И. Чурикову: Дмитрий Иванович происходил из семьи сельского псаломщика Самарской губернии. Будучи с 1903 г. Петербургским епархиальным миссионером, он не раз выступал против применения полицейских мер по отношению к старообрядцам и расширительного (а по существу произвольного) толкования сектантства. При этом о. Димитрий призывал к «народно-органической миссии Церкви», в которой наряду с духовенством должен был участвовать, по его мнению, православный народ. Закончил Д.И. Боголюбов свои дни в звании профессора Московской Духовной академии.
По словам исследователей, этот миссионер «проявлял к Чурикову истинно христианское, человеческое отношение». Важно отметить, что первоначально во время своих миссионерских бесед он говорил против него, но потом, познакомившись с ним поближе, будучи человеком добросовестным, изменил свой взгляд на него: «Крестьянин Самарской губернии Иван Алексеевич Чуриков для петербургского простонародья – личность довольно примечательная. С его именем здесь соединяется большое движение в сторону протрезвления народа и упорядочения его хозяйского обихода. И потому для простого народа Чуриков – не просто Иван Алексеевич, а “дорогой Братец Иоанн”, – молитвенник и печальник народный. Для него он подобен развернутому знамени: и всё, что написано на этом знамени, священно, и для массы народной весьма дорого и убедительно. Поэтому в одном письме на мое имя какой-то почитатель Чурикова называет его “братом, показавшим народу живое Евангелие и неисчерпаемое море чудес”».
В одной из своих статей о. Димитрий подчеркивал, что о личности и деятельности Ивана Алексеевича «должно судить на основании устойчивого и достоверного материала».
Немало кривотолков вызывало отношение И.А. Чурикова к Церкви. В связи с этим до сих пор имеет хождение много выдумок, часто носящих намеренно клеветнический характер.
«Я никогда не отлучусь, – заявлял Иван Алексеевич еще в 1898 г., обращаясь к петербургским братьям, – от Православной нашей Церкви, за которую наши отцы кровь пролили. Готов умереть и я, и согласен переносить всякий глагол лжущий и гонения ради Церкви и Евангелия, потому что я родился в ней и крестился в ней, и научился в ней терпеть».
«…Прошу Вашего Высокопреосвященного благословения, – обращался И.А. Чуриков к Петербургскому Владыке Антонию, – о безпрепятственности, дабы мне можно было таскать заблудших к Церкви». И действительно: «Сколько рассталось с порочной жизнью пьянства и которые по десять лет не были на духу Причастия, а потом стали ревнителями Церкви так, как раньше ревновали к кабаку…» По его словам, он «убеждал пьяниц порочных каяться и представлял оных в Спасо-Колтовскую церковь […] для принятия Св. Тайн во оставление дурных привычек».
«…Я их в церковь заставляю ходить и пастырей признавать. Как же без церкви?!», – фиксировали слова И.А. Чурикова даже люди враждебно относившиеся к нему.
В 1915 г. он с полным основанием мог писать министру внутренних дел Н.А. Маклакову: «Несколько тысяч беззаконных пьяниц обратились из трактирной жизни в лоно Православной Церкви».
А народ всё шел и шел. «…Ныне, – писал Иван Алексеевич в 1900 г., – Господь сподобил меня приобретать братьев по тысяче человек в неделю». Возникает «Общество народных трезвенников» первоначально числом в 120 человек, которое официально регистрируется в Св. Синоде. Движение это не ограничивается одним Петербургом, а постепенно переходит в другие крупные городские центры, проникает в провинцию, село и деревню.
В 1905 г. в Вырице под Петербургом обосновывается община трезвенников. На приобретенном там наделе земли начало свою деятельность основанное И.А. Чуриковым
«Общество взаимной помощи», специализировавшееся на производстве мясных и молочных продуктов. В мае 1914 г. Вырицу посетил член Государственного Совета академик М.М. Ковалевский. «Секрет его успеха, – пришел к выводу ученый, – лежит не только в глубокой вере в Слово Божие…, но в сознании того, что обращенных можно удержать от пьянства лишь постоянным производительным занятием. Его борьба с вековечным злом сказалась не в одних лишь поучениях и обличениях, а в постоянном заботливом отношении о тех, кого он обратил на путь трезвости. Одному он дал добрый совет, другого научил, как взяться для того, чтобы от праздности и распутства перейти к деловой жизни, третьему – собрать рабочих помощников из обращенных им и, трудясь вместе с ними, снабжая его заготовленным кирпичом, поставить ему усадьбу и сарай. Покидая поселок трезвенников, я вынес то убеждение, что если бы людям, как братец Чуриков, не ставили преград в их благотворной деятельности, вся Россия в скором времени покрылась бы поселками вроде колонии трезвенников в Вырице. А такие поселки говорят несравненно больше воображению русского поселянина, чем случайно попадающие в его руки печатные проповеди и светские брошюры о вреде пьянства. Из личного посещения этих поселков он знакомится с тем, чего может достигнуть, отказавшись от прежней разгульной жизни».
Расширяя деятельность общества трезвенников, в 1910 г. в другом пригороде Петербурга, Обухове, приступили к проведению проповеднические собрания, построив для этой цели большой каменный дом.
Рост популярности трезвеннического движения и снятие обвинений во «вредоносной деятельности» после Манифестов 1905-1906 гг., всё это, разумеется, затруднило деятельность преследователей И.А. Чурикова, но не заставило их вовсе отказаться от поставленных целей: они изобретали всё новые и новые хитроумные способы, чтобы избавиться от конкурента и восхитителя, как они считали, их исключительных прав.

Продолжение следует.
Tags: Распутин в Петербурге
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments