sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ТАРКОВСКИЕ: ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (часть 138)


Легионерский значок, выпущенный при Хории Симе.


«Безсмысленный и безпощадный» (начало)


«Всё это по внешности, действительно, казалось бунтом весьма значительных размеров, тогда как на самом деле оставалось все-таки одно лишь великое …недоразумение».
Всеволод КРЕСТОВСКИЙ. «Панургово стадо».


События 21-24 января 1941 г. в Бухаресте и некоторых других городах до сих пор остаются одними из самых непонятных и загадочных в современной истории Румынии.
Произошедшее даже и называют по-разному: «бунт легионеров», «восстание», «массовые безпорядки», «двойная попытка государственного переворота», «упреждающий удар», «провокация Антонеску».
В разное время различными политическими силами и исследователями, придерживавшимися отличных друг от друга взглядов, события эти и интерпретировались каждым по-своему.
Некоторые, особенно в последнее время (когда стали доступны находившиеся ранее под спудом источники), полагают, что гардистов спровоцировали. Часть считают, что это намеренно сделал Антонеску, чтобы избавиться от нежелательных попутчиков.
Другие видят причины в заинтересованности Гитлера, преследовавшего цель посильнее привязать к себе Антонеску. (Фюрер вполне обоснованно полагал, что неопределенность и разномыслие ослабляет важного сателлита Германии в канун большой войны с СССР.)
Всё это, однако, не более чем размышления, пусть и основанные на фактах, однако не на всей их совокупности, часто оставляя в стороне некоторые из них: те, которые противоречат выбранной линии.



Легионеры у «Зеленого Дома». Бухарест. 1940 г.

В январских событиях сошлось много разного: и безсилие, и отчаяние, и расчет, и провокация.
Безпорядкам предшествовал целый ряд разнородных событий, не почувствовав общую логику которых, невозможно понять ни само событие, ни его последствия.
Ключевым, на наш взгляд, было назначение 12 ноября 1940 г. на пост генерального директора Службы специальной информации (Сигуранцы) «человека Антонеску» – Еуджена Кристеску.

http://sergey-v-fomin.livejournal.com/148448.html


Еуджен Кристеску (1895†1950).

Произошло это, как видим еще до убийства в ночь с 26 на 27 ноября (во время т.н. «Жилавской резни»), его предместника – Николая Морузова.
Именно под руководством Кристеску было срежиссировано то кровавое действо, которое известно ныне как «бунт легионеров».
Первым недружественным действием по отношению к Легиону было упразднение 9 декабря 1940 г. Ионом Антонеску легионерской полиции.
Созданная сразу же после переворота 6 сентября 1940 г. с целью защиты нового режима и подавления его противников, она действовала по всей стране параллельно с официальной.
Легионерская полиция имела право производить обыски в любое время дня и ночи, арестовывать и задерживать, причем без каких-либо бюрократических формальностей.
Члены ее были одеты в зеленые легионерские рубашки с портупеей. На пост начальника столичной полиции был поставлен Ион Боян.



Ион Боян (Моисеску) – первый слева в группе легионеров. 1939-1940 гг.
Будучи одним из ближайших людей Хории Симы, называвшего его «Бояном верным», в ноябре 1940 г. он был назначен начальником легионерской полиции в Бухаресте. После разгрома январского восстания остался в Румынии, где был приговорен к лишению свободы, бежал и снова был пойман. Находился в заключении и при коммунистах. Согласившись на сотрудничество с госбезопасностью, пытался вести двойную игру. Будучи внедренным в группу партизан в горах Фэгэраша, был разоблачен и убит одним из бойцов отряда (Андреем Хашу) в начале 1950-х.


Большие полномочия, при незначительной ответственности и низком профессионализме, не могли не привести к эксцессам. Начиналось всё с ареста без каких-либо санкций политиков и министров, а закончилось их убийством.
Генерал Антонеску, которому было выгодно быстрое, «без канители» устранение конкурентов умело воспользовался в своих интересах этим вполне ожидаемым беззаконием.
Министр внутренних дел Константин Петровическу приводил высказывание премьер-министра в связи с убийством узников Жилавской тюрьмы: «Не жаль ни одного из них, потому что они причинили стране очень много зла».
Примечательно, что само решение об упразднении легионерской полиции было принято после обращения к Антонеску лидеров еврейских общин, жаловавшихся на грабежи, которые-де чинят гардисты.
Буквально через несколько дней после этого запрета, 20 декабря, из-за возникших разногласий, вынужден был подать в отставку и один из влиятельнейших министров-легионеров князь Михаил Стурдза.



Князь Михаил Р. Стурдза (1886†1980) – дипломат и легионер. С 14 сентября 1940 г. – министр иностранных дел Румынии. После легионерского бунта арестован вместе с женой и предан суду. Приговорен в июне 1941 г. к пяти годам лишения свободы. Освобожденный вскоре, в связи с начавшейся войной, бежал из страны. В результате организованного при коммунистах процесса т.н. «Великого национального предательства» 6-17 мая 1946 г. заочно приговорен к смертной казни. Скончался в Мадриде.


Всё это влекло за собой рост напряжения в отношениях между генералом и Легионом.
Последняя встреча между премьер-министром Ионом Антонеску и вице-премьером Хорией Симой была зафиксирована 7 января 1941 г. Больше они не встречались.
И тут всё более явной становится рука Кристеску, приступившего к сочинению версии «руки Москвы» в надвигающихся событиях, продвигал которую затем – перед Гитлером – его покровитель-генерал.
Именно в этот период появляются документы, свидетельствующие о контактах Легиона с советской разведкой, вооружающей якобы Железную Гвардию. И готовились эти «свидетельства» в период, предшествовавший встрече Кондукэтора с Фюрером, состоявшейся 14 января 1941 года.
Интересно, что параллельно с этим «советским», Сигуранца вышла и на другой – «германский» – след.
3 декабря в Совете Министров прозвучало сообщение об обнаруженных-де незаконных поставках оружия для Легиона, осуществлявшихся по линии НСДАП: «Мы установили, что оно было куплено в Швейцарии. Транспортируется же к нам через Баварию, Саксонию и Прагу. Оружие обнаружено в пустых нефтяных цистернах, вернувшихся из Германии».
Ключевую роль в развитии дальнейших событий сыграла, конечно, встреча Гитлера и Антонеску, о которой мы в свое время еще расскажем.
Непосредственным же спусковым крючком для разразившихся затем безпорядков явилось убийство 19 января на одной из улиц Бухареста майора Дёринга – офицера немецкой военной миссии в Румынии.
«Убитый немецкий офицер майор Дёринг, – говорилось в распространенном Министерством внутренних дел коммюнике, – руководил перевозками германской военной миссии. Он был застрелен, когда вместе с другими немецкими офицерами возвращался с обеда в гостинице Ambassador, где они проживали. Майор Дёринг играл важную роль в передвижении германских войск в Румынии. Он был начальником первого ранга. […]
Террорист проник в страну с турецким паспортом на имя Саранды, но дома у него был обнаружен и второй паспорт, выданный властями Греции на настоящее его имя Димитриоса Сарантопулоса. Учитывая конфликт между Грецией и Державами Оси, турецкий паспорт облегчал агенту возможность въехать в страну и остаться в ней, не вызывая подозрений и сохраняя при этом греческую идентичность».
Вскоре выяснилась принадлежность грека и к Intelligence Service. (Вообще британских разведчиков с территории Румынии, как оказалось впоследствии, невозможно было вытравить, что и неудивительно, учитывая англофильство тех, кто находился в Бухаресте у власти, включая Антонеску и ближайшего его сподвижника – главу Сигуранцы Кристеску.)
Не трудно понять поэтому и то, почему это убийство – с подачи ведомства господина Кристеску – пытались свалить на Легион, что, не участвуй в расследовании Гестапо, возможно, и удалось бы сделать.
Антонеску хотел возложить всю вину на министра внутренних дел генерала Константина Петровическу, представлявшего в Правительстве Легион.



Генерал-майор Константин Петровическу (1883†1949) – юрист, доктор права, министр внутренних дел с 14 сентября 1940 г. по 21 января 1941 г. Членом Легиона не был, но дважды при Кароле II свидетельствовал на суде в пользу Корнелиу Кодряну (в том числе и на последнем процессе 1938 г.). После январских событий арестован и приговорен 16.6.1941 г. к семи годам лишения свободы, замененных, через три года, домашним арестом. При «народно-демократическом» режиме вновь арестован и 6.5.1946 г. приговорен к пожизненному заключению. 8 сентября 1949 г. скончался в тюрьме Аюд. В настоящее время, по сообщениям Центра по расследованию преступлений коммунизма в Румынии, идет подготовка к эксгумации и идентификации его останков в обнаруженном захоронении политзаключенных этого застенка.


В действительности, конечно, румынский министр, ни по закону, ни по существу, не мог отвечать за охрану немецкого офицера. Германская военная миссия в Румынии обладала своей собственной системой безопасности. Кроме того, не забудем, что это преступление, скорее, должно было проходить по ведомству Еуджена Кристеску, Но тот был ставленником Антонеску и из-под критики всячески выводился.
Целью, как уже говорилось в цитировавшемся нами коммюнике МВД, было «изгнать Легион из власти. Это был зажигательный материал, предназначенный для демонстрации Германскому правительству неспособности легионеров поддерживать порядок в стране. Между убийством Дёринга и переворотом генерала Антонеску существует четкая связь, непосредственная и однозначная».
Уже в самый день убийства немецкого офицера агентом иностранной державы, в воскресенье 19 января в Бухаресте легионеры провели шествие, которое должно было продемонстрировать приверженность движения Державам Оси. Эти массовые акции, продолжившиеся и на следующий день, должны были убедить немцев, что народ не с Антонеску, а – с Легионом, вместе с которым поддерживает своих союзников – Германию и Италию.
Но и противоположная сторона также не дремала, приступив к исполнению задуманного плана. Просчитав своего временного «союзника» и обладая в его рядах соответствующей агентурой, там сделали ставку на стихийный (но при этом, понятно, вполне управляемый) бунт.
Затем, уловив нужный момент (когда клин как следует увязнет), следовало обратиться к арбитражу Гитлера, обложившись заранее подготовленными документами, доказывающими, что именно ты (и никто другой) являешься тем, кто может контролировать ситуацию в стране и гарантировать исполнение данных ранее обязательств.
20 января Антонеску заявил об увольнении Константина Петровическу и его замене генерал-лейтенантом Думитру Попеску.
На другой день, 21 января были отстранены от своих обязанностей все префекты и квесторы из легионеров.
Вызвав префектов на совещание в Бухарест, а полицейских квесторов в соответствующие округа, Антонеску – пока те находились в дороге – приказал военнослужащим заступить на их места. Однако заместители префектов и квесторов (там, где эти должности занимали легионеры) категорически отказались подчиниться приказу, забаррикадировавшись в помещениях
По существу все эти действия Антонеску были попранием подписанного Королем Михаем сентябрьского декрета 1940 г., первые две статьи которого гласили:
«Румынское государство становится национальным легионерским государством. Единственным признанным в новом государстве является Легионерское движение, целью которого является рост морального уровня и материального достатка румынского народа и развитие его творческих сил».
Таким образом, речь шла о самом настоящем государственном перевороте.
Участник движения, священник Штефан Палагицэ в одной из глав вышедшей в 1951 г. в Буэнос Айресе своей книги «Железная Гвардия», весьма симптоматично названной им «Вклад в бунт Антонеску», прямо писал о том, что отстранение Легиона от власти было «обдуманным и дьявольским», а также «преднамеренным». Осуществил этот государственный переворот генерал совместно с «окружавшими его людьми».
С подобным вероломством Легион мириться, понятно, не собирался (на что, между прочим, и рассчитывал Антонеску).
Сразу же после получения распоряжения об отставке, министр Константин Перовическу обратился к Хории Симе и они приняли совместное решение не подчиняться приказам премьер-министра.



Хория Сима.

Был подготовлен манифест, который огласили во время публичных акций:
«Румыны! Германский офицер был подо убит английским агентом на улицах столицы.
Защитником этого убийцы греческого происхождения является Еуджен Кристеску, глава секретной службы, бывшее доверенное лицо Арманда Кэлинеску [б. премьер-министра] и Александра Риошану [заместителя государственного секретаря МВД], человека евреев и греков.
Вместо того, чтобы удалить эти сатанинские элементы, правительство вынужден был покинуть отважный Петровическу, потому что так приказала английская дипломатическая миссия и вольные каменщики.
Прошу генерала Антонеску отдать должное Румынии. Мы просим удалить из правительства всех масонов и ожидовившихся лиц.
Мы требуем Легионерского правительства.
Мы требуем наказать виновных в убийстве крупного представителя германской военной миссии.
Румынский студент-христианин не может допустить, чтобы немецких солдат убивали на улицах столицы агенты Англии.
Виорел Трифа, председатель Национального Союза студентов-христиан Румынии».



Виорел Трифа (1914†1987) – сын школьного учителя из Трансильвании. Изучал богословие в Кишиневе (1931-1935), философию в Бухарестском университете (1936), историю и журналистику в Берлинском университете (1939). Член Железной Гвардии. Активный участник студенческого движения: президент студенческого центра в Кишиневе (1935), председатель Студенческого конгресса в Бухаресте (1937), руководитель Национального Союза студентов-христиан Румынии (1940-1941). После мятежа 1941 г. бежал в Германию, где участвовал в попытках добиться примирения между Легионом и Антонеску. Преподавал античную историю в Италии, эмигрировал в США (1950). С именем Валериан пострижен в монашество и возведен в сан епископа (1952). Архиепископ (1970).
В 1976 г. началось преследование Владыки за принадлежность к Железной Гвардии. Рассматривалась даже его выдача в Израиль для суда за преступления против человечности, не состоявшаяся из-за отсутствия доказательств и свидетелей. Однако в 1980 г. – под угрозой депортации – Архиепископ вынужден был отказаться от американского гражданства, а в 1982 г. и вовсе покинуть США. В Португалии, куда он выехал, Владыка также находился под сильным давлением, организованным проеврейскими кругами. В 1987 г. его объявили «нежелательной персоной». Скончался Преосвященный Валериан в Эшториле от сердечного приступа.
На нижнем снимке Владыка снят в Португалии в 1986 г.



Результатом этого Манифеста стал появившийся слоган «Требуем Легионерского правительства!», под которым, начиная с вечера 20 января, проходили все демонстрации.
Одновременно обнародуются сведения о принадлежности Иона Антонеску к вольным каменщикам (публикуются списки генералов-масонов, среди которых значится и его имя).
Вбрасывается информация о еврейском происхождении матери премьера. Фигурирует даже ее девичья фамилия: Мейсон. Встречные сведения об аромынском или даже албанском происхождении мало кого убеждали на фоне близких отношений Кондукэтора с президентом Центрального совета евреев в Румынии Вилли Филдерманом (1882–1963)
Обычно частые личные встречи и задушевные беседы этих людей объясняют тем, что они-де просто когда-то учились вместе в школе.
Современный израильский историк Шимон Шаферманн, описывая эту «странную дружбу», замечает, что Филдерман хорошо «изучил психологию Антонеску и знал, как использовать его национальную гордость» в еврейских интересах.
Была разыграна легионерами и «английская карта». Дело было не только в убийстве немецкого офицера британским агентом. Вспомнили и о том, например, как Антонеску способствовал побегу в Венгрию 10 декабря 1940 г. маршала Эдварда Рыдз-Смиглы – главнокомандующего Польской армией в войне 1939 г., нашедшего после разрома убежище в Румынии. Проживая на вилле прежнего румынского премьер-министра, он создавал польское подполье, а бежав в Венгрию, рассчитывал заняться там формированием в Лондоне польского правительства в изгнании (одного из излюбленных английских проектов).
Заметим, кстати, что обвинение в англофильстве Антонеску найдет в дальнейшем полное подтверждение.
Между тем, начиная с вечера 21 января, фиксируются первые насильственные инциденты.
Сместив префектов-легионеров, Антонеску приказал армии взять под контроль все эти государственные учреждения. В некоторых местах всё завершилось мирным путем. В других – здания пришлось брать штурмом. Так и появились первые убитые и раненые.
Волнения охватили всю страну. В Мунтении и Олтении префектуры, в основном, были заняты армией, а в Бухаресте, Трансильвании, Банате, Добрудже и Молдавии находились под контролем легионеров.
На улицы столицы вышло до 300 тысяч человек – легионеров и тех, кто поддерживал их. Начался захват правительственных зданий и государственных институтов.



Танкетка, подбитая при штурме легионерами одного из правительственных учреждений в Бухаресте.

Тактика Антонеску сводилась к тому, чтобы вызвать и позволить произойти как можно большему числу безчинств (неизбежных при наличии большой толпы). За это время к Бухаресту должны были подтянуться воинские части с верными лично ему офицерами, чтобы произвести физическую расправу над наиболее активной и организованной, а потому наиболее опасной, частью Железной Гвардии – Рабочим корпусом Легиона.
Впоследствии, во время суда над ним в 1946 г., Кондукэтор утверждал: «В армии было много легионеров, и не только среди молодежи, но даже и между старшими офицерами и генералами»
Всё это было, разумеется, только частью правды. Премьер пытался выиграть время, создавая фальшивое впечатление слабости, провоцируя тем самым противника на проявление своей силы и обозначение намерений, чтобы тем вернее ударить и уничтожить неудобного соперника.
Результат применения такой тактики запечатлен в целом ряде воспоминаний очевидцев событий 21 и 22 января в столице.
Один из них, Ион Константинеску Мэрэчиняну, лидер либеральной молодежи, находившийся в те дни в центре Бухареста, вспоминал: «Агитаторы запустили слух, что в танкетке находятся коммунисты, переодетые в военную форму. Командир взвода танкеток совершил неосторожность, покинув башню, чтобы успокоить собравшихся на тротуаре зевак. Он был затоптан собравшейся толпой».
Наряду с подлинными, было множество фальшивых свидетельств. Вот одно из них, из книги американского историка Николаса Надь-Талаверы «Зеленые рубашки и прочие», со ссылкой на сообщения официальной румынской прессы: «Солдат, схваченный Легионом, был облит керосином и подожжен».
Был и сгоревший автомобиль, и пострадавший водитель. Однако подлинной причиной произошедшего был несчастный случай, а не чей-то злой умысел.
Но вот и фотография того самого места на центральной бухарестской улице Каля Викторией со следами дорожно-транспортного происшествия, сделанная 24 января 1941 года.




Утром 23 января Ион Антонеску решил, наконец, выйти из тени.
Проснувшись в три часа утра, генерал – после телефонного звонка в германское посольство – приступил к решительным действиям.
Нападение на легионеров началось около пяти утра.
Одновременно Хории Симе, через того же немецкого атташе по экономике Германа Нойбахера, с которым перед этим вел переговоры Антонеску, сообщили, что у него нет никаких шансов и он, во избежание кровопролития, должен сдаться.
На улицах Бухареста шли ожесточенные бои. Преимущество армии стало совершенно очевидно.


Догорало восстанье, –
Мы врагов одолеть не могли…

Федор СОЛОГУБ.

Во второй половине дня Антонеску стал полным хозяином положения.
Принявший в те дни сторону Легиона, генерал Константин Петровическу вспоминал: «Огонь не прекращался ни на минуту, велся с разных сторон со всё возрастающей интенсивностью. […]
Вечером, когда выстрелы смолкли, с ужасом узнал я о бойне на улицах столицы. Груды трупов лежали в Национальном театре в Mobile, на Каля Викторией, на пересечении с бульваром Елизаветы, у здания Почты.
800 жизней были взяты пулеметами. […] Они не были даже легионерами, не участвовали в так называемом “бунте”. Это были невинные люди. Просто немало любопытных выходило, чтобы посмотреть на то, что же происходило между легионерами и военными.



Тела расстрелянных по приказу Антонеску случайных прохожих и демонстрантов, выступавших в поддержку Легиона, под охраной Румынской армии. Январь 1941 г.

У них не было никакого оружия, они не были против армии. Среди погибших было не более 20 легионеров. […] Охотились на одиноких людей, которые пытались пересечь улицу или спрятаться. Подавляющее большинство убитых были обычными людьми, в том числе женщины и дети. […]
Нарушил Антонеску и данное им слово не нападать на наши учреждения. Вопреки тому войска появились в штаб-квартире Легиона на улице Гутенберга, чтобы арестовать находившихся там. Другая группа открыла стрельбу по еще одному нашему комплексу, где находилось много членов движения, полагаясь на то, что договоренности будут соблюдены. Армия стреляла без предупреждения. С большим трудом нашим товарищам удалось покинуть здание, оставив его в руках “завоевателя”. […]



Ион Антонеску.

Со стороны генерала Антонеску, это был жестокий акт мести человека, разгневанного оказанным ему сопротивлением. […]
Однако приказ Антонеску очистить улицы от “бунтовщиков” имел и политическую изнанку. Ему неудобно было говорить, что мы уступили ему только после ультиматума Гитлера. Он воспользовался этим ультиматумом, но его гордость страдала. Страна должна была знать, что это он разгромил “бунт”, в то время как приказ Фюрера был неизвестен широкой публике. […]
…Едва только прекратился огонь, как уже вечером группы солдат, во главе с офицерами, получив списки, отправились в рейды по домам, чтобы арестовывать легионеров […] Конечно, если бы они знали, что с ними случится, они бы успели скрыться […] Но они верили гарантиям, предоставленным Германским правительством, они не думали о том, что их будут преследовать. […]
С личной точки зрения, нет сомнений в том, что Антонеску получил огромное удовлетворение, став единоличным хозяином Румынии, однако с точки зрения реальных интересов нации его правление стало историческим бедствием, продолжающимся до сей поры».



Продолжение следует.
Tags: История Румынии, Легион Михаила Архангела
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments