sergey_v_fomin (sergey_v_fomin) wrote,
sergey_v_fomin
sergey_v_fomin

ТАРКОВСКИЕ: ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЕ (часть 66)


Вид от монастыря на колодец Преподобного Саввы и Подмонастырские слободы. Фото 1890-х годов из собрания Звенигородского музея.


«На тихих берегах Москвы» (начало)


Я верю: вечность родилась в селе.
Здесь медленней течет любая мысль
и сердце бьется реже,
как будто бьется вовсе не в груди,
а где-то в глубине земли.

Лучиан БЛАГА.


Недавно, при обсуждении на одном из сайтов темы «Фильмы, снятые в Звенигороде», кто-то из посетителей задал вопрос:
«В 1970-х годах в окрестностях Звенигорода велись частично съёмки фильма “Солярис” А. Тарковского. Интересно, сохранилось ли это место, где оно конкретно находится (говорят: где то возле монастыря)? Сохранился ли пруд, дом? Кто-нибудь что знает?»

Это место мне хорошо известно. Так случилось, что начало съемок земных эпизодов фильма совпало по времени с покупкой там моими родителями дома для бабушек.
Само местоположение дома Криса Кельвина, специально построенного для фильма (о чем мы еще расскажем), – справа по дороге, если ехать из Москвы, сразу же у моста через реку Сторожку, прямо при въезде в Саввинскую Слободу.

Места тут в округе всё древние…
На монастырской горке Сторожи располагалось некогда одно из важнейших весьма чтимых с дохристианских еще времен мест. По мнению историков, там находилось языческое «святилище Рода».



Деталь надгробья с древним солярным знаком со старого Звенигородского кладбища XIV-XVI вв.

Что же касается самой Саввинской Слободы, то проводившиеся недавно там археологические исследования показали, что поселение на ее территории существовало еще во II веке до Рождества Христова.


Прорись с шиферного пряслица с солярными знаками коловрата / ярги / свастики, найденного археологами во время раскопок в Саввинской Слободе.

Вместе с другими расположенными рядом с городом населенными пунктами она составляет с ним в культурно-историческом отношении как бы единое целое.

Вот как выглядела Саввинская Слобода на сохранившихся дореволюционных открытках:



Вид на Слободу со стороны Святого колодца.


Вид из монастырского парка.




Вид на монастырь с юга, со стороны полей Саввинской Слободы.

Автор одной из современных публикаций совершенно верно заметил: «Звенигород – “село”, у которого нет четких границ».
Рассказывая (в прошлом еще посте) о городе, мы подчеркивали его притягательность для людей творческого начала.
Однако Саввинская Слобода в этом отношении много превосходит свой некогда уездный центр.
Особенно заметным тут было присутствие художников.
И это обстоятельство, думается, явление отнюдь не случайное…
Нельзя не привести в связи с этим один знаковый факт.
Прямо у стен монастыря на берегах речки Разводни/Сторожки (как раз вблизи от того места, где снимался фильм «Солярис») добывали некогда «чернило земляное» – важнейшую для иконописцев минеральную краску, без которой не обходилось ни одно создание фрески. (Как и другие земляные краски, «чернила» эти ценили за благородство и мягкость тонов.)



На этих берегах когда-то добывали «чернило земляное» и отвозили в Москву. Красками со Сторожки в 1684 г. расписывал Грановитую Палату в Кремле со своей дружиной иконописец Симон Ушаков.


Что касается новых времен, то одним из первых оставил здесь свой след живописец Алексей Кондратьевич Саврасов (1830†1897) – автор широко известной, как теперь говорят, культовой, картины «Грачи прилетели».


А.К. Саврасов. Саввинская Слобода. 1880-1890-е годы.

Ученик Саврасова – художник Лев Львович Каменев (1831†1886) – тот и вовсе решил здесь постоянно поселиться, снимая половину крестьянской избы.
Этот художник-пейзажист, стоявший у истоков Товарищества передвижных художественных выставок (член-учредитель этого общества), в Саввинской Слободе, по словам его товарищей, «жил постоянно, и лето и зиму […] Мужики его любили и говорили: “Бедный, конешно, но хороший, свой человек”».
Тут он и скончался 14 января 1886 года и был похоронен близ старого Никольского храма.



Деревянный храм Святителя Николая в Саввинской Слободе. На переднем плане хорошо видны кресты на могилах. Фото 1899 г.

Дорогу в большое искусство открыл Каменеву дед известных впоследствии художников Сергея и Константина Коровиных.
«У тебя Лев, – напутствовал он его, дав денег на обучение в Петербургской Академии художеств, – есть охота и страсть к искусству. Учись, но знай – путь твой будет тяжел и одинок. Знай, Лев, много горя хватишь ты. Мало кто поймет и мало кому нужно художество. Горя будет досыта. Но что делать. И жалко мне тебя, но судьба, значит, такая пришла. Ступай»
Слова эти оказались пророческими
В ту пору русское образованное общество не чувствовало, не понимало, не ценило еще родную природу, даже такую, как в Волшебном Звенигородье.
Одному из знакомых Л.Л. Каменев так рассказывал о своем посещении имения князей Васильчиковых в соседнем Кораллове:
«Имение прекрасное, какой сад! Так что же. Молодая вышла ко мне. Голова обернута полотенцем, бледная, мигрень от скуки. “Не дождусь, – говорит, – когда с мужем в Баден-Баден уеду”.
А я ей говорю: “Что вы, Марья Сергеевна, говорите – красота какая, весна. Аллея липовая. Тень от нее какая к реке. А река светлая”.
Вдруг она мне: “Если вы мне еще будете говорить, то я поссорюсь с вами. Это скука. Тут и дорожек нет настоящих гулять под зонтиком. Тоска”.
– Вот и возьми. Какие же им картины нужны? Саврасов написал “Грачи прилетели”. Ведь это молитва святая. Они смотрят, что ль? Да что ты… никому не нужно».



Л.Л. Каменев. У плотины. 1864 г.


Л.Л. Каменев. Весна. 1866 г.


Л.Л. Каменев. Зимняя дорога. 1866 г.


Л.Л. Каменев. Сенокос. 1866 г.

Посетивший Льва Львовича вместе с братом в Саввинской Слободе Константин Коровин едва узнал его.
«Он был седой и понурый старик. […] Его большая фигура, одетая в блузу, была как-то тяжела. Он медленно передвигался, и в грустных глазах его было что-то тяжелое надорванное. […]
…Каменев, угрюмый и нелюдимый, часто звал меня к себе пить чай. Я приходил к вечеру, он угощал меня медом, ватрушками и рассказывал мне про моего деда и отца, который уже умер. И когда говорил про деда, то крестился:
– Хороший был у тебя, Костя, дед. Таких людей теперь нет. И правду сказал мне он: “Лев, хватишь ты горя”. Правду сказал. Я горя хватил досыта. Вот, один остался. Две жены схоронил. Одна-то ушла. […] Вот в деревне всё нужду мыкаю. Здесь схоронил. И двое детей. Давно. Захворали, померли».



Л.Л. Каменев. «Савина слобода близ Звенигорода. Дождь». 1867 г.

«На стене, – описывал жилище художника очевидец, – висели приколотые кнопками небольшие этюды. В них сквозила какая-то неземная поэзия русских лесов, дорог, холмов, покрытых кустами, и освещенные вечерним солнцем деревни и монастырь Св. Саввы».


Л.Л. Каменев. Пейзаж. 1868 г.


Л.Л. Каменев. Перед грозой. 1869 г.


Л.Л. Каменев. Пруд.


Л.Л. Каменев. Зимний пейзаж 1871 г.


Л.Л. Каменев. Речка с ветлами.


Л.Л. Каменев. Жатва (Пейзаж со стогами). 1872 г.


Продолжение следует.
Tags: «Солярис» Тарковского, Звенигородье, Мемуар
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment